Домашний арест

Адлер Оле

Утром Алан и вовсе показался мне напряженным и отстраненным. Что с ним творится? Почему он такой разный?

Я смотрела на пачку сигарет, которая лежала на приборной доске, гадая, когда же он закурит. Час пролетал за часом, а Алан так и не курил.

— Даже не думай, — сказал он, прерывая затянувшееся молчание.

— Что? — не поняла я.

— Никаких сигарет, Кэсси! — жестко отрезал он. — Никакой выпивки! Никаких глупостей!

Я уставилась на него, беззвучно открывая и закрывая

рот. Это что такое?

Доминант вернулся? А в кровати мне так и обломится?

Не найдя, что сказать, я просто фыркнула и отвернулась.

— Полагаю, что молчание — знак согласия?

— Да иди ты! — огрызнулась я. — Своими придурками командовать будешь.

— Кэсси, ты же понимаешь, что я прав…

— О господи! — перебила я его. — Картер, мне не пятнадцать лет, не надо втирать прописные истины. Если бы я страдала по никотину и выпивке, то уж точно не оставила бы ребенка. Так что расслабь булки и не выставляй меня тупой идиоткой.

— Я рад, что ты это понимаешь.

Я опять фыркнула. Мне показалось, или это только первые ласточки?

Не показалось.

Мы остановились на ночь в отеле. Я аж подпрыгнула, услышав, как Алан попросил номер с двумя кроватями. Приплыли. Это что за новости? Он не собирается со мной спать?

Я тихо кипела, вытаскивая из сумки белье и туалетные принадлежности.

— Ты не против, что я взял один номер? — нет, он прикалывается надо мной… — Мама сказала, ты плохо спишь, и я подумал…

Я хлопнула дверью в ванную, не дослушав.

Кретин!

Сделав в ванной все свои умывальные дела, я вернулась в спальню. Алан уже был в постели, читал. Быстро сходил умыться, лег. Я тоже забралась в кровать.

Он заворчал, вставая, чтобы погасить свет. Некоторое время я честно пыталась уснуть, потом слушала его дыхание.

— Спишь? — я ворочалась уже час.

— Сложно уснуть, когда ты возишься, Форман. Клопы там у тебя что ли? — буркнул Картер с соседней кровати.

— Просто неудобно, — ага, блин, ужас как неудобно, когда ты так рядом и не со мной.

— Хочешь поменяемся?

Я отказалась.

Опять тишина. Теперь и Алан начал ерзать. Наверное, это заразно. Затих.

— Спишь? — опять начала приставать я.

— Кэсси, ты же понимаешь, что на этот вопрос невозможно ответить утвердительно и не соврать.

— Зануда! — буркнула я.

— Спи! — рыкнул Алан.

Ну да, как же! А поговорить?

— Где я буду жить?

— В Сэнди, — я услышала, что он улыбается. — Я думал, ты знаешь, куда мы едем.

— Очень смешно. Картер! Где в Сэнди? Я продала дом.

— Я знаю. У меня, если ты не против, — и опять эта улыбка в голосе.

И чего он такой довольный?

— Не против. А ты где будешь? —

я уже ни в чем не уверена.

— Там же, если ты не против.

— Не против.

— Это на первое время. Пока малыш не родится, ну и потом… В общем, там видно будет.

Убейте меня! Зачем он оправдывается? Хотя плевать — у меня есть время. И Картер определенно не собирался со мной спать. И я определенно не собиралась с этим мириться.

— Между прочим, я знаю, что ты до неприличия богатый засранец, — выпалила я.

— Мама?

— Угу…

— Тебе легче от этого?

— Мне по барабану. Потому что я тоже богатая… Потенциально, — я решила ему рассказать. Надоели недомолвки.

— Это как понимать? — я краем глаза заметила, что он лег на бок и подпер рукой щеку. Заинтригован.

— Форд старший отписал мне миллион, если я вернусь в Сэнди.

— Оу…

— Так что можешь не бравировать своими…

— Кэсси… — он засмеялся. — Я и не собирался бравировать. Если б не мамин бескостный язык, ты бы ничего не узнала.

— Думаешь, я еду ради твоих денег? — ну все… понесло меня.

— Откуда мне знать? Может, ради денег Форда?

— Алан… — я прокляла свою трепливость, но пути назад уже не было. — Я еду ради тебя. Потому что ты попросил. Мне не нужны эти деньги.

Он молчал.

— Можешь не верить… — буркнула я, взбивая подушку, изо всех сил стараясь не зареветь.

— Я очень хочу верить, малыш.

Я облегченно выдохнула.

— А если… — я уже собралась спросить, поверит ли он до конца, если я откажусь от гребаного миллиона, но Алан перебил:

— Боже, Форман, дай мне поспать! Я должен выключиться раньше тебя…

— Это еще почему?

— Потому что ты треплешься во сне, как гребаное радио.

— Урод! — я метнула в него подушку.

Алан заржал. Черт… я думала, это прошло. Мама раньше говорила, что я болтаю, когда сплю. Вот дерьмо, чего я там наговорила?

— Врешь, Форман. Я красивый. Ты часто говоришь во сне, что я красивый… — прохихикал он.

— Может, я как раз во сне и вру. Почем ты зна… — подушка вернулась обратно, и прямо мне в голову. — Урод и мудак!

Я залезла под одеяло и накрылась так вовремя прилетевшей подушкой. Может, так он не услышит того, что я выбалтываю.

* * *

— Эй, ты не туда свернул, — проговорила я, заметив, что Алан повернул направо от центральной площади Сэнди. К нему же налево.

— Туда-туда, — заулыбался он.

Меня начали терзать смутные подозрения. Довольная физиономия Картера их весьма хорошо подпитывала.

— И куда мы едем? — процедила я, чувствуя себя в этой ситуации глупее некуда.