Долг крови

Хафф Таня

Она резко поднялась с места. Но неожиданно замерла и, медленно повернув голову, взглянула на Майка.

Тот успокаивающим жестом погладил ее по руке.

– Поверь, я тоже хочу, чтобы она понесла наказание, – произнес он. – Но не так. Если ты пойдешь и убьешь ее... Не надо, Вики.

Женщина слегка вздрогнула; чуть позже дрожь волной прошла по всему ее телу.

– Что-то ты в последнее время раскомандовался, – пробормотала она, после того как слегка успокоилась.

– Меня поражает твое самообладание, – послышался спокойный голос Фицроя.

– Не смей разговаривать со мной менторским

тоном, Генри! – Вики упрямо вздернула подбородок, но все-таки ей удалось сдержать охвативший ее гнев. Однако ей страшно хотелось швырнуть в этого жутко наглого вампира чем-нибудь тяжелым. А еще лучше – выкинуть его в окно. – Так что будем делать?

– Я идиот!

Во вспыхнувшем серебром взгляде Вики было предупреждение. Генри решил воздержаться от язвительных комментариев. Женщина нежно погладила Селуччи по колену.

– Не стоит себя в этом обвинять, – заметила она, – расскажи лучше, в чем дело.

– Мы все время охотились не за тем человеком, понимаете? Во всех этих убийствах виновен не Суонсон. Вот поэтому-то призраки и не оставили Генри в покое.

– Может, и не он лично убивал, но его вина от этого меньше не становится. Он был в курсе происходящего, финансировал клинику...

– Он просто давал средства на покупку почек у бедняков и находил покупателей, – покачал головой детектив. – Но бедняки прекрасно могут обходиться и одной почкой, в странах третьего мира такое явление далеко не редкость.

– Ну и?..

– Думаю, доктору Муи, которая и так уже заработала немало денег, производя нелегальную пересадку органов, захотелось добавить к своему и так не маленькому вознаграждению еще малую толику деньжат. Донор умирает, а предназначенные ему деньги она присваивает себе. Все предельно просто.

– Да, но...

– Если бы ей не пришлось скрывать все эти случаи смерти от Суонсона, стали бы они дожидаться, когда донор выздоровеет после операции? – Селуччи перевел взгляд с Вики на Генри и сам ответил на поставленный вопрос: – Конечно нет. Теперь ясно, почему у трупа, который выловили в заливе, разрез на боку практически зажил. Доктор Муи позволяла пациентам полностью оправиться, чтобы не навлечь на себя подозрения мистера Суонсона.

– То есть он не знал, что она их убивает?

– Доктор сама мне призналась, что рассказывает людям ровно столько, сколько им необходимо знать, чтобы выполнять свою работу. И не больше. Вики, ты что? Так ведь и сломать можно!

Она отпустила его руку, и Майк принялся растирать побелевшие от цепкой хватки пальцы.

– А в обязанности Суонсона входило лишь давать деньги и находить покупателей, – заключил он.

– Ну допустим. – Было ясно, что сомнения Вики далеко еще не преодолены. – А как же отсеченные руки первого призрака?

– От трупов избавлялся Салливан. Он выяснил, что этого парня нет в полицейской базе данных и на него не заведено никаких дел. Вот и решил извлечь небольшую выгоду. Он ведь немало времени отсидел за решеткой. Наверняка у него сохранились связи в преступном мире.

Вики покачала головой.

– Сплошные догадки и никаких фактов.

– Эти отсеченные руки слишком долго вели нас по ложному следу. Черт с ними, теперь это совершенно не важно.

Генри подошел к окну.

Ему всегда лучше думалось, когда он смотрел на ночные огни города. Его города. Окна квартиры выходили на Фоллс-Крик, а окна Лайзы Эванс – на парковку.

– Мне кажется, – вновь заговорил он после минутного размышления, – Майк абсолютно прав: во главе этой преступной организации стояла доктор Муи. Суонсон вчера чуть с ума не сошел от ужаса, когда обнаружил тело Салливана.

– Ну конечно. – Женщина бросила на Фицроя яростный взгляд. Еще не хватало, чтобы и этот взялся ее учить! – Такой весь из себя нежный преступник! Он просто испугался, что все его делишки выплывут наружу.

– Вряд ли. – Вампир чувствовал, как сильно рассержена Вики, и избегал смотреть ей в глаза. Лучше уж наблюдать за вереницами машин на бульваре Пасифик. – Первое, что доктор Муи спросила у Суонсона, звонил ли он в полицию. А если бы он был замешан в то, что с донорами происходило после операции, ему подобное и в голову бы не пришло. Само собой разумеется, и доктор прекрасно об этом знала. Лишь выяснив, что он позвонил только ей, она принялась думать над тем, как все скрыть.

– У Муи был и мотив, и возможность, – кивнул Селуччи. – Рональд Суонсон предоставил ей эту возможность, а она оказалась слишком жадной.

– Мне так не кажется, – пробормотала Вики. – К тому же тебя ведь держали в одном из гостевых домиков Суонсона.

– Это не значит, что он знал истинную цель моего там пребывания. Эта мегера могла наплести ему что угодно.

– И наиболее важным доказательством того, что наша с Майком теория верна, – подытожил Генри, – является то, что арест Суонсона никак не отразился на поведении призраков. Они по-прежнему являются мне и жаждут мести. Их не удовлетворили ни смерть Салливана, ни инфаркт Суонсона.

Эта сука посмела брать кровь у Селуччи, ее Селуччи! Одного этого было уже достаточно! Кивнув, словно ее убедили, Вики сухо произнесла:

– Ну хорошо. Пусть все улики сходятся, и Муи – недостающий кусочек мозаики в общей картине расследования. Эдакая злодейка, без которой не могли осуществиться все эти кровавые преступления. Коварная, лицемерная, безнравственная мерзавка. Я бы с удовольствием пустила ей кровь, но вы почему-то против. И что прикажете в таком случае с ней делать? Позвонить в полицию из уличного автомата. – Вики театрально понизила голос: – Будьте так любезны, проверьте, пожалуйста, источник доходов доктора Муи, а то мне ее богатство спать спокойно не дает?! Или как?

– Скорей всего, она продумала и такой вариант. У этой женщины... – Майк замолчал, когда почувствовал на себя взгляд подруги: ее глаза опасно засеребрились. – К этой змее не очень-то подкопаешься. У нее на все найдется ответ.

– А еще у нее до черта деньжат. И лежат они полеживают на счетах в заграничных банках. Сдается, мне, птичка хочет выпорхнуть из клетки. Если, конечно, уже не улетела.

– Вряд ли. – Фицрой заинтересованно смотрел на газон, отделявший его дом от того, где жила доктор Муи. – Если я не ошибаюсь, это телевизионный фургон, из которого вылезает не кто иной, как Патриция Чейни. И затормозил он, представьте, как раз у соседнего дома.