Долгий путь домой
Шрифт:
Мы сидели друг против друга и смотрели в глаза.
– Почему ты никогда не обнимаешь меня и не целуешь?
Это вопрос уже вызывал во мне море комплексов.
– Потому, что к женщинам нельзя прикасаться. Ни мыслями, ни словами, ни руками…
– Почему?
– Потому, что они слабее мужчин. Женщину легко обидеть, а за обиженных женщин вступаются невидимые силы. Мне не хочется попасть под гнев высших сил.
– Ты серьёзно в это веришь? Странно слышать от современного человека такие старинные понятия.
– Неважно кто во что верит. Ты можешь верить или не верить в гравитацию.
Да у него тараканов в голове, побольше чем у меня! Как может молодой современный парень всерьёз нести весь этот исторический бред? А может, правы мои родители? Парень не так прост?
– И что же делать?- тихо спросила я.
– Надо получить разрешение женщины.- едва слышно ответил Артём.
Наши лица были очень близко друг к другу. Мы дышали одним воздухом на двоих, наши губы разделяло насколько миллиметров. Губы зудели и требовали поцелуя.
– Оно у тебя есть,- почти неслышно прошептала я, и подалась немного вперёд.
Я даже не успела ничего осознать, как вот я уже лежу на диване под Артёмом. Вокруг меня мельтешат яркие белые пятна, а тело бьёт крупная дрожь. Мои губы и моё тело наслаждается такой желанной его властью надо мной.
Артём приподнялся, глядя на меня безумными глазами, и прикоснулся лбом к моему лбу замедляя наш бешенный поцелуй. Потом встал и ушел в ванную. Нет, нет! Не уходи! Я хочу ещё! Ещё больше! Куда же ты…
Когда вернулся Артём, я сидела на диване, обняв колени. Говорить не хотелось.
– Я понимаю, что на взгляд современного человека, веду себя странно…- начал говорить Артём.
– Ты собираешься жениться на девственнице?- перебила я.
Артём еле заметно кивнул.
– А если бы у меня раньше кто-то был?
– Я принял бы это. Но поскольку случилось так как есть, то я хочу использовать этот козырь.
– Козырь? Ты мне сейчас мозг взорвешь! Что за козырь?
– Ты…- он говорил медленно, будто осторожно подбирая каждое слово,- Постарайся меня понять. Ты нужна мне вся. Не только твоё тело и не на время. Ты часть моей души, и…
Он судорожно подыскивал слова и не находил подходящих. Наверное, он боялся, что если произнесёт их, то я сбегу от него.
– Опять какой-то древний ритуал?- спросила я.
– Не бойся. Ни кто не причинит тебе зла.
– Как же ты любишь напустить тумана.
– Наоборот. Я развеиваю его,- улыбнулся он.
– Ааа… - протянула я,- это теперь так называется.
Любая здравомыслящая девушка, при разговоре о ритуалах, особенно древних, убежала не оглядываясь. Но я почему-то не испугалась. Всё, что он говорил, я принимала за чистую монету, ни разу не усомнившись в нем. Когда я успела попасть в такую зависимость? Меня ни чего не удивляло и не беспокоило, будто подобные разговоры, где в одном предложении встречались слова девственница, ритуал и выкуп, были чем-то обычным в современной жизни.
– Может получиться так, что нам придётся уехать навсегда жить в другое место,- продолжал Артём,- Ты сможешь расстаться с родственниками, если придётся выбирать они или я?
– Какое место? Туда куда ты ездил и не звонил мне?
– Да, почти. Может даже дальше.
Я задумалась. Мои родители были авторитарными
– Я должна сейчас ответить?
– Нет. Время еще есть.
Артём остался ночевать у меня. Он лёг на диване. Мне было особенно тоскливо этой ночью. Ведь я знала, что в соседней комнате лежит объект моего вожделения. И если я сейчас пойду к нему, то он, возможно, уступит.
Всё страньше и страньше… Ладно. Утро вечера мудренее.
9 глава
Сегодня у нас было организационное собрание географическо-археологического клуба «Сибирский путешественник» перед выездом на место. Студенты сдали летнюю сессию, и преподаватели университета ушли в свои законные отпуска. Теперь ни что не держало членов клуба в городе.
Я пропустила три собрания с тех пор, как привела в клуб Артём. Зато он стал очень популярной личностью в узком кругу. Каким-то непонятным мне образом, он всё же убедил членов клуба, что нам просто необходимо ехать искать клад.
Я немного задержалась на работе. В крайний день перед отпуском надо было доделать кое-какие дела, поэтому на собрание я опоздала. Я тихонько покивала всем знакомым и пробралась к Артёму, который махал мне рукой. В зале присутствовали около тридцати человек. В ряду перед нами сидела Виталина Геннадьевна и громким шепотом, который слышался на весь зал, рассказывала Юрию Валерьевичу о подробностях развода своего прекрасного во всех отношениях сына и мерзкой гадины в женском обличии, захомутавшей, в своё время, её кровиночку. Так, по крайней мере, выходило с её слов.
На организационное собрание должны были прийти все, кто хотел ехать в экспедицию. В ходе проверок информации, которую дал Артём, всё больше работников кафедры истории присоединялось к этому мероприятию. После того, как все данные подтвердились, в этом году было решено ехать исследовать пещеру.
Я несколько раз пыталась поговорить с мамой. Она в категоричной форме объяснила мне, что отец против присутствия Артёма в кругу нашей семьи. И меня он тоже не желает видеть, пока я не выполню его волю.
Меня угнетала мысль, что мои родители так легко и быстро, и практически на ровном месте, от меня отказались. Я всего один раз не подчинилась воле отца и мне указали на дверь. Я задалась вопросом, неужели я никогда раньше не перечила отцу? Получается так. Мне приказывали, я выполняла. Даже ездить с экспедициями клуба меня отпустили, потому, что его руководитель, Василий Анатольевич, был серьёзным уважаемым в городе человеком, патриархальных взглядов. У него не забалуешь.
Звонила старшая сестра. Долго расспрашивала меня об Артёме. По итогу разговора не высказала ни одобрения, ни порицания. Всё понятно. Ждёт, чем кончатся разборки с родителями и потом, в зависимости от позиции родителей, скажет «своё слово». Звонил брат, тоже долго выспрашивал подробности отношений с Артёмом, разговора с родителями и сестрой. Высказал насколько острых замечаний, и, попрощавшись, сбросил звонок. Я поняла, что поддержки родственников мне не видать.