Дом мечты
Шрифт:
— Не знаю. Но непохоже, чтобы там жили добросердечные люди.
Дом был большим и мрачным, покрашенным в ярко-зеленый цвет, который резко выделялся на фоне листвы. Напротив был почти пустой фруктовый сад.
— Ну, думаю, что хозяин с таким вкусом может быть добрым, — заключила Энн. — Если только у них не было такого происшествия, как у нас на холмах. По-моему, здесь совсем нет детей. Здесь слишком чисто, строго, как у нас в Коппе, что на Тори-Роуд. Я не ожидала, что на свете есть еще более чистое место.
Энн и Гилберт никого не встретили на дороге вдоль побережья. Но как только они подъехали
— Гилберт, кто эта девушка? — низким голосом спросила Энн.
— Что? Я не заметил никакой девушки, — ответил Гилберт, который не замечал вокруг никого, кроме своей жены.
— Она стоит у ворот, не оборачивайся, она смотрит на нас. Я никогда еще не видела такого красивого лица.
— Не помню, чтобы здесь были красивые девушки. Симпатичные — может быть, но не красивые.
— Эта девушка действительно красива. Ты, наверное, никогда не видел ее, иначе бы заметил и запомнил. Таких красавиц я видела только на картинках. А какие у нее волосы!
— Может быть, она гостит здесь. И, наверное, живет в гостинице.
— На ней надет белый передник, и она пасет гусей.
— Может быть, она делает это для развлечения. Посмотри туда, Энн.
Тут Энн увидела дом и сразу забыла обо всем на свете. Дом ей понравился с первого взгляда. Он был такой красивый! Вокруг росли тополя, чьи силуэты чернели на фоне голубого неба. Дальше виднелись пихты и лес. Лес выглядел таинственно, как будто скрывал что-то.
Новые ветры начинали свои бурные танцы за отмелью, и рыбацкая деревушка, что по ту сторону гавани, сверкала огоньками, когда Энн и Гилберт по узкой тропинке между тополями подъехали к дому. Дверь маленького домика открылась, и сумерки озарились мерцанием камина. Гилберт помог Энн выйти из коляски и проводил ее в сад через небольшую калитку между пихтами, наверх по красной тропинке к песчаным ступенькам.
— Добро пожаловать домой, — прошептал он, и, держась за руки, они переступили порог дома своей мечты.
Глава 6
Капитан Джим
«Старый доктор Дэйв» (так звали в кругу родственников Дэвида Блайза) и миссис Дэйв вышли из дома, чтобы поприветствовать жениха и невесту. Пожилой доктор Дэйв был крупным и веселым мужчиной с седыми волосами, а миссис Дэйв розовощекой маленькой леди с поседевшей головой. Она сразу же полюбила Энн.
— Я так рада тебя видеть, дорогая! Вы, должно быть, ужасно устали с дороги. Пойдемте скорее
Энн огляделась вокруг и последовала за миссис Дэйв. Ей очень нравился новый дом. Атмосфера в нем была такой же, как в Грин-Гейблз.
— Думаю, миссис Элизабет Рассел была добрейшим человеком, — пробормотала она, когда осталась одна в комнате.
В комнате было два окна: одно — с видом на гавань, где находился маяк, в другое окно были видны долина и ручей. А за ручьем стоял одинокий дом. Это был единственный дом на много миль вокруг. Он был старым и серым. Энн очень хотелось знать, кто живет там, что за люди их соседи. Она надеялась приобрести в их лице хороших друзей. Неожиданно Энн поймала себя на том, что думает о той красивой девушке с гусями: «Гилберт думает, что она не здешняя, но я уверена, что это не так. В той девушке есть что-то от этого моря, неба, гавани. Четыре Ветра у нас в крови».
Когда Энн спустилась вниз, Гилберт стоял у камина и разговаривал с незнакомцем. Они оба обернулись, как только Энн вошла в комнату.
— Энн, это капитан Бойд. Капитан Бойд, это моя жена.
Гилберт впервые произнес «моя жена», представляя Энн. Капитан протянул ей руку. Они улыбнулись друг другу и сразу стали друзьями. Добрая душа с первого взгляда может разглядеть, добрый человек или злой.
— Рад познакомиться с вами, миссис Блайз. Надеюсь, вы будете так же счастливы, как первая невеста, которая была в Четырех Ветрах. Ваш муж не совсем правильно меня представил.
Меня обычно называют капитаном Джимом. Зовите и вы меня так. Вы очень красивая, миссис Блайз. Когда я смотрю на вас, мне кажется, что я сам только что женился.
Миссис Дэйв, вошедшая в этот момент в комнату, не удержавшись, при этих словах расхохоталась. А потом уговорила капитана Джима остаться на ужин.
— Большое спасибо, вы очень добры. Я останусь с большим удовольствием. Мне ведь приходится и завтракать, и обедать, и ужинать одному. Мой собеседник отражение моей физиономии в стакане. Мне не часто удается посидеть с двумя такими очаровательными дамами.
Комплименты капитана выглядели бы смешными и глупыми, если бы не грация и благородство, с которыми он говорил.
Капитан Джим был высоконравственным человеком, уже в летах, с каким-то детским выражением глаз и молодым сердцем. У него была высокая, немного неуклюжая фигура, чуть-чуть сутулая, но еще сильная и выносливая. На чисто выбритом лице блестели глубоко посаженные глаза. В этих глазах была затаенная мечта, дума, которая заставляла их так сиять. Придет время, и Энн узнает, о чем думал капитан.
Надо признать, капитан Джим был домоседом. Широкие скулы, тонкие, крепко сжатые губы и мощные надбровья не портили его красивого, мужественного лица. Он прошел через многие испытания, побывал во многих плаваниях.
Веселая компания расселась вокруг обеденного стола. Ярко пылающий камин согрел воздух в комнате, хотя в открытое окно дул прохладный сентябрьский ветер. Вид из окна был сказочным. Стол был заставлен деликатесами и различными вкусными блюдами, приготовленными умелыми руками миссис Дэйв.