Долгое лето
Шрифт:
– Как будто они всегда тут стояли...
– протянул Речник, потрогав валун, и оглянулся на широченную просеку в Тальхуме, тянущуюся с севера на юг.
– Нецис, разве такая тяжесть может ползти?
Некромант в это время к чему-то прислушивался, и Фрисс не успел договорить, как голем оттолкнулся от холма и шустро отплыл подальше, чуть ли не к дороге. Размытая почва качнулась, вздыбившись волнами. Первый из холмов сдвинулся и пополз.
Фрисс только слышал о чудовищных грязевых реках, иногда спускающихся с гор. Будь на Тальхумовых полях заметный уклон,
– Сейчас они встанут, Фрисс. Они уже устали, и им очень холодно, - тихо сказал Некромант. Речник посмотрел на него с удивлением. Похоже, что маг жалел существ под холмами... и уж точно знал, кто они.
– Фррисс, их палочкой не прроткнёшь, - заметил с ветки Алсаг.
– Может, веррнёмся?
Первый из холмов остановился. Остальные подползли поближе, прижимаясь боками друг к другу, будто хотели согреться. Фрисс утёр с лица грязь и покосился на уляпанную броню - как же, сохранишь тут снаряжение в порядке...
– Нецис, что это за твари?
– тихо спросил он, пока голем, с трудом доставая дно, пробирался к первому холму.
– Мне кажется, ты их узнал.
– Это не твари, Фрисс, - слегка нахмурился маг.
– Это плавучие гнёзда Чёрных Саламандр. Обычные выводковые гнёзда - в них Саламандры с потомством плавают в магме. Там, где они живут, нечего делать без каменной брони. Слишком горячо, и слишком большое давление.
Он провёл пальцем по оплавленному боку валуна, царапнул ногтем налипшую пемзу.
– Драконий огонь очень горяч, но то, что создавалось для подземных огненных морей, под ним не растает...
"Ага, тут есть щели..." - Речник ткнул веткой в узенький пролом между двумя валунами. Посыпались последние крошки пемзы. Фрисс поднёс к щели светильник. Его луч на мгновение высветил что-то чёрное с ярким жёлтым пятном, но отверстие было слишком узким - ничего толком рассмотреть не удалось.
– Так Чёрные Саламандры думают, что они до сих пор в магме? А на самом деле их вынесло на поверхность?
– Речник помрачнел.
– Да уж, им ничего не видно сквозь камень...
– Они обычно плывут на тепло, - сказал Нецис, заглядывая в щель.
– Тепло они чувствуют хорошо. Но как они могли перепутать огненные недра с поверхностью?!
Фрисс выпрямился на спине токатля и попытался пересчитать холмы. Их было тут десятка три, не меньше.
– Много надо сил, чтобы таскать такую раковину...
– покачал он головой.
– Закопать бы их обратно! Куда их несёт?!
Он сунул обломок Тальхума в щель меж валунами, пытаясь пробить застывшую лаву, и налёг на один из валунов, но камень держался прочно.
– Нецис, прикажи своему голему выломать валун! Я пойду в холм и скажу Саламандрам, что они заблудились, - Речник повернулся
– Голем не справится, - отозвался тот. Зелёный свет лился с его ладони - он будто просвечивал камни в поисках лазейки, водя по ним рукой.
– Камни держатся не на пемзе. Они сплавились друг с другом от жары и давления, - пояснил он.
– Будь тут хоть кусок мрамора, я открыл бы проход...
– Бездна...
– выдохнул Речник, просунув щепку в единственную приоткрытую щель - видно, тут два камня не сплавились как следует, и в броне образовалась брешь.
– Хаэй! Ящерки!
– Не думаю, что они тебя поймут, - Нецис отодвинул его от холма.
– Холод и усталость плохо влияют на их разум. Та-а... Ты нашёл одну щель в головном холме. Это превосходно. А если ты твёрдо намерен войти в холм...
– Само собой! Я что, любоваться сюда приехал?!
– фыркнул Речник.
– Но что толку нам от этой щели?! Мне туда и руку не просунуть. Да и ты мышью не пролезешь...
– Та-а... Си-меннэль, - покачал головой колдун и задумчиво усмехнулся.
– Но тебя это не остановит, Фрисс.
Он снял с плеча прилипшую канзису - медуза упала с какого-то растения, поваленного грязевой волной - и сунул в пустую фляжку.
– Теперь мне нужен колодезный мох и пара чистых колб - или, в крайнем случае, плошек. И пять-шесть капель твоей крови, Фрисс. Надеюсь, я ничего не перепутал, с алхимией я не в ладах с детства...
Токатль, уложенный под навесом, прикинулся столом, и Нецис возился с плошками и стеклянными палочками, расставив посуду на броне голема. Фрисс заглянул через плечо мага - садиться рядом он не хотел, немигающий взгляд черепов токатля смущал его. С другой стороны на работу чародея настороженно смотрели Гелин и Алсаг, хесский кот забрался на загривок Иджлана, и тот не возражал.
"Тухлятиной пахнет... Зря он, наверное, на нежить всё это поставил!" - Речник посмотрел на серо-зелёное месиво в плошке и поморщился. Некромант, не обращая внимания ни на что вокруг, помешивал палочкой в чашке и вылавливал остатки воздушной медузы. Две плошки, вымазанные жгучей слизью и чем-то тухлым, он небрежно отодвинул прочь. Фрисс подумал, что проще будет купить для Шайи Тханьи новую посуду, чем отмывать эту.
– Фрисс, пора, - колдун отложил палочку и уступил Речнику место у неживого "стола".
– Куда капать?
– деловито спросил Фрисс, закатывая рукав.
– Прямо в смесь, - кивнул на чашку Некромант. Такой взгляд Речник видел ранее - у Гедимина, собирающего из груды обломков удивительную летающую машину...
Капля крови упала в зелёную слизь. Та слегка задымилась, запах тухлятины стал отчётливее. Теперь Фрисс мог бы наверняка сказать, что протухло. Это была рыба.
– Хватит, - маг плюхнулся на землю, оттолкнул Речника и сжал чашку в ладонях. Над темнеющей слизью поднялись золотые языки пламени. От вони Фрисс закашлялся, оба демона попятились, с соседнего дерева с испуганным писком взмыли летающие ящерки-отии.