Дом Зеора
Шрифт:
— Вас не ждет могила, только община Имил. Здесь вежливо просят то, что хотят.
Третий пленник, шатаясь, встал в раскачивающейся клетке и насмешливо поклонился брату.
— Врайан, могу ли я получить разрешение убить тебя?
Остальные хрипло рассмеялись, к замешательству Валлероя, а Врайан тоже стал и поклонился:
— Нет, если я убью тебя раньше, Принс.
Рассердившись, Валлерой сказал:
— Вы должны быть благодарны сектуибу Нашмару: он принес вам свободу!
Первый пленник сжал
— Благодарны? Да если бы я до него добрался, переломал бы все кости в его тощем теле! Никто не может купить братьев Неромейн!
И словно старый боевой клич, все трое закричали:
— Смерть саймам!
А один из них, глядя прямо на Валлероя, добавил:
— И всем трусливым любителям саймов и предателям. Скажи мне, перебежчик, сколько дженов ты отдал им в руки?
— Ни одного! — сердито ответил Валлерой.
— А чем они тебе платят?
Принс загремел решеткой.
— Они ведь и тебя убьют!
— Эти саймы не убивают! — крикнул Валлерой.
— Ты на самом деле в это веришь?
— Это правда!
Врайан локтем отодвинул брата.
— Ты узнаешь это на собственном опыте, перебежчик, но тогда будет поздно. Выпусти нас отсюда, и посмотрим, сколько из них мы сможем убить, прежде чем они убьют нас. Дай нам возможность сразиться, и мы поймем, что ты не переметнулся.
Валлерой с отвращением плюнул.
— Убирайся в ад!
— К чему? Здесь и так жарко, и я ужасно жажду воды.
— Жаждешь крови, ты хотел сказать.
— Дай мне фляжку, и я покажу, чего жажду.
Валлерой посмотрел на остальных членов отряда. Нашмар и его товарищ Лойс ехали по другую сторону фургона, а два сайма, правившие фургоном, находились слишком далеко. Клид был близко, но он погрузился в собственный мир. Все старательно не обращали внимания на этот обмен репликами. Подчиняясь порыву, Валлерой отстегнул свою фляжку и подъехал ближе к клетке, чтобы протянуть руку.
Рука потянулась к фляжке, мускулистые пальцы сомкнулись вокруг запястья Валлероя и сильно дернули.
Он упал, пытаясь ухватиться за седло. Пальцы соскользнули с луки. Валлерой пытался уцепиться коленями, но гладкий материал комбинезона Зеора понемногу соскальзывал. Отчаянно Валлерой ухватился за прутья клетки, чтобы не упасть под колеса фургона. Нога его застряла в стремени.
Он висел между фургоном и лошадью, а тем временем один из пленников мертвой хваткой ухватил его за горло. Крик Клида лишь слабо прозвучал в ушах.
Фургон тормозил, казалось, целую вечность. Наконец он остановился. Руки и щупальца саймов оттащили Валлероя. Он сидел на земле и растирал шею. Щупальца Клида осторожно ощупывали его раны. Проводник на саймском прошептал:
— Дикие джены — опасные животные. Может, теперь вы усвоите урок?
И
— Правило, назтер, таково: избегать их, пока они не будут цивилизованы. Это происходит быстро.
Валлерой оттолкнул руки сайма.
— Все в порядке. Поехали дальше.
Он снова сел на лошадь, и они поехали по редко населенной местности.
Когда прибыли в Имил, лошадей и фургон с пленниками увели за главное здание… очень похожее внешне на Зеор… а всадники вошли через главный вход.
Пропустив ланч, Валлерой обрадовался роскошному столу, накрытому в углу столовой. Они прибыли как раз вовремя для последней смены обеда, но большинство глав отделов задержались в ожидании возвращения Нашмара.
Хоть пище он и был рад, у Валлероя не было настроения разговаривать за столом. Он занялся едой и упорно молчал. В этом обществе он был уважаемым работником, чей талант высоко ценили. Он вытерпел достаточно оскорблений, чтобы почувствовать, что новый статус для него очень важен.
— Хью, — негромко сказал Клид, — день был долгий. Не хотите отдохнуть?
Валлерой осмотрелся и увидел, что за столом уже никого нет, на столе — остатки еды. Он допил свой стакан и встал.
— Кажется, я провалил экзамен по дипломатии.
— От художника ожидают эксцентричного поведения. Утром почувствуете себя лучше.
Стоило Клиду и Валлерою выйти в коридор, как показались кухонные работники с тележками: они словно ждали ухода последних гостей.
— Вы, должно быть, хорошо знаете это место.
— Имил построен точно как Зеор, только в зеркальном отражении и ориентирован с запада на восток. Помещения для гостей выходят на главные ворота.
— Я никогда там не был… я хочу сказать, в Зеоре.
— Вам, несомненно, там понравится: две отдельные большие спальни.
— О, дело не в этом!
Валлерой под загаром покраснел. Всю ночь он лежал неподвижно, как труп, боясь, что Клид может сделать что—то немыслимое.
Сворачивая на широкую лестницу, Клид рассмеялся.
— Знай Енава, о чем вы думаете, она упала бы в обморок! Проводники не способны ни на что, кроме энергичной, хотя и не частой гетеросексуальности.
— Вы читаете мои мысли!
— Конечно, нет. Но для всякого, кто изучал дженов, как я, ваши эмоции — ярко горящий маяк.
На третьем этаже лестница привела в роскошно убранный коридор, уставленный досаймскими скульптурами, которые все казались подлинниками искусства Древних. Валлерой и Клид шли между рядами статуй, остро сознавая, какие шедевры создавали их предки.
Художник в Валлерое стремился остановиться и рассмотреть все внимательней, но глаза его смыкались от сна.
Клид привел его в гостевой номер.