Доктор и стрелок
Шрифт:
– Я буду говорить с тобой, – сказал наконец Джеронимо и поднялся с земли.
– Вот и славно, – ответил Холидей. – Просто помни, что я тебе не враг.
– Среди вашего рода есть лишь один, кто мне не враг, белоглазый, – сказал Джеронимо. – Он сейчас по другую сторону большой реки, которую твой народ не смеет пересечь. Ты – всего лишь убийца.
– Ты поэтому призвал меня? – спросил Холидей. – Уверен, в твоем племени хватает охотников.
– Бывает охота, с которой лучше всех справится всем известный Холидей.
– Приятно
– Нет, – согласился Джеронимо, – но свой талант продаешь.
– Изволь-ка пояснить.
– Услуга за услугу, – ответил Джеронимо. – Мы с тобой уже заключали договор, ты и я, год назад в месте, что зовется Тумстоун.
– Юристы называют такие договоры квипрокво, недоразумение, – заметил Холидей. – С какой стати мне оказывать тебе услугу? Ведь не за красивые же глазки?
– Я знаю, зачем ты приехал, Холидей, – ответил Джеронимо. – Ты дурак и пьяница, проиграл все деньги, да еще и умираешь.
– Спасибо за сочувствие, – ядовито перебил его Холидей; где-то вдали взвыл койот.
– Тебе нужны деньги, чтобы умереть в мире, и вот ты решил заработать их убийством того, кто известен тебе лишь по прозвищу Билли Кид.
– Он мне совсем не известен.
– Не передергивай, – резко сказал Джеронимо. – Ты здесь ради награды, что белоглазые назначили за убийство Маккарти, известного как Билли Кид.
– Ладно-ладно, – уступил Холидей, – я приехал убить его.
– Тебе это не под силу.
– И ты, надеюсь, скажешь почему?
– Его защищают.
– То же мне успел сказать твой гонец, – произнес Холидей. – Кто покровительствует Киду и зачем?
– Кида защищает Вокини из южных шайенов, – ответил Джеронимо.
– Римский Нос? – удивленно переспросил Холидей. – Признаться, я считал, что вы работаете на пару. Вы, два самых могущественных шамана на континенте, чья магия остановила продвижение Соединенных Штатов.
– В этом деле мы союзники, – заверил его Джеронимо, – но Маккарти, известный как Билли Кид, действует под опекой Вокини.
– Почему? Они заключили сделку?
– Нет, Маккарти, известный как Билли Кид, даже не знает, что он под защитой.
– Ладно, повторю: почему? зачем? – спросил Холидей, не в силах уловить смысл.
– Вокини ненавидит белоглазых. Маккарти, известный как Билли Кид, убивает белоглазых, а еще он не убил никого из нашего рода. И до тех пор, пока не убьет, будет оставаться под покровительством.
– Ты можешь лишить его защиты?
Джеронимо покачал головой.
– Я не сильнее Вокини.
– Тогда зачем все это мне рассказываешь? – поразился Холидей.
– Я вряд ли сумею одолеть Вокини, а если и смог бы, то не убил бы его.
– Обнадежил, называется, – проворчал Холидей. – Я – больной умирающий человек, и мне предстоит бой против паренька, увеличивающего счет мертвецов быстрее Джона Уэсли Хардина, а ты не то что не гарантируешь победы, так еще и не уверен, сможешь