Должок!
Шрифт:
Встать рано и отправиться в путь на комфортабельном автомобиле – это не проблема. Проблема – водитель, который будет рядом со мной почти три часа. Это он ещё не знаком с нашими сельскими дорогами, если думает, что его «Мерседес» слизнёт эти километры, как корова языком. Есть там один участок у реки – кошмар водителя. Но я Стадника за язык не тянула, сам вызвался да ещё и настаивал. Хорошо, что всё это время он будет рулить и ругать дороги: всё мне меньше внимания. Потому что, если он хоть раз так на меня посмотрит, скажет что-нибудь своим завораживающим шёпотом, прикоснётся, а уж тем более поцелует… я за себя не в ответе. Боюсь, что тут же забуду, что он таким способом взыскивает должок.
Старательно вывожу в анкете «Жарикова Алиса Романовна», а сама не могу думать ни о чём, кроме того, что было в кабинете. Однако через пятнадцать минут всё заполнено и я, попрощавшись с дружелюбной Мариной, выхожу в коридор. Передвигаюсь «по приборам», потому что в глазах снова слёзы. Да что это со мной?! Никогда ведь плаксой сентиментальной не была. С чего вдруг разревелась при постороннем человеке? Сама ведь не поняла, от чего плакала: то ли от радости, что так удачно складывается с работой, то ли от благодарности за всё, что он для меня сделал, то ли от горького понимания, что этот мужчина, о котором я столько времени запрещала себе даже думать, сейчас так близко и так далеко. «Начальник», «шеф», «босс» – как тут принято его называть? Мне всё равно, потому что у меня в голове он Ваня, Ванечка. Какими бы миллионами он тут ни ворочал, перед моими глазами он весёлый, озорной парень, распевающий «Катюшу» в обнимку с немцем.
Останавливаюсь посреди коридора, чтобы вытереть слёзы. Дверь справа открывается, и оттуда кто-то выходит. Сначала мужчина проходит мимо, но, заметив моё состояние, возвращается:
– Девушка, я могу Вам чем-нибудь помочь?
Я мотаю головой и не смотрю на него: не хочу, чтобы будущие коллеги видели меня в таком состоянии. Но чувствую, как он берёт меня за запястье и буквально втаскивает в кабинет, из которого только что вышел.
– Алиса! Что случилось? Что ты тут делаешь?
Я поднимаю голову и узнаю человека. Господи! Вот ещё этого сюрприза мне не хватало для полного счастья! Почему сегодня судьба решила меня добить окончательно?
– Привет, Матвей. Ничего не случилось. На собеседование приходила.
– Не прошла? – сочувствует он.
– Прошла. С середины июля буду работать в архитектурном отделе.
– Вот как… – по-моему, он слегка растерялся, – значит, будем работать вместе. Я начальник архитектурного. А плачешь-то отчего?
– От счастья! – огрызаюсь я и выбегаю из кабинета с такой скоростью, будто боюсь упустить последний шанс выбраться на свежий воздух.
Боженька! Сегодня у тебя совсем хреновое чувство юмора!
Глава 9
Июль-2018
Я узнал, в каком клубе архитекторы «обмывали» дипломы. Два раза проехал мимо, но справился с собой и не вошёл. Зачем мне показываться ей на глаза? Подумает ещё, что я её преследую. «А что же ты сейчас делаешь?» – ехидно спрашиваю сам у себя и, чертыхнувшись, отправляюсь домой. Чтобы уснуть, мне понадобится немного коньяка. Но взглянув на бутылку, закрываю дверцу бара и вздыхаю: даже пить нет настроения. Почему я не вошёл в клуб? А что бы я там делал? Смотрел, как Алиса веселится со своими сокурсниками, выпивает «за будущее», за студенческие годы, за дружбу… Погодите! Этих трёх тостов уже достаточно, чтобы свалить с ног мою Синичку! А если она ещё и за здоровье преподов выпьет, то кто её домой отвезёт?! А вдруг
«Угомонись, придурок! – осаживаю сам себя. – Думаешь, у такой девчонки нет парня? И даже если нет, то всё равно кто-нибудь из друзей не бросит её. Хотя бы и подружка Ника». Но тут я вспомнил, что в тот раз в клубе именно Ника нализалась вдрызг со мной и Дитрихом, а Алиса помогала дяде Славе всех загружать и развозить по койкам. Как же она справится с этим одна?
Короче, полчаса мне хватило, чтобы убедить себя, что я не имею никакого морального права спокойно находиться дома, когда беспомощной девушке, моему будущему сотруднику, угрожает такая немыслимая опасность. Ещё через две минуты я выруливаю из подземного гаража своей новенькой высотки.
Да-да, я живу не во дворце и даже не в особняке, хотя могу позволить себе построить что угодно. В нашем доме за городом живёт папина сестра тётя Лена, которая ухаживает за бабушкой Верой. Больше родственников у меня нет: ни двоюродных, ни троюродных – никого. Возможно, где-то обитает родня по матери, но я этого не знаю: мама приехала учиться в наш город из Белоруссии, вышла за папу и через шесть лет умерла от тяжёлой болезни сердца. Мне тогда было четыре. Отец говорил, что у неё кто-то остался на родине, но не близкие родственники, иначе бы она не поехала искать свою судьбу в такую даль. Тётя Лена замуж не вышла, потому что её жених погиб в Афганистане, а другого полюбить так и не смогла. Вот и живёт теперь с матерью, помогает всем соседским старичкам и старушкам, никогда не унывает, говорит, что у каждого своя дорога в жизни. Собственно, она-то и заменила мне мать.
Около клуба я разглядел небольшую группку молодых людей, похоже, студентов. Припарковался и подошёл к входу. Охранник молча кивнул мне и посторонился, пропуская внутрь.
У бара никого из знакомых я не обнаружил. На танцполе – тоже. Неужели вчерашние студенты решили гульнуть в VIP-зоне? Хотя… почему бы и нет? Большинство выпускников архитектурного факультета могут себе это позволить. Но не Алиса. И не Вероника. Просто так они что ли жили в общежитии? Значит, у подружек есть богатенькие парни-мажоры, которые за них платят и наслаждаются сладкой красотой хорошеньких девчонок. «Убью!» – пронеслось в голове. Правда, я не решил ещё, кого именно, но это детали.
VIP-зона – это отдельные кабинеты. Как понять, где именно тусуются свежеиспечённые бармы и постники*? Спросил у администратора. Тот ответил, что около получаса тому назад ушли, кажется, собирались кататься по набережной. Та-а-ак… А давненько я нашим водохранилищем не любовался.
Следующие два часа стали кошмарной погоней. На набережной компании не оказалось, поспрашивал у молодёжи – выяснил, что говорили что-то о гонках. У нас в городе стритрейсеры собираются только в одном месте, туда я и отправился. Но неугомонные студенты и там долго не задержались. И где их теперь искать в три часа ночи?
Остаётся только одно: подождать у общаги и убедиться, что с девчонками всё в порядке. Стал в стороне от главного входа и принялся терпеливо ждать.
К пяти утра, когда они так и не появились, не знал, что и думать: не то с ними случилось что-то, не то просто заночевали у своих парней. Меня не устраивали оба варианта.
В половине шестого я через телефон вошёл в базу данных своего рабочего компьютера. Но Алису туда Мариночка ещё не внесла, потому что у неё ещё не было диплома, да и заявление она пока не писала. Всё на уровне устных договорённостей. Диплом Алиса должна принести в понедельник, а во вторник мы вместе едем: я – в Ростов, она – к родителям. Если, конечно, я сдержусь и не оторву ей голову за то, что не ночевала дома.