Доктор на просторе
Шрифт:
– Да, сэр, разумеется.
Во мне нарастало недоумение. Обстановка в зале, определенно, нагнеталась. Члены комитета либо разглядывали потолок, либо, напротив, сидели, уставившись в свои записи. Никто даже не пытался заговорить.
– И в Британской медицинской ассоциации?
– зловещим тоном осведомился председатель.
– Д-да, сэр, - запинаясь, выдавил я.
Объяснить столь внезапную враждебность было невозможно. Я был подавлен, разбит и отчаянно нуждался в глотке свежего воздуха. Вытащив из кармана носовой платок, я утер вспотевший лоб и, отодвинув назад стул, бессильно откинулся на спинку. В следующее мгновение, потупив взор, я увидел под столом прямо напротив
От ужаса мой хребет промерз до основания.
– Я... Извините, ради Бога, сэр... то есть, мадам, - пролепетал я.
– О Господи!
Взвизгнув, я как ошпаренный сорвался с места и, не чуя под собой ног бросился к дверям.
И этот пост мне не достался.
* * *
На обратном пути в Лондон я вытащил из кармана свежий номер "Британского медицинского журнала" и снова погрузился в чтение объявлений о вакансиях, для удобства размещенных в алфавитном порядке - от анестезиологии до хирургии. Похоже было, что настала пора попытать свои силы в другой области медицины. Микробиологическая лаборатория означала необходимость корпеть там с девяти до шести без малейшего намека на общение с живыми пациентами. Не говоря уж о риске подцепить какую-нибудь заразу вроде чумы или черной оспы. Возня с туберкулезными больными подразумевала пребывание на свежем воздухе, вдоволь масла и яиц, однако безмятежная и размеренная жизнь в санатории зачастую погружала в летаргический сон не только больных, но и врачей. Для ортопедии требовались навыки плотника, а для патологии - кровожадность Прокруста. Рентгенологи были обречены на нездоровое обитание в мрачных подземных склепах, а педиатры не успевали очищать брюки от рвотных масс детишек, объевшихся всякой дряни.
Уныло разглядывая бесцветный пейзаж за окном, я попытался вспомнить, какие ещё занятия в Св. Суизине доставляли мне радость. Увы, в моей памяти отпечатались одни лишь запахи. Появившаяся во рту кислятина заставила вспомнить химию в первый год обучения; приятное щекотание в ноздрях канадский бальзам и гистологические препараты; вонючая смесь карболки с формалином - анатомичку; пряный и сочный аромат луга - биохимическую лабораторию; запах мастики - больничные коридоры, а эфирные пары операционную. Про морг же и вспоминать не хотелось - в голову всплывало сравнение разве что с заброшенной скотобойней. Я вздохнул и принялся листать страницы. Ничего. Взгляд мой задержался на внутренней стороне обложки. Красиво набранный текст гласил:
"ИДЕАЛЬНОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ ДЛЯ МОЛОДОГО СПЕЦИАЛИСТА
Требуются:
1. Врач на роскошный лайнер для кругосветного круиза. Америка, Вест-Индия, Африка, Индия, Австралия, Япония, Океания. Отплытие в ближайшие дни. Полный пансион, жалованье 2000 фунтов в год (в американских долларах).
2. Личный врач для Южноафриканского мультимиллионера, путешествующего по Африке, Америке и Азии. Жалованье по договоренности. Обращаться немедленно.
3. Обычная практика. Практикующему врачу в тихом местечке (Вай-Вэлли) требуется надежный напарник. Бесплатное проживание в доме шестнадцатого века со всеми удобствами, бесплатные уголь и еда, бесплатная машина с шофером, ежегодный трехмесячный отпуск.
И много других предложений.
Обращаться
в медицинское агентство
"ВИЛСОН, ВЕРЕСКИЛЛЬ И ВОЗЛЮБЛИНГЕР"
Располагалось агентство совсем неподалеку от Св. Суизина.
* * *
Утро выдалось туманное, мне предстояло расплачиваться за жилье, в горле нещадно свербело, но мысль о посещении агентства настолько согревала меня, что даже унылый и серый Масвелл-Хилл показался мне залитым солнцем. Жизнь снова представлялась в розовых тонах.
Позавтракав
На двери висела табличка с надписью "Вход". За дверью располагалась комнатенка, стены которой были обиты вагонкой, а вдоль противоположных стен стояли две деревянные скамьи, прибитые к полу, точь-в-точь, как в купе поезда французской железнодорожной дороги. Напротив входа была дверь с матовой стеклянной панелью, местами растрескавшейся, и с табличкой "Управляющий". На скамье слева примостилась бледная личность примерно моих лет с "Журналом нейрологии, нейрохирургии и психиатрии", а на скамье справа развалился обрюзгший и неопрятный тип с кустистыми усами и в замызганной фетровой шляпе. Осоловело уставившись в пол, он что-то невнятно бормотал.
Я присел рядом с бледнолицым. Он даже не покосился в мою сторону. Мы сидели и молчали. Наконец, дождавшись своей очереди, я вошел к управляющему.
Я оказался в каморке, по сравнению с которой наружная приемная могла показаться залом ожидания в аэропорту Хитроу. За высоким и узким деревянным столом восседал добродушного вида старичок с бакенбардами и в очках с золоченой оправой. Он был облачен в манишку с шейным платком и старинный сюртук.
– Мистер Вилсон, мистер Верескилль или мистер Возлюблингер? жизнерадостно спросил я. Приятно было чувствовать себя клиентом, а не просителем.
– Увы, доктор, - никого из них здесь нет, - доброжелательно улыбнулся управляющий. Отложив ручку, он сплел узловатые пальцы.
– Чем могу быть вам полезен?
– Я пришел по вашему объявлению. Я бы предпочел мультимиллионера, если вакансия ещё не занята, но готов согласиться и на круиз. Сборы у меня много времени не займут - я сейчас свободен как ветер.
– И снова вынужден разочаровать вас, - ответил старичок с наинежнейшей улыбкой.
– Оба места уже заняты.
– Но ведь объявление появилось только вчера!
– раздосадованно воскликнул я.
– От желающих просто отбоя нет... Однако могу предложить вам много не менее привлекательных мест. Хотели бы вы, доктор отправиться за границу?
– Я бы не возражал. Если там тепло, конечно.
– Тогда у меня есть как раз то, что вам надо. Для "Акрополос ойл компани" - это греческий концерн, весьма уважаемый - требуется грамотный специалист в Ираке. Очень многообещающая должность. Вот контракт на пять лет...
– Нет, спасибо, я ещё не настолько замерз.
– Что ж, попробуем другое. Вы человек набожный?
– Он смерил меня взглядом.
– Вижу, что да. В Таиланде нужен врач-миссионер. Заработок, правда, невелик, но, - он вздохнул и молитвенно возвел глаза к потолку, ведь всех нас ждет вознаграждение на небесах.
– Я предпочитаю земное, - покачал головой я, начиная испытывать разочарование.
– Скажите, а что-нибудь попроще у вас найдется? Обычная практика, пусть даже не в самом престижном месте.
– Конечно, конечно, доктор, - поспешно ответил старичок.
– Просто мне показалось, что вы стремитесь по тем или иным причинам покинуть страну... Разумеется, у нас масса самых привлекательных вакансий. Вы даже не представляете, скольких молодых людей мы уже устроили. Для нас это вроде хобби. То, что вы здесь видите, - он обвел рукой по сторонам, - вовсе не моя привычная среда обитания... Я, видите ли, человек довольно разносторонний, - добавил этот добряк, чуть помолчав.
– Просто случилось так, что однажды очень близкого мне человека спас от неминуемой гибели начинающий врач, совсем ещё юнец. Вот я и стараюсь теперь, по мере возможности, помогать вашему брату в выборе пути.