Должок!

Морозова Юлия

Конечно, к генеральному директору и по совместительству владельцу этого нехилого предприятия пробиться непросто. Но оказалось, что меня ждут. Не может быть! Я была уверена, что господин Стадник Иван Антонович и не вспомнит обо мне, после того как надрался вчера в дрова.

Я прекрасно понимаю, что своё предложение руки и сердца он сегодня не подтвердит, но, надеюсь, хотя бы пошлёт не очень грубо. Всё-таки даже в пьяном виде он вёл себя, хоть и чуднО, но довольно галантно: вон, даже замуж позвал, а не просто в койку, как сделал бы любой мажор. Да, пить мужик не умеет. Если вчерашний его отрыв не единичный случай, то удивительно, как он умудрился не раздарить по доброте душевной отцовскую фирму. Смешно

было наблюдать, как он и его гость болтали на невероятной смеси русского и немецкого и, что удивительно, отлично друг друга понимали. Когда эта парочка явилась к нам на танцпол, от них веяло таким позитивом, что я не смогла отказать себе в удовольствии погреться в лучах их солнечного настроения. Тем более что моё было на нуле. Мы много танцевали, говорили (насколько это возможно в таком шуме), Иван и Дитрих засыпали меня и Нику комплиментами. Эх, сейчас не время и не место вспоминать, как этот мужчина просил называть его Ваней и какие глупости он шептал мне на ухо во время медленного танца. Я разрывалась между желанием поверить во всё это и пониманием того, что завтра он не вспомнит даже моего имени. Хотя в последний момент, когда я помогала водителю запихивать его на заднее сиденье «Мерседеса», он вложил мне в руку визитку и настойчиво попросил прийти в его офис к десяти. Только когда осталась одна на стоянке у клуба, я заглянула в карточку и обалдела: оказывается, это знаменитый Иван Стадник – гендиректор оной из двух крупнейших строительных фирм региона.

«Это судьба!» – заявила Ника и с утра позвонила мне два раза, чтобы убедиться, что я не передумала идти. А что я ему сейчас скажу? «Здравствуй, Ванечка! Я тут подумала и решила согласиться на твоё предложение. Женись на мне. Кстати, мне срочно нужна сотня тысяч рублей, но для тебя же это пустяк, верно?» Нахрена ж меня сюда принесло?!

Но передумывать было уже поздно, потому что красивая и приветливая секретарша, пока я раздумывала, обратилась ко мне: «Доброе утро! Вам назначено в десять? Иван Антонович ждёт Вас. Как доложить?»

Я запнулась на своём имени, потому что не видела смысла называть его: всё равно ведь он его не помнит, иначе бы секретарша не спрашивала. Но девушка вежливо ожидала ответа, поэтому пришлось представиться:

Алиса. Алиса Жарикова.

Секретарша кивнула и прошла в кабинет босса. Через десять секунд вышла оттуда и молча открыла передо мной дверь. Как только я переступила порог, за спиной послышался лёгкий щелчок, и мне пришлось осматривать просторное помещение в поисках затерявшегося в нём хозяина.

О, а вот и грозный босс! Совсем не похожий на вчерашнего очаровашку Ваню. Стоит у окна и внимательно рассматривает меня. Взгляд настороженный, цепкий, изучающий.

Вчера он обещал решить все мои проблемы. Я не рассчитывала, что он сможет, но тому человеку хотелось довериться, просто откровенно всё рассказать и поплакаться. Казалось, что он сумеет понять и хотя бы утешить добрым словом.

Сейчас же передо мной возвышается господин Стадник. Точнее, это я перед ним стою, как школьница перед директором. Чувствую себя так, будто собираюсь отпроситься с уроков под предлогом сбора макулатуры и сбежать в кино. А он всё понимает, но ждёт, когда я заврусь окончательно, чтобы сполна насладиться моим унижением. Хрен Вам, Иван Антонович! Такого удовольствия я Вам не доставлю, даже если буду знать точно, что получу после этого заветные сто тысяч.

Собираюсь с духом, конструирую вежливую мордаху и заговариваю первой:

– Доброе утро, господин Стадник!

