Dolgin.indb

Маматов Алексей Сергеевич

неподкупным и обладать иммунитетом против давления со стороны

художественного сообщества. Но, как уверяет Даглас Норт, специа-

лист по институциональной экономике, лауреат Hобелевской премии

1993 года, инстанции неатомистичны или, попросту говоря, небеско-

рыстны. Поскольку решения жюри непосредственно связаны с судь-

бами коммерческих, политических или художественных проектов, то в

наличии стимуляторов сомневаться не приходится. Уже на этапе

отбо-

ра конкурсантов экспертная инстанция делает им рекламу, о чем гово-

рилось на примере критиков. С жюри та же ситуация: оно выступает в

художественном сообществе в качестве РR-агента.

Кроме того, невозможно полностью нивелировать фактор субъек-

тивности: люди остаются людьми, причем не столько из меркантильных, сколько из обыденных человеческих соображений. Эксперт не просто

член профессионального сообщества, он обитатель довольно тесного

мирка, полного взаимных обязательств и интриг. У него есть оппонен-

ты, которых лучше не злить по мелочам, есть друзья, которых не при-

нято обижать, есть протеже друзей и прочие круги. Со всеми съеден не

один пуд соли. Поэтому когда кто-то не на высоте, лучше промолчать, а еще лучше по-товарищески поддержать. В суде не требуют свиде-

тельств против близких, вот и от эксперта не стоит их ожидать. (Неслу-

чайно по статистике большинство рецензий неотрицательные.) Невоз-

можно сбрасывать со счетов обстоятельства частной жизни критика, потому что из них соткано культурное полотно. Процессы «кланирова-

ния» (от слова «клан») профессионального сообщества неизбежно ве-

дут к клонированию рецензий. Плохо или нет, но иначе быть не может, потому что таково соотношение между сильными связями в ближнем

круге и слабыми обезличенными связями в дальнем. Так что если инте-

ресы потребителя отодвигаются на второй план, это закономерно.

В любой процедуре голосования можно найти лазейки для продав-

ливания субъективной позиции. Институциональная экономика вооб-

167

ЧАСТЬ 2. УХУДШАЮЩИЙ ОТБОР В ИНДУСТРИЯХ КУЛЬТУРЫ

ще рассматривает критиков как экономических субъектов, преследую-

щих свои собственные цели. Что смягчает циничность этого взгляда, так это его тотальность: во всех людях экономика видит эгоистичных

расчетливых игроков. Каждый действует себе во благо, не думая об об-

щей выгоде. Поэтому если заботиться о прогрессивности рынка, не-

обходимо выработать правила, которые, тем не менее, способствовали

бы достижению коллективной пользы. В тех случаях, когда по каким-

либо причинам это не удается сделать,

имеет место так называемый

провал рынка. Вопрос в том, как отличить ситуацию, когда хорошие

правила пока не удалось придумать, от такой, когда это вообще невоз-

можно сделать.

Как ни эгоистичны эксперты, в их интересах соблюдать баланс

между финансовой выгодой и репутацией, поскольку именно от ре-

путации зависят их будущие заработки. Однако в какой-то момент

размен репутации на деньги может произойти, и это по возможности

держится втайне. Инстанции вообще часто создаются с прицелом на

последующий контроль над распределением благ и получение ренты

(так называемое ренториентированное поведение). Так, спортивные

судьи могут чинить всяческие препятствия и занижать оценки пре-

тендентам, угрожающим их фаворитам. Примерам такого поведения

несть числа не только в художественной культуре, но и в самых разных

рынках досуга и развлечений. Особенно они на слуху в богатых видах

спорта. Так, европейский футбол потрясли разбирательства с «куплен-

ными» матчами.

В начале 2005 года был арестован берлинский арбитр Роберт Хой-

цер, бравший деньги за то, что обеспечивал нужный результат для

букме керской мафии в тех матчах, которые он обслуживал115. Он про-

болтался об этом коллегам, и те написали на него докладную в Немец-

кий футбольный союз. Хойцер признал вину и рассказал, что 21 августа

засудил Hamburg, который, ведя в счете в матче с клубом Paderborn —

2:0, неожиданно уступил — 2:4. При этом в середине встречи у проиг-

равших был удален игрок, и в их ворота назначены два пенальти. В ходе

допросов Хойцер рассказал о семнадцати договорных встречах в пер-

вой и второй бундеслигах и о том, что в аферах задействованы другие

арбитры, футболисты и чиновники (под подозрением оказалось более

двух десятков человек).

115 Жук А. Hamburg заплатят €2 млн за проигранный матч // Коммерсантъ. 14 фев-

раля 2005 г.

168

ГЛАВА 2.6. РЕАКЦИИ АГЕНТОВ НА УХУДШАЮЩИЙ ОТБОР

Приведенный пример типичен не только для немецкого футбола116

и не только для спорта – любой арбитр чувствителен к экономическим

мотивам и не лишен человеческих слабостей, даже если не соверша-

ет ничего доказуемо предосудительного. Памятны скандалы с необъ-

ективным судейством на недавних Олимпийских играх в Греции, где

спрос на результаты был неприкрыто предъявлен политиками. (Нерон