Дом в Эльдафьорде
Шрифт:
И тут первый Йолин издал ужасающий вой. Значит, они напали на след! Сокровища господина Йолина?
Новый град камней. Неужели он не может придумать ничего другого?
Да, он был способен убить. Но только в рукопашном поединке, а не с помощью мысленной силы, потому что все летящие камни были остановлены в воздухе духами.
Хейке смело приблизился к той части крепости, которая была самым охраняемым место первого Йолина. Он наклонился, чтобы отодвинуть плоский камень, прикрывавший вход во внутреннее
Это было уж слишком для бестии. Он выскочил из своего магического круга и был тут же сражен заклинаниями Мара.
Хейке тоже мог колдовать, как Map. Но его чары всегда бывали непроизвольными, он не мог управлять ими. Он не понимал смысла своих заклинаний, просто они передались ему по наследству. Map же, напротив, произносил свои заклинания на понятном ему языке, на языке Таран-гая. Разумеется, ему были известны и первоначальные руны Людей Льда, он изучал их в диком горном крае, называемом Таран-гай, и знал, что они означали. Он понимал смысл каждого сказанного им слова.
Map был самым изощренным колдуном среди Людей Льда. Он обладал еще большей силой, чем Ульвхедин.
Чудовище, этот первый Йолин, впервые стояло теперь лицом к лицу с тремя духами.
И это чудовище было смертельно напугано. Первый Йолин выл и кричал, осыпая их проклятиями, он пытался заглушить голос Мара, прятал за спину свою покалеченную руку, шипел и плевался.
Хейке не мог понять причину такого страха. Казалось, Странник во тьме является его злейшим врагом. Может быть, потому, что он был защитником Хейке? Хейке, которого чудовище пыталось схватить, но безуспешно. Было заметно также, что сам вид Диды внушает бестии смертельный страх.
Некоторое время Хейке стоял неподвижно на ступени, но потом решил, что должен еще больше раздразнить Йолина. И он протянул руку к каменной двери, чтобы отодвинуть ее.
Злой Йолин закричал. При этом он забыл о присутствии троих духов, забыл о том, что ему следует вернуться в свое укрытие из камней и магических символов. Map тут же подал знак двум остальным, голос его прозвучал как раскат грома, Дида и Странник подняли правые руки и направили ладони в сторону чудовища.
Тот замер. Глаза его остекленели. Заклинания Мара стали громче, а снизу доносился хор несчастных душ, и в их приглушенных голосах звучало удивление, звучала надежда…
На глазах Хейке происходило нечто фантастическое.
Йолин погибал. Монотонный голос Мара звучал безжалостно. И Хейке с ужасом видел, как чудовище превращается в ничто. Он… разлагается! Кожа его рвалась на мелкие части, спутанные волосы клочьями падали на пол. Постепенно Йолин развалился на части, превращаясь в бесформенное месиво.
Вскоре исчезло и это.
Громогласный голос Мара затих. Все трое повернулись к Хейке. Они улыбались.
— Теперь ты
Дида подошла к нему и провел рукой по его щеке.
— Остальное мы предоставляем сделать тебе, как одному из величайших представителей Людей Льда! Мы только приведем сюда твою красивую жену, твоего многообещающего сына и всех остальных.
— Мы еще увидимся, — сказал Странник во тьме.
Хейке поклонился им. Дида подала знак священнику, чтобы тот подошел поближе.
После этого все трое исчезли.
Священник с облегчением вздохнул. В полумраке, к которому уже привыкли их глаза, его лицо казалось белее его крахмального воротника.
— Что же произошло? — спросил он.
— Потом поговорим об этом, — ответил Хейке. Они подошли к каменной плите, скрывавшей клад господина Йолина.
— Господин Хейке, вот там… — сказал пастор тихо и указал на какую-то кучу за грудой камней.
Хейке направился туда. Там, беспорядочно сваленные в кучу, лежали сокровища господина Йолина. Церковная серебряная утварь, золото… и поверх всего этого, раскинув руки, лежал скелет.
— Должно быть, это один из тех, кто обнаружил сокровища Йолина в «первой крепости Йолина», — произнес Хейке. — Это ему дорого обошлось. Но тогда я не понимаю…
Его взгляд скользнул по мертвецам, по совершенно свежему трупу Терье Йолинсона и трупу той женщины, которая хотела взять в аренду Йолинсборг, по трупам тех, кто когда-то пропал без вести.
— Тогда я не понимаю, что спрятано за этой плитой, — закончил он свою мысль. — То, что действительно охранял первый Йолин. Думаю, ему было ровным счетом наплевать на сокровища господина Йолина.
Подойдя к каменной плите, они чувствовали себя в безопасности, поскольку никакое зло им уже не угрожало.
Хейке отодвинул плиту.
Оттуда посыпались какие-то предметы. Хейке и священник уставились на них.
— Что бы это могло быть? — прошептал священник.
Взгляд Хейке остановился на самом крупном из предметов. Предмет этот был шириной в обе его ладони.
— Нет, — прошептал он. — Нет! Этого не может быть!
12
Оба стояли, словно парализованные, в этой жуткой дыре, когда снаружи послышались голоса.
— Уфф, ну и темно же здесь! — услышали они Сольвейг.
Ей ответила Винга:
— Да. Но здесь, по крайней мере, нет дождя. Эй! Вы здесь?
— Да, — крикнул в ответ Хейке. — Спускайтесь, опасность миновала. Но только осторожно!
— Об этом ты мог бы и не просить нас.
— Осторожнее, Сольвейг, не оступись! — послышался голос Эскиля. — Держись за мою руку!
— Вот это да! — сказал Элис. — Да тут целая пещера!