Глава 3

Да твою ж… Ей хоть восемнадцать-то есть? Я надеялся, что «синичка» прилетела, чтобы поживиться в чужом огороде. Турнул бы её отсюда и забыл бы в тот же день. К огромным наивным

глазищам за стёклами очков я как-то не подготовился. И к испугу в них – тоже.

Нет, сначала она выглядела, хоть и напряжённой, но вполне уверенной и готовой к общению. Но после десятисекундного разглядывания моей физиономии сразу закрылась. Не узнала меня что ли? Во взгляде девчонки засветилось красными буквами с тремя восклицательными знаками: «Бежать!!!» Как будто около своего дома неожиданно вместо игривого соседского щенка встретила клыкастого серого хищника. Я, б.., что, такой страшный? Аж потянуло в зеркало посмотреться.

Хотя нет, берёт себя в руки и начинает изображать светскую леди.

– Доброе утро, господин Стадник!

Смешная какая! Ну, поиграем!

– Здравствуйте, Алиса! Очень рад снова Вас видеть. Простите мою невнимательность: нужно было пригласить Вас на вторую половину дня и дать выспаться.

– Спасибо, но я привыкла вставать рано.

Господи! О чём же с ней говорить? Вспомнить бы хоть одну тему, ведь общались же мы вчера как-то! И дядя Слава говорит, что она мне понравилась. Знать бы, чем. Фигура – как у подростка. Впрочем, сверху кое-что так имеется – на «двоечку» потянет. Может, даже на «трёшечку»… нет, всё-таки «номер два». Да и джинсам есть что обтянуть. Но мне нравятся повыше, поярче, погламурней. Да и ум в этих глазюках никакими очками не замаскируешь. Мне это надо?! Некоторые, наоборот, пытаются таким способом имитировать интеллект. Это бесполезно: ум с очками никак не связан – это моё личное открытие, ставшее для меня аксиомой.

И как теперь от неё избавляться? Я, конечно, далеко не ангел, но обижать детей пока не доводилось.

– Как себя чувствуете после вчерашнего вечера?

– Так же, как и до него. А Вы? – она бросает взгляд на бутылку минералки, которую я почти осушил за утро. Ах, ты ж, язва малолетняя! Ладно…

– Предлагаю перейти к цели Вашего визита, – ага! Съела! – У Вас ведь ко мне какое-то дело?

– Разумеется, – отвечает она, как мне кажется, с облегчением. – Я пришла дать Вам ответ, как и обещала. Я привыкла отвечать за свои слова.

– Похвально, – ни черта не понимаю я, – и каков же он?

Нет.

– И всё?

Девочка, умоляю тебя, вопрос мне хоть напомни! Она, словно слышит мою безмолвную мольбу.

– Вчера Вы и Ваш приятель немного… э-э… увлеклись борьбой за мир во всём мире и на радостях, любя всё живое на Земле, Вы предложили мне стать Вашей женой со всеми приложениями.

– Кх-м… Напомните-ка о приложениях.

– Ничего особенного: рука, сердце и сильное мужское плечо.

– А-ах-м… – хорошо хоть о кошельке речь не идёт, – и что из этого Вас не устраивает?

Она оценивающе (оценивающе! На МЕНЯ!) смотрит и качает головой:

– Абсолютно всё устраивает.

То-то же!

– А в чём же тогда дело?

– Думаю, Вы вчера поторопились со своим лестным предложением, поэтому я не имею права воспользоваться этим обстоятельством.

Фу-ух! Пронесло! А девчонка-то, и вправду, ничего, адекватная такая. Можно уже заканчивать игры и говорить с ней нормально.

– Ладно, Алис, – я подхожу и, взяв её за руку, усаживаю в кресло. – Извини меня. Я нечасто выпиваю, вот и не рассчитал. Спасибо за понимание.

Она кивает. Похоже, ей тоже надоел этот цирк.

– Я вообще не помню окончания вечера, но, кажется, я обещал тебе решить какие-то проблемы. Рассказывай.

Несколько секунд я наблюдаю, как в девушке происходит внутренняя борьба. Потом она всё-таки что-то решает и отвечает:

– Спасибо, Иван Антонович, но мне ничего не нужно. Проблема не такая уж серьёзная, вполне могу решить сама.

– Ладно, – я не настаиваю, – тогда позволь хотя бы моему шофёру отвезти тебя. В качестве извинений.