Дом в Эльдафьорде
Шрифт:
И тут же высокая фигура наклонилась и отрубила эту лапу. Чудовище издало адский рев, а рука, сжимавшая щиколотку священника, отскочила в сторону и покатилась вниз, в дыру. В этой же дыре исчез и первый Йолин.
Священник был потрясен. Он был не в силах унять дрожь. Сначала это нападение, потом рука, которая… Нет! Нет, его разум отказывался воспринимать увиденное.
Но ведь он ясно почувствовал хватку отвратительных пальцев с толстыми, похожими на когти, ногтями.
Будучи в полуобморочном состоянии, он последовал за Хейке через каменные завалы, смертельно боясь,
Священнику было совершенно ясно, что чудовище это ненавидело Хейке. До этого он никогда не сталкивался с такой жгучей ненавистью. И он понимал, что Хейке наделен неслыханной силой. Охранявшие его духи не давали чудовищу напасть на него. Духи и мандрагора. И одной мандрагоры было бы не достаточно.
Священник видел, что Хейке было этого мало. Он хотел уничтожить чудовище. И силы его были теперь велики!
— Вот здесь, — сказал этот таинственный представитель рода Людей льда. — Это единственное место, где можно спуститься вниз. Здесь ясно видно отверстие.
Тут Дида подняла руку и сказала что-то Хейке.
— Она говорит, что мы не должны спускаться первыми, — пояснил Хейке. — Мой личный защитник, Странник, эта высокая фигура, пойдет первым. Потом я. Потом Дида, а потом уж вы, пастор. И самым последним — Map. Будьте спокойны, — криво усмехнулся он. — Вы под надежной защитой!
Священнику оставалось только согласиться. Он перестал уже задавать вопросы. Как часто смеялся он, слушая истории о том, что люди мочились от страха. Теперь же он хорошо их понимал. Нелегко осуществлять контроль над своим телом, когда рушатся все привычные понятия, уступая место страху.
Он больше не замечал дождя, превратившего его тщательно накрахмаленный воротник в тряпку. И когда он прижался к каменному блоку, чтобы протиснуться в крутую, узкую шахту, сложенную из не закрепленных ничем камней, он вспомнил слова Данте: «Оставь надежду всяк, сюда входящий!» Во всяком случае, ситуация была близкой к дантовой.
Хейке осторожно спускался вниз, хорошо понимая, что в любой момент на них может свалиться сверху камень.
Троим его предкам, разумеется, не нужно было соблюдать осторожность, они были совершенно невесомы. И Хейке посмеивался про себя, стоя за спиной Странника. Это была улыбка радости от того, что он снова видел перед собой само воплощение безопасности.
Странник во тьмебыл его лучшим другом на протяжении всего его детства, проведенного в Словении. Высокая темная фигура, всегда бодрствующая над ним, где бы он ни был, помогавшая ему найти пропавших овец, предупреждавшая его об опасности… Встретившись на этот раз, они обменялись улыбками и понимающими взглядами, оба были рады этой встрече.
Хейке совершенно отчетливо видел всех троих духов. Как совершенно реальных людей — но слегка в тумане.
Хейке часто размышлял не только над тем, кто такая Дида, но и над тем, кто такой Странник. Странник был, пожалуй, еще более таинственной фигурой, чем Дида. А какие истории рассказывали эти двое! Хейке вздохнул. Вот бы ему еще раз послушать их!
Хейке слышал доносящиеся снизу жалобные
Хейке не знал, что та супружеская пара, на которую смотрел первый Йолин, сидя на корточках на вершине холма, и которая собиралась взять Йолинсборг в аренду у Терье — эта супружеская пара побывала на плато.
В тот раз, увидев их, чудовище имело в виду не Йолинсборг, а это место на пустоши. Его дом, разрушенный силами природы.
Узкая, извилистая шахта стала расширяться.
Они спустились в довольно просторное четырехугольное помещение. В полутьме можно было различить каменную кладку стен, остатки крыши и утрамбованный земляной пол.
Когда-то это было человеческим жилищем.
Из-за обвала потолок провалился, так что пол теперь был завален камнями, и Хейке вовсе не хотелось трогать их, потому что в этом случае они со священником были бы похоронены заживо. Своды, подпирающие крышу, состояли сплошь из «живых» камней, готовых в любую минуту поползти вниз, так что крыша над их головами была в высшей степени ненадежной. Через отверстие проникал дневной свет. Повсюду ощущался тошнотворный трупный запах.
Но Хейке не успел как следует осмотреть руины: уже в следующую секунду в его сторону полетел первый камень. Камень был тут же остановлен Маром. Последовало еще несколько камней: настоящая канонада. Этот Йолин был не таким уж изобретательным по части атаки.
И тут Хейке увидел его. Жуткое существо выглядывало из-за груды камней посреди помещения. Хейке взял в руку мандрагору, священник же взял свой крест.
Странник кивнул Хейке, чтобы тот шел вперед. Они хотели выманить чудовище из его укрытия.
Внезапно священник остановился.
— Господин Хейке, взгляните! — сказал он.
Хейке посмотрел туда, куда был направлен взгляд священника. Из кучи камней торчала чья-то нога. Нога лежащего человека. Оглядевшись по сторонам, он увидел множество других людей. Это были мертвецы, и умершие совсем недавно, и уже превратившиеся в скелеты…
Те, кто пропал без вести.
Чудовище скрывалось в своем убежище, так что трое духов не могли до него добраться. Канонада камней — вызванная усилием мысли — прекратилась, было ясно, что чудовище сочло ее бесполезной. Так что у Хейке появилась возможность осмотреть дыру, в которой обитал Йолин.
За кучей камней он различил на полу что-то вроде узоров. Словно чудовище пряталось за каким-то языческим алтарем или чем-то в этом роде. Во всяком случае, именно это и защищало его. Вот почему трое духов из рода Людей Льда пытались выманить его.
И это предстояло сделать Хейке.
Духи отвели пастора к выходу, где чудовище не могло до него добраться. В данный момент пастор не представлял никакого интереса для чудовища.
Дида подала Хейке знак рукой. Он понял, что она имеет в виду: она хотела, чтобы он пошел направо, к естественной нише в одной из стен. Хейке так и сделал.