Доля ангелов
Шрифт:
— Шати, иди сюда, — я вошла в дом и достала мешок, что был у меня в роли сумки. Из маленького мешка я насчитала Шатиль пятьсот пиров бумажными, и дала в руки. Это твоя зарплата пока, потом, если все будет хорошо, я добавлю. А вот это, — достала тысячу пиров, — твоему отцу и маме — они работали с виноградом больше остальных.
Остальным раздам деньги завтра, а сейчас, пожалуй, пока греется наша мыльня, я все же подремлю. Нет сил, как хочется спать. Застелила кровать пледом, и ткнувшись в подушку, тут же заснула. Мне снился Дюбар. Он
Глава 49
Проснулась я ранним утром, когда только начало светать. Решила проверить — не остыла ли вода в нашей баньке. Там было прохладно, и я разожгла под камнями огонь. Пока управлюсь с лошадками, козой и курами, нагреется. Карл спал в нашем шалаше, и с этим что-то надо было делать, потому что ночами уже прохладно.
Воду мы носили из реки и радовались этой близости воды. Напоив и накормив животных, я проверила ближайшие ловушки для рыбы и принесла домой два больших экземпляра. Жаль, что нет холодильника.
С удовольствием помылась, переоделась, и хотела пойти к Лимаре, чтобы узнать — как устроились ее новые соседи, но выйдя на дорогу, увидела, что по улице идут мужчины, что живут сейчас в доме Карла. Я дождалась их на дороге.
— Мы снова в лес, хозяйка, там поставили ловушки и остались трое наших. Мы несем им еду. Еще один человек приехал вечером перед вами, а сейчас спит дома. Днем он придет познакомиться с вами и Карлом. Вы видели вчера как удачно мы поохотились?
— Да, видела. Спасибо вам. Нужно как-то поделить мясо.
— Уже разделили, правда на глаз. Ваш кусок забрал Карл. А мы ходили по домам, и раздавали, рассчитывая сколько в доме людей — так сказал Карл.
— А себе оставили?
— Оставили немного, но в лесу много оленей. А с Люком мы хорошо поохотимся, у него глаз — алмаз, и хороший арбалет.
— Кто этот Люк?
— Еще один охотник, которого мы ждали. Он стрелял в этого оленя. Мы сделали ловушки, но в них еще никто не свалился.
— Может вам нужен хлеб с собой?
— Нет, утром Лимара сама принесла нам два каравая. А люди за мясо давали нам крупы и молоко. Теперь у нас есть много продуктов, — они махнули мне, и пошли через реку и в гору, к лесу.
Совсем рассвело, когда я пришла к Лимаре. Калерия сидела у дома и вязала полотно, Мишар рубил дрова и носил их в дом.
— Доброго утра вам, соседи, — я подошла к дому, и боялась застать там недовольных друг другом жильцов. Но Карелия подняла на меня глаза и улыбалась. Из дома вышла Лимара:
— Доброе утро, девочка, а мы сегодня до поздна не спали — все разговаривали с Калерией и Люситой.
— Я их уже под утро разогнал, иначе, утром бы и не проснулись, — вышел из дома Мишар.
— Вам принесли вчера мясо?
— Да, спасибо, девочка, сегодня мы сварим похлебку и останется на пироги, — Лимара в своем ярком платье была как попугай в квартире с серыми стенами.
— Ну, хорошо,
По дороге меня нагнала Шатиль, она уже готова была поехать. Подошли к дому и увидели, что Карл и Дин уже встали и готовят завтрак. Я завернула рыбу в листья и обмазав густо глиной, положила с краю на угли — возьмут с собой.
— Лора, я тоже еду с ними — так мы быстрее вернемся, — Карл пил чай. И когда он успел собраться?
— Ну хорошо, я проверила вино, и думаю, сливать его нужно будет не дольше, чем через неделю.
— Мы вторую лошадку возьмем, чтобы Дин и Шатиль быстрее вернулись — приготовите посуду под сок, и варить можно будет ночью, — Карл разложил по тарелкам густую и рассыпчатую как плов, кашу с мясом. Мы уселись есть — это было очень вкусно. Шатиль хоть и отнекивалась, но Дин сказал, что не возьмет ее с собой, если та будет голодной.
Я проводила их, и даже радовалась, что побуду дома одна, сошью постельное белье, еще одни тапочки для дома, перенесу из шалаша постель Карла на кухню. Там есть широкая лавка, и она вполне может заменить ему кровать. А будет отнекиваться — уже поздно. С шалаша нужно снять ткани и повесить их в доме на стену — если свернуть, потом останутся заломы. А потом вспомнила, что в мыльне от воды стены начинают сыреть, и хотела что-то придумать. Вот эти промасленные ткани туда и приспособим!
Вино хорошо бродило, хоть и прохладно было ночами. Иногда между вкопанными горшками вечером мы зажигали несколько небольших костров, чтобы помещение и земля прогрелись, но я боялась, что дымок останется во вкусе вина, и приходилось временно накрывать кувшины крышками.
Вино, что было уже слито и закрыто стояло хорошо — не взорвались и не открылись кверви — это хороший знак, раз уже пару недель с их стороны тишина. Значит, хоть это вино можно будет продать в харчевню. Это вино и мармелад дадут нашей деревне возможность пережить зиму с хорошим запасом продуктов. А если наши охотники будут приносить мясо, мы будем жить вообще припеваючи.
Ближе к вечеру, когда я настраивала выжималку для ягод, готовила котлы, от дороги кто-то окрикнул меня. Странно, люди просто проходят сквозь огород прямо к дому и здесь уже зовут, а этот мужчина стеснялся пройти.
— Хозяйка, добрый день. Пришел знакомиться к тебе, — голос был подозрительно знаком. Наверно, это человек из охранников, что приехал позже.
— Проходите, не стесняйтесь, — я крикнула от дома и поставила на костер чайник и положила в угли рыбу.
— Ну, здравствуй, хозяйка Лора, — на меня смотрел с улыбкой Дюбар.
— Какого черта вы здесь делаете? Или пришли посмотреть на свои земли, и выгнать людей, которые их обустраивают? — у меня было столько гнева, и все, что я чуть не сказала тогда, в харчевне, я выплеснула на него сейчас.