Доктор и стрелок

Резник Майкл Даймонд

– Что-то я его не вижу, – заметил Бантлайн.

– Спит еще, наверное, – ответил Холидей. – Я дал ему четвертак – сходить в вагон-ресторан. Если мальчик не проснется до того, как поезд отчалит, его занесет в самую Калифорнию, – дантист огляделся по сторонам. – А, все равно такой невинный деревенский паренек потерялся бы в городе вроде Тумстоуна.

Говоря это, он указал на монорельсовые вагончики в форме пули. Состав как раз подъезжал к станции.

– Вот моя гордость и отрада, – сообщил Бантлайн, с любовью глядя на латунные вагоны. –

Лучшее, что я создал до отъезда в Колорадо. Монорельсовая дорога огибает весь город и проходит точно посередине Тумстоуна, мимо «Ориентала».

– Это заведение повидало всякое, пока тут были ты и Эрпы, – добавил Эдисон. – Сегодня оно, поди, простаивает.

Вагончики остановились, их крышки приветливо откинулись.

– Садитесь, – пригласил друзей Бантлайн. – В ногах правды нет. Давайте, по одному в вагончик.

– Надо было сделать их попросторней, – заметил Холидей, закидывая на сиденье чемодан.

Бантлайн пожал плечами.

– Почти никто не любит ездить в компании незнакомцев, особенно в такой местности, как эта. Однако если выбор – ехать одному или топать пешком, то выбирают одиночное путешествие. Так зачем устраивать в вагоне два места, если одно всегда пустует?

– Где думаете остановиться? – спросил Холидей.

– Ты не забыл? У нас в Тумстоуне два соединенных дома, – напомнил Бантлайн.

– Ну, в борделе Кейт мне больше не место, – сказал Холидей. – Она его перед отъездом продала. Поселюсь-ка в отеле «Америкэн», там жила Джози Маркус, пока не вышла за Уайетта. Местечко вроде неплохое. По крайней мере, бар у них приличный.

– Ни в коем случае! – возразил Эдисон. – Ты будешь жить у меня, как гость.

– Моя гостевая комната получше будет, – заметил Бантлайн. – И потом, у меня предусмотрен, – механик подался вперед, готовый привести решающий аргумент, – санузел.

Холидей покачал головой.

– Спасибо вам обоим за приглашение, но вы встаете, когда я только спать ложусь, да и виски у вас вряд ли водится в изобилии.

– Тогда приходи к нам позже, – сказал Эдисон. – Так мы будем знать, что ты еще жив, а ты поймешь, когда мы закончим работу.

Втроем они расселись по вагончикам; крышки закрылись, и состав поехал вкруг Тумстоуна. Холидей почти забыл, что Эдисон и Бантлайн изменили город до неузнаваемости: через каждые десять ярдов – уличный фонарь, почти все здания построены из непробиваемой латуни Бантлайна. С появлением самоходных экипажей лошади стали ненужной роскошью, Холидей заметил всего пару скакунов у одной коновязи. У многих мужчин из кобуры выглядывала рукоять нового двуствольного револьвера.

Через несколько минут состав выехал на Фремонт-стрит и вскоре остановился – не на станции, правда; крышки не спешили откидываться. Глянув в окно, Холидей увидел кораль «О-Кей», там с полудюжины прилавков продавались сувениры: от фальшивых значков маршалов до игрушечных револьверов и бульварных романов, авторы которых божились, что сами видели легендарную перестрелку.

– Черт, мы ведь даже не

в корале стрелялись! – зло пробормотал Холидей. – Бой был в переулке у фотосалона, – он вытащил из кармана флягу и выпил. – Черт знает что, святыню из этой помойки сделали! – прорычал он, а тем временем монорельс двинулся дальше.

Через несколько минут состав затормозил у отеля. Холидей, прихватив багаж, покинул вагончик и отправился к «Америкэн».

– Свободные номера есть? – спросил он у портье.

– Для вас всегда найдется, мистер Холидей, – раболепно ответил тот.

– Док.

– Вы к нам надолго, Док?

– Понятия не имею.

– Номер 112, – сообщил портье, выдавая ключ.

Холидей покачал головой.

– Только не первый этаж. Если кто вздумает пристрелить меня во сне через окно, то пусть для начала хотя бы на дерево влезет.

Портье посмотрел в шкафчике для ключей.

– Номер 327.

Холидей снова мотнул головой.

– Я больной человек и сил у меня немного. Выше второго этажа мне не подняться.

– Тогда двести десятый, – выдавив улыбку, ответил портье.

– Чудно, – сказал Холидей. – Пусть отнесут мой багаж в номер. Ключ я заберу позже.

– Э-э… сэр… – нерешительно произнес портье.

– Док.

– Док, – поправился работник гостиницы. – Мне, право, неловко, но…

– Говорите, не робейте, – поторопил его Холидей.

– В городе у вас еще остались враги. Если кто-то придет и спросит вас…

– Если придет Генри Уиггинс, отправьте его ко мне в номер или просто передайте, куда я ушел, – ответил Холидей. – То же с Томом Эдисоном и Недом Бантлайном. Если меня спросит кто-то иной, – продолжил дантист, показав золотой доллар, – вы обо мне даже не слышали.

– Да, сэр.

– А пока я думаю наведаться в ваш ресторан, проверить, действительно ли он все так же хорош, – сказал Холидей и бросил монету портье.

Пересек вестибюль, вошел в ресторан и, как ему показалось, увидел знакомое лицо. Лицо, правда, скрывалось за облаком сигарного дыма.

– Док? – произнес человек за столиком, когда Холидей подошел ближе. – Вы?

– Привет, Генри, – отозвался Холидей и протянул коммивояжеру руку.

– Что б мне лопнуть! – воскликнул Генри Уиггинс, жилистый человечек в дорогом костюме ручного пошива. – Вот уж не чаял снова вас здесь увидеть.

– А я думал, вы отправились продавать приборчики, оружие и роботов по всему фронтиру, – заметил в ответ Холидей.

– Я тут временно, – сказал Уиггинс, присаживаясь обратно за столик. – Я ведь не управляющий, я продавец. Просто ваши друзья попросили об услуге… – он умолк и пристально посмотрел на Холидея. – Черт возьми, как же приятно вас снова увидеть! Какими судьбами, Док? Как вас сюда занесло?

– Занесли меня сюда оба ваших работодателя.

– Так они здесь?

– Уверен, скоро вы с ними встретитесь. А пока – не против, если я помогу вам раздавить бутылку? – спросил Холидей и кивнул в сторону виски.