Долина теней
Шрифт:
Гай повернулся.
– Ну, теперь я тоже помог, чем смог, посмотрим, кому повезет первому.
Элис, словно не желая иметь ничего общего с этим сумасшедшим домом, развела руками и ушла купить для них кофе и сэндвичи.
– Надо было её попросить купить ещё палатку и бензин для костра. Потому что из-за твоего упрямства, видимо, мы прямо на улице будем ночевать, да? – начал ворчать Гай.
– Мне бы твой оптимизм, - ответил Макс. – В таком случае, нам хотя бы грозил отдых.
– Как ты думаешь, что с нами будет? – неожиданно спросил Гай.
– Мы будем жить долго и счастливо, разумеется, - ответил Макс, растирая
– Все бы тебе только шутки шутить, - проворчал Гай. – Я серьезно спрашиваю.
– Ты спрашиваешь что-то серьезно? О боже, Лис, друг мой, ты не заболел ли? Может, это тебе надо было ещё недельку в госпитале отлежаться?
– Со мной-то все в порядке, - ответил тот. – Поэтому я здраво и трезво смотрю на вещи. Призрак ещё жив, а карточка неизвестно где. Думаешь, Ньюмэн тебя в темечко поцелует, когда узнает о таком провале?
Макс пожал плечами.
– Что нам остается-то? Встретимся с ним и узнаем. Тем более, не надо расценивать нашу ситуацию, как поражение. Мы ещё живы, а значит, можем продолжать войну, которая в самом разгаре.
– Мы были нужны безопасникам живые, - ответил Гай. – Только пока они рассчитывали с твоей помощью подобраться к Призраку. Сольешь ты им информацию как он выглядит и где ошивается – зачем оставлять нас ненужными свидетелями их тайных делишек?
Макс задумался.
– Не знаю, - наконец ответил он честно.
– Из милосердия?
Гай сплюнул.
– Это именно то слово, которое сегодня можно встретить только в энциклопедиях, с пометкой «устаревшее».
– Да что это на тебя нашло сегодня?
Гай плотнее закутался в куртку, нахохлился как птица.
– Честно сказать, ни разу не был так близок к смерти, как в тот день на складе. Пока лежал там – только и думал. Сейчас одна шальная пуля, маленькая мысль у любого из триад добить нас и все, конец. Смерть, окончательно, бесповоротно и ни малейшего шанса как-то спастись. Не понравилось мне это чувство, Макс. Ох, как не понравилось. Никогда прежде так жить не хотелось, как в тот момент. Когда Джон нас со своими дронами оттуда вытащил – не поверишь, я словно почувствовал себя настоящим человеком. Знаешь, как по утрам, бродишь сонный, понять не можешь, где реальность, а где нет. А потом глаза протрёшь – и все становится четко и ясно. Добро пожаловать в реальный мир. Вот и я так себя почувствовал, когда из того склада живым вышел. Захотелось жить, действовать, наслаждаться каждым днем. И вот теперь снова то же самое – если Ньюмэн решит, что такие неудачники, как мы, ему даром не сдались, просто закопает три холодных дела и слезинки не проронит. А я с этой мыслью смириться не могу, у меня теперь слишком обостренное желание жить.
Макс закурил и угостил друга.
– Я понимаю о чем ты, на самом деле, - сказал он.- У меня после первого боя, в котором я участвовал, было то же самое. Дикий страх в бою, жуткое ощущение иррациональности всего происходящего. Как же так, думаю. Жил столько лет, что-то знал, умел, любил, мечтал – а один маленький осколочек прилетит, пробьет к чертям броню и всё. Словно меня и не было никогда. А значит все зря. Все глупо и бессмысленно было, чем занимался. Когда из боя вышли – стал уже в чем-то совсем другим человеком. Каждую мелочь ценил, каждую сигарету и глоток алкоголя. Каждый день каждый вздох казались бесценными и прекрасным, словно я их только сейчас на вкус распробовал. А потом, конечно же, надо
– Что потом-то? – спросил Гай. – Как с этим смириться?
– Потом? – Макс раздавил ботинком окурок. – А потом все просто. Смиряешься, привыкаешь, и к жизни, и к бою. Начинаешь даже скучать без последнего. Потому что нельзя вечно ловить кайф – приедается. А опасность смерти подстегивает любить всё и наслаждаться. Добавляют остроту во вкус. Каждая бутылка пива после боя – особенная. Потому что знаешь, что её могло бы и не быть. Ну, по крайней мере у меня.
Он улыбнулся, чтобы подбодрить друга.
– Кто-то наверняка смотрит на все эти вещи по-другому. Пока не забыл, ещё хотел сказать. Я видел тогда, как на том складе ты закрыл Элис собой. Спасибо тебе. Это был действительно геройский поступок.
– Ай да ладно тебе, - тот только отмахнулся. – Просто случайно упал так.
– Ты гнусный враль, Гай.
– Ну, это-то известный факт.
Прошло минут двадцать, как рядом с ними на дороге остановился большой черный автомобиль. Стекло опустилось и из окна выглянул Ньюмэн. Он осмотрелся, брезгливо морща нос.
– Мистер Валенштайн, можно вас на минутку?
Гай сидел с разинутым ртом. Когда Макс прихрамывая залез в машину, Лис начал рьяно осматриваться по сторонам – видимо в поисках своих трех рыжих развратных девиц.
Ньюмэн на заднем сидении полировал ногти на руках, закинув ногу на ногу.
– Так что случилось, мистер Валенштайн? Давайте побыстрее, пожалуйста. У меня ещё много дел, какие-то злоумышленники угнали полицейский вертолет и на нем разгромили здание корпорации «Ляовэнь индастриз», ограбили и убили одного из её гендиректоров. Ужасные, ужасные преступники. Кстати, как там моё маленькое поручение для вас? Уже справились, я полагаю?
– Нет, - быстро ответил Макс. – Нам нужна помощь. Нужно найти, где сейчас скрывается хакер, известный как Богомол.
– Вот как? – равнодушно отозвался Адам. – Зачем он вам, позвольте полюбопытствовать?
«Знает ли он про карточку или нет?» - лихорадочно думал Макс. Но вслух ответил:
– Его ищет Призрак, если он нужен Призраку – значит, нужен и нам. Но мы должны добраться до него первыми.
– Не понимаю, - сказал Ньюмэн, обрабатывая пилочкой указательный палец. – У вас есть ваше задание, а вы занимаетесь какими-то совершенно посторонним проблемами. Нужной карточки у вас нет, Призрак все ещё, хи-хи, обладает физическим телом. Чем вы были заняты столько времени, позвольте спросить?
– Если бы все было так просто, мистер Ньюмэн, полагаю, эти задачи решились бы вашими собственными ресурсами, давным-давно. А мне для выполнения вашей ПРОСЬБЫ нужно как можно быстрее найти хакера, известного под прозвищем Богомол.
Ньюмэн вздохнул и пригладил мизинцем бровь.
– Будьте на связи, мистер Валенштайн. Я попробую помочь. Не смею больше задерживать.
Макс вылез из машины, стараясь как можно легче наступать на раненную ногу. Дверь захлопнулась, и машина растворилась в траффике. Рядом стояла Элис, с пакетом бутербродов и чашками кофе, удивленно переводя взгляд то на Макса, то на уезжающий автомобиль.