Долгое лето

Токацин .

...Резная дощечка из дерева Арлакс - того самого, с сотней стволов - покачивалась на руке Фрисса. Он достал её, чтобы рассмотреть получше. Это был ключ, открывающий странникам ворота всех городов Страны Дракона, и чтобы получить его, стоило очистить водохранилище!

– Это дали тебе Хээ-нор?
– спросил Нецис со странным выражением лица - он казался и смущённым, и разочарованным, и сердитым.

– Да, это цена рентунской воды, - усмехнулся Речник.
– Надеюсь, эта штука защитит тебя от всех старых знакомых.

Некромант посмотрел сквозь Фрисса куда-то вдаль, и его лицо окаменело.

–

И больше они никак тебе не заплатили?
– спросил он недоверчиво.

– Я не из-за денег за это взялся, - отмахнулся Речник.
– Давай собираться, Нецис. Солнце взошло, ещё немного - начнёт жечь.

– Та-а... Хорошо, я почти готов, - кивнул Нецис, поднимая свою сумку и запуская руку внутрь.
– Возьми. Тут немного, но Хээ-нор очень бдительны, непросто унести что-то у них и не быть замеченным...

Фрисс оторопело смотрел на связку серебряных монет-колец с вычеканенными на них крылатыми змеями.

– Нецис, ты что, обокрал Хээ-нор Хеноо?!

– Забрал у них то, что принадлежит тебе, - сверкнул глазами Некромант.
– Их неблагодарность хуже отравленных колодцев. Не сердись на них, они просто не подумали.

– Кажется мне, Нецис, что не подумал здесь ты, - угрюмо пробормотал Речник, гадая, как скоро миньцы заметят пропажу, и в каком облике Некромант просачивался в их неприступную крепость.
– Теперь они снова за тобой увяжутся. Гелин! Превращайся, дорога не ждёт...

Глава 25. Отикка

Фрисс провожал задумчивым взглядом раскидистый Арлакс, с каждой ветви которого свисала широкая жёлтая лента, а все стволы и не дотянувшиеся ещё до земли висячие корни были покрыты бахромой из цветных нитей. Речник видел в тени священного дерева магов в красных мантиях, Чёрных и Красных Саламандр и менна-жреца и думал, не принести ли и ему дары местным богам, но путь к живому храму непременно пролёг бы по овощным грядкам, а Гелин не смог бы пройти аккуратно по такой узкой тропе.

– Хорошая тут земля, - заметил Фрисс, глядя на возносящиеся к небу лиловые соцветия Кемши, яркие пурпурные "шапки" цветов над зарослями Сетты и жёлтые звёзды - цветки Нонкута. Пряная ползучая лоза подкралась к самой тропе, развесив широкие листья. Фрисс выглядывал межевые столбы и пару раз приметил в зарослях какие-то вешки из светло-серого камня, но так и не понял, велики ли наделы местных жителей.

– Да, это плодородный край, - кивнул Некромант, на миг прекратив опыты с шевелящимся сгустком праха.
– Но на этих грядах, Фрисс, костей и старых камней не меньше, чем корней и семян. Даже досадно иногда, что к ним не подобраться по всем этим огородам...

– Пробовал уже?
– сразу помрачнел Речник и переложил дощечку-ключ из сумки в карман. Похоже, и здесь Нециса знают, и в этом городе им придётся лазать по задворкам, как поганым крысам...

– Как же я надоел тебе за эти месяцы, Фрисс...
– покачал головой Некромант и на всякий случай отодвинулся.
– Тут неподалёку - хороший меанский могильник, ходят слухи, что даже с умертвиями, но вот забраться туда я так и не смог. И это немного печалит

меня, Фрисс, но ради твоего покоя я откажусь от новой вылазки.

– Спасибо, - мрачно ответил Речник, глядя на поля. Верно, колдун ищет дурной смерти... какие вылазки в могильник, когда на него в каждом городе охотятся?!

Зелёно-пурпурная стена посадок оборвалась, и Фрисс увидел жуткую выгоревшую плешь - такую странную, что даже привстал и потянулся за дозиметром. Это было серо-чёрное поле, покрытое белесыми пятнами и неглубокими, но многочисленными трещинами. Из мёртвой земли обломанными клыками торчали остатки стен - самых обычных, построенных из камня, а не из стеклянистого рилкара. Вокруг безжизненного поля торчали тростниковые вешки, обвязанные алыми лентами - предостережение для путников.

– Хорошо, - прошептал Некромант, задумчиво разглядывая пустошь.
– Похвальная осторожность... да, теперь я уверен, что пожиратель не возродится. Но надо будет им засолить землю ещё раз, и с морионовой крошкой, так очистка пройдёт быстрее...

Речник вздрогнул, оставил в покое дозиметр и повернулся к магу.

– Что тут за плешь?
– с опаской спросил он.
– Не твоих рук дело?

Теперь вздрогнул и отодвинулся Нецис.

– Та-а... Да, ты прав, Фрисс. Я приложил тут руку, - застенчиво признался он и на всякий случай показал Речнику пустые ладони.
– Возможно, такие меры были излишними, но дом-пожиратель - очень неприятное существо, и оставить его целым я никак не мог. Здесь за порядком следит стража из Отикки, дело они знают и разбойников держат в страхе, но с хищной нежитью им было не совладать. Я согласился тогда помочь им... точнее, у меня не было выбора, когда они поймали меня у могильника...

Он тихо вздохнул. Фриссу хотелось протереть глаза и потрясти головой, чтобы развеять морок. Он уже и забыл, что от Некромантии бывает польза...

– Так ты - защитник Отикки? Тут тебя знают, как спасителя от нежити?
– Речник недоверчиво усмехнулся.
– Что же ты молчал?! Какая тварь жила тут, как ты с ней сразился?

В соседнем седле оживился Алсаг, просунулся между людьми и привалился боком к Некроманту. Фрисс придвинулся поближе, сгорая от любопытства. Нецис неуверенно усмехнулся.

– Ты меня странно назвал, Фрисс. Так что ты хочешь услышать? Это вовсе не то, о чём слагают легенды и песни. Тут был дом меанской постройки, большое поместье одного миньского рода. О нём было много слухов, говорили, что там пропадают люди и животные. Местные маги думали, что тут вампир... отчего-то все в первую очередь думают на вампиров, а ведь их сейчас вовсе не осталось... А на поверку оказалось, что дом непростой - несущие стены из известняка, и строились на крови. Знаешь, когда строят на старой земле, у которой долгая память, очень опасно брать известняк. Он впитывает Квайю, как губка, и если дать ему напиться крови - проснётся пожиратель. Тут был целый океан Квайи, у меня чуть кости не обуглились, пока я стравливал её. Пока сносили стены, нашли тысячи черепов... они сильно пострадали, раскрошились в каменных тисках. Никого уже узнать не удалось. Когда я уходил, собирались возвести ещё один курган среди меанских могильников для тех, кого сожрал дом. Не знаю, было ли это исполнено...