Доктор Сон

Кинг Стивен

— Дэнно? Ничего не хочешь мне рассказать? Я думаю, хочешь. Не знаю уж, давно ли ты таскаешь на душе этот поганый камень, но можешь снять его прямо здесь и выйти на улицу на сто фунтов легче. Вот как это работает.

Дэн подумал о том, как малыш, ковыляя, подбежал к маме

(Дини ее звали Дини)

и как, даже сквозь пьяный сон, она обняла его и прижала к себе. И в падавшем из грязного окна спальни луче солнца они — мать и сын — лежали лицом к лицу.

— Нет никакого камня, — сказал он.

— Отпусти это от себя, Дэн. Говорю тебе как твой друг и твой куратор.

Дэн

в упор смотрел на собеседника и молчал.

Кейси вздохнул:

— Сколько собраний, на которых говорили, что твои секреты — твоя боль, ты посетил? Сто? Тысячу, наверное. Из всех афоризмов АА этот — старейший.

Дэн молчал.

— У всякой души есть дно, — сказал Кейси. — Однажды перед кем-нибудь ты обнажишь и свое. А если нет, то рано или поздно обнаружишь себя в баре со стаканом в руке.

— Я тебя понял, — ответил Дэн. — А теперь можно перейти к «Ред Сокс»?

Кейси бросил взгляд на свои часы.

— В другой раз. Мне нужно домой.

«Да, — подумал Дэн. — К своей собаке и золотой рыбке».

— Окей. — Он взялся за счет, опередив Кейси. — В другой раз.

4

Вернувшись в комнату, Дэн надолго уставился на доску. Наконец, он медленно стер накарябанную на ней надпись:

«Они убивают бейсбольного мальчика!»

Вытерев доску, Дэн спросил:

— Что за бейсбольный мальчик?

Никто не ответил.

— Абра? Ты еще здесь?

Нет. Но еще недавно была: если бы он вернулся после неловкой встречи с Кейси на десять минут раньше, то, возможно, увидел бы ее фантомную фигуру. Но пришла ли она именно к нему? Дэн так не думал. Как ни безумно это звучало, он считал, что, скорее всего, она пришла к Тони. К его бывшему невидимому другу. К другу, который иногда приносил с собой видения. Который предупреждал. К другу, который оказался более глубокой и мудрой версией его самого.

Для испуганного малыша, пытавшегося выжить в отеле «Оверлук», Тони был старшим братом-защитником. Ирония в том, что теперь, оставив позади выпивку, Дэниел Энтони Торранс стал полноценным взрослым, тогда как Тони по-прежнему оставался ребенком. Может, тем самым пресловутым внутренним ребенком, о котором постоянно талдычат гуру нью-эйджа. Дэн считал, что этот внутренний ребенок служит людям оправданием их собственного эгоистичного и разрушительного поведения (Кейси называл это синдромом «Хочу все сразу и сейчас»), но он также не сомневался, что взрослые мужчины и женщины хранили все стадии своего развития где-то в своих мозгах — не только внутреннего ребенка, но и внутреннего младенца, внутреннего подростка, внутреннего юношу или девушку. И если эта таинственная Абра пришла к нему, разве не естественно, что она прошла за барьер его взрослого разума в поисках своего ровесника?

Может, она искала товарища для игр?

А может, даже защитника?

Если да, то эту роль Тони уже исполнял раньше. Но нужна ли ей защита? В ее сообщении

(они убивают бейсбольного мальчика)

чувствовалась боль, но боль и сияние ходят бок о бок, о чем Дэн узнал много лет назад. Нельзя маленьким детям столько всего знать и видеть. Дэн мог связаться с ней напрямую и попробовать узнать побольше, но что он скажет ее родителям? «Привет, вы меня не знаете, но я знаю вашу дочь, она иногда приходит ко мне в комнату, и мы подружились?»

Дэн не

думал, что они спустят на него окружного шерифа, но и не осудил бы, если бы они так поступили, а принимая во внимание его сомнительное прошлое, у него не было желания проверить это на практике. Пусть Тони будет ее другом на расстоянии, если это то, что действительно происходит. Может, Тони и невидим, но он хотя бы подходит ей по возрасту.

Позже Дэн восстановит все имена и номера комнат, которые он обычно писал на доске. А пока что он взял мелок и написал: «Мы с Тони желаем тебе хорошего летнего дня, Абра! Твой ДРУГОЙ друг, Дэн».

Еще раз прочитав написанное, он кивнул и подошел к окну. За окном стоял отличный летний день, а ведь у Дэна все еще выходной. Он решил выйти на прогулку и попытаться выкинуть сегодняшний разговор с Кейси из головы. Да, он считал, что квартирка Дини в Уилмингтоне была его дном, но если он, никому не рассказав о случившемся там, оставался трезвым вот уже десять лет, то почему бы, по-прежнему никому не рассказывая, ему не оставаться трезвым еще десять? А то и двадцать. И вообще, зачем думать о годах, если девиз АА гласил: «Один день за раз».

Уилмингтон остался в далеком прошлом. С той частью его жизни было покончено.

Выходя, он, как обычно, запер комнату, но замок не помешает таинственной Абре, если та захочет вернуться. А когда вернется он, то, возможно, увидит на доске очередное сообщение.

«Может, мы станем друзьями по переписке».

Ага, а может, модели из «Виктория сикрет» закатят девичник и разгадают секрет ядерного синтеза.

Дэн с улыбкой вышел на улицу.

5

Публичная библиотека Эннистона проводила летнюю распродажу книг, и когда Абра попросила сводить ее туда, Люси была рада отложить дневные хлопоты и прогуляться с дочерью по Мейн-стрит. Столики, заваленные разнообразными книжками, стояли прямо на лужайке, и пока Люси рылась в мягких обложках («Доллар за штуку, шесть книг — за пять»), пытаясь найти нечитанный роман Джоди Пиколт, Абра изучала столики с табличкой «Молодежная литература». Она была еще далека от того возраста, о котором шла речь, но читала жадно (и не по годам много), причем особенно любила фэнтези и научную фантастику. На ее любимой футболке под изображением огромной, сложной машины было написано «Стимпанк рулит».

Люси решила остановиться на старом Дине Кунце и сравнительной новой Лизе Гарднер, когда к ней подбежала Абра. Она улыбалась.

— Мам! Мамочка! Его зовут Дэн!

— Кого зовут Дэн, солнышко?

— Папу Тони! Он пожелал мне хорошего летнего дня!

Люси огляделась, почти уверенная, что увидит поблизости незнакомца с мальчиком возраста Абры на буксире. Чужаков хватало — в конце концов, лето на дворе, — но таких парочек она не заметила.

Абра увидела ее взгляд и хихикнула.

— Не, его тут нет.

— Тогда где же он?

— Точно не знаю. Но где-то рядом.

— Ну… наверное, это здорово, солнышко.

Люси едва успела взъерошить дочкины волосы перед тем, как та вновь умчалась на поиски своих космонавтов, путешественников во времени и волшебников. Люси, забыв про свои книжки, стояла и смотрела на нее. Рассказать Дэвиду про это, когда он позвонит из Бостона, или нет? Она решила, что не стоит.

Странное радио, вот и все.

Лучше спустить все на тормозах.