Доктор на просторе
Шрифт:
– Не волнуйтесь, старина, - ободряюще проговорил я, панибратски хлопая его по плечу.
– Вы в надежных руках.
– Я взглянул на часы.
– Профессор подъедет с минуты на минуту. Он сам вами займется.
– Спасибо, доктор, - благодарно вздохнул прилизанный очкарик и прикоснулся к моей руке.
– Поверьте, я очень признателен вам за столь внимательное отношение.
– О, я всего лишь выполняю свой долг, - скромно отмахнулся я.
– Клятва Гиппократа, знаете ли, и все такое.
– Когда эта
– Возможно, возможно, - закивал я, снисходительно улыбаясь.
– Все может быть.
– Приезжайте ко мне на уик-энд, - продолжил он.
– У меня неплохая загородная резиденция. На самой Темзе. Старинный замок, который я в свое время приобрел по дешевке. Можем поохотиться, рыбку половить. У меня есть и собственное поле для гольфа, так что прихватите с собой клюшки.
– Я не совсем понимаю...
– Нет, лучше поступим так. В пятницу днем я пришлю за вами "роллс-ройс". Со своим шофером. Перепутать невозможно - весь автомобиль из чистого золота. Целиком - даже поршневые кольца...
Я обалдело вытаращился на него.
– А ведь, глядя на меня, - добавил он с гордостью, - никто бы и не заподозрил, что я - единственный владелец Английского банка* (*Государственный банк Англии).
* * *
С Бингхэмом я встретился в лифте.
– Привет, старина, - ухмыльнулся мерзавец.
– Жаль, что ты так и не стал ассистентом.
– Да, мне тоже жаль.
– Здорово тебе влетело, да, старина? Я имею в виду этого психа. Тебе следовало сделать ему рентген, прежде чем будить профа. Или узнать место работы и должность. Я всегда это в первую очередь спрашиваю. Я бы на твоем месте поступил именно так.
– Не сомневаюсь.
– Теперь тебе придется искать работу в каком-нибудь захолустье, - с притворным сочувствием произнес этот негодяй.
– Впрочем, мне говорили, что в Англии ещё остались приличные клиники. Не такие, разумеется, как Св. Суизин, но и не сельские лечебницы. Попрощаться от твоего имени с профом? Ты ведь, наверное, не захочешь встречаться с ним после этой истории?
– Нет, я только что заходил к нему. Рекомендательное письмо забрать.
– Если могу тебе чем-то помочь, старина - всегда к твоим услугам.
– Спасибо.
Мы спустились на первый этаж, и я вышел из лифта.
– А мне в цоколь нужно, - пояснил Бингхэм.
– В лаб. Хочу кое-какие анализы просмотреть. Теперь, став наконец старшим ассистентом профа, я хочу поднажать на патол. и микробиол.
– Я захлопнул дверь.
– Наверное, мы больше не увидимся, старина. Покуха!
И он нажал кнопку. Лифт опустился дюймов на шесть и вдруг замер как вкопанный. Бингхэм поочередно надавил все кнопки. Никакого результата. Он загремел ручкой двери. Та не шевельнулась.
–
– взволнованно позвал он.
– Я тут слегка застрял.
– Да, я заметил, - сдержанно произнес я.
– Черт знает что, - добавил он и трусливо хихикнул. Затем, вцепившись в решетку, осторожно потряс её. Вокруг начала собираться толпа: санитары, медсестры, пациенты. В лифте Св. Суизина нередко кто-то застревал, что приятно оживляло серое больничное однообразие.
– Проклятье!
– голос Бингхэма предательски дрогнул.
– Помоги мне выбраться, будь другом.
Я развел руками.
– Каким образом - я ведь не механик.
– Вокруг загоготали.
– Может, пожарных вызвать? Или полицию?
– Нет, черт побери! Послушай, старина, мне не до шуток.
– Бингхэм нервно затряс металлическую решетку, опасаясь, что может уронить свое достоинство.
– Помоги, дружище!
– взмолился он.
– Вызволи меня отсюда. Не бросишь же ты коллегу и друга в беде!
– Что ж, попробую, - вздохнул я. В конце концов выражение "права человека" относилось даже к Бингхэму. Хотя и с натяжкой.
– Подожди минутку.
– Спасибо, старина, - обрадовался он.
– Я знал, что могу на тебя рассчитывать.
Я как можно медленнее побрел прочь по коридору, высматривая кого-нибудь из техников, и вдруг заметил груженую тележку, на которой развозили обед для больных. Среди прочей снеди я разглядел бананы. И тут меня осенило.
Вернувшись к лифту, я с удовлетворением увидел, что толпа удвоилась, а Бингхэм остервенело трясет решетку.
– Наконец-то!
– оживился он, узрев меня.
– Ты очень шустро... Эй, что ты делаешь?
Я медленно оторвал от грозди несколько бананов и принялся один за другим совать их ему сквозь прутья решетки. Моя нехитрая пантомима вызвала взрыв восторга среди собравшихся зевак, к которым присоединились ребятишки из разместившегося по соседству детского отделения. Радостно улюлюкая, они подбадривали меня:
– Дайте ему палку! Пусть сам достанет!
Бингхэм побагровел и затрясся от бешенства.
– Этого я тебе никогда не забуду!
– прошипел он.
– Погоди, вот только выйду - я с тобой разделаюсь!
– И для пущей убедительности подпрыгнул.
В толпе застонали.
– Хвост не прищеми!
– задорно выкрикнул кто-то.
Утирая слезы, я засеменил прочь. Впервые за всю свою врачебную карьеру я был доволен.
Уже сидя в автобусе, я развернул рекомендательное письмо профессора. Его краткости можно было позавидовать:
"Всем заинтересованным лицам.
Доктор Гордон в течение последних трех месяцев был моим младшим ассистентом в травматологическом отделении. Со своими обязанностями справлялся разве что к собственному удовлетворению".