Дом у озера
Шрифт:
Из-под книжки выглядывал глянцевый журнал. Понимая, что не должна этого делать, Кейт все же не могла удержаться. Она шагнула к столику и подняла книгу.
То, что лежало под ней, оказалось не журналом, а каталогом. «Информация для поступающих — медицинская школа Дэвида Геффена при Калифорнийском университете в Лос-Анджелесе».
Кейт открыла каталог, перелистала, обратив внимание на сделанные шариковой ручкой пометки на полях.
— Что это вы делаете? — прогремел в дверях голос Джей Ди.
Она вздрогнула и выронила
— Не знаю. Может, сую свой нос куда не надо? Или как это называется?
— Вижу. — Он подошел к ней.
— Так вы студент-медик? — спросила Кейт, несмотря на то что Джей Ди явно дал понять, что не намерен обсуждать эту тему.
— Нет.
— Собираетесь поступать?
— Я не в том возрасте, чтобы ходить в школу. Принимая во внимание, откуда придется начать, весь курс займет по меньшей мере семь лет. К окончанию мне было бы почти сорок.
— А если не поступите, сколько вам будет через семь лет? — с невинным видом спросила она.
— У меня нет желания обсуждать это с вами.
— Потому что я права, а у вас нет аргументов.
— Потому что это вас не касается.
Она не нашлась что возразить — он загнал ее в угол.
— Послушайте, я только…
— Вот ваш насос. — Он чуть ли не бросил его ей. — Мне он не нужен, так что держите сколько хотите.
Кейт взяла насос, но решила, что уступать его раздражению не будет.
— Спасибо, — сказала она холодно, словно давая понять, что вообще-то идея прекратить разговор принадлежит ей.
Джей Ди посторонился, и Кейт прошла мимо с гордо поднятой головой. Зря она сюда пришла. Все было примерно так, как и раньше, когда она встречалась с другими мужчинами. И почему только ей взбрело в голову, что с ним будет иначе? Другое дело, что на этот раз отказ задел сильнее. Может, из-за того, что ее и тянуло к нему сильнее? Но тут уж ничего не поделаешь. Он оказался именно таким, каким она его и представляла — немного необычным, сильным, привлекательным и даже чуточку опасным. А может быть, дело в том, что как ни нравилось ей быть с Аароном и Кэлли, иногда хотелось другого. Были вещи, разделить которые она могла только с другим взрослым, предпочтительнее, с мужчиной, — бокал вина на веранде в предзакатный час, планы статьи для «Смитсониен мэгазин». Она страстно, отчаянно жаждала одобрения и поддержки, и в этом состояла ее личная, персональная слабость. Ей еще только предстояло научиться довольствоваться тем, что есть, и находить счастье в нынешнем положении вещей.
И какой же глупостью было с ее стороны позволить себе увлечься этим парнем. А ведь есть опыт за спиной. Прекрасно понимала, что именно так все и закончится. С тех пор, как она встречалась с кем-то, минули столетия. И надо иметь в виду, что в ее жизни любые волнения всегда вели к неприятностям. Уж это следовало бы знать.
Глава 10
—
Аарон был рад, что сидит впереди, а не лицом к Кэлли. Вместе получалось хорошо. Чуть ли не каждый день, после ланча, они отправлялись к новому месту, исследуя скалистые, поросшие лесом берега. Поначалу мама требовала, чтобы они держались вблизи берега и в поле ее зрения, но потом, увидев, что они знают, как вести себя на воде, дала полную свободу.
— Не воды, — сказал Аарон. — Я просто не люблю, когда она у меня над головой.
— А по-моему, это значит, что ты боишься воды.
— Ну и что с того, если боюсь?
— Ну так хватит бояться. Поверь мне, малыш, в мире есть кое-что похуже воды.
— Что? Собаки? — не удержался от ответного укола Аарон.
— Я собак не просто так боюсь, у меня на то есть причина.
— Какая такая причина?
Кэлли заерзала, и каяк качнулся. Аарон едва не выронил весло, схватившись за борта.
— Эй, полегче.
— Не трусь. Я не собираюсь переворачиваться. Хочу показать тебе кое-что. Смотри.
Аарон снова налег на весло. Тяжелый спасательный жилет стеснял движения, но ему все же удалось повернуться.
Кэлли подняла ногу на борт каяка и, закатав штанину, обнажила колено.
— Теперь видишь, почему я боюсь собак?
Аарона даже немного затошнило. Все ее колено покрывали безобразные рваные шрамы, пересекающиеся под разными углами, как горные тропинки. По обе стороны от коленной чашечки виднелись углубления.
— Собака покусала, — догадался он.
— Не покусала — изуродовала. Есть такое слово. — Кэлли медленно опустила штанину. — Она меня просто изуродовала.
Изуродовала. Раньше Аарон этого слова не слышал. Звучало оно неприятно. В нем было что-то злое и резкое.
— А как это случилось?
— Как? По глупости. Доверилась одному псу только потому, что показался дружелюбным и махал хвостом. Надо было идти и не останавливаться, но я подумала, как бы его приручить. Ну и вот… В следующую секунду он уже рвал мне ногу.
Аарон не знал, что сказать. Он попытался представить, как пес, злобно, по-звериному, ворча, бросается на Кэлли.
— Наверно, больно было.
— Да уж. Раньше со мной ничего подобного не случалось. Наложили сотню швов, а потом еще делали уколы от токсического шока. Вот такая у меня причина, — подвела черту Кэлли. — Поэтому теперь я собак стараюсь обходить стороной.
— Ну, Бандит не простая собака. Он добрый. По-настоящему. И никогда никого не кусает.
— Я тебе вот что скажу, малыш. Обещаю, что подружусь с Бандитом, если ты поплаваешь со мной в озере.
Аарон представил, как вода смыкается над головой, как наполняет нос и рот, как лезет в глаза и уши, и его заколотило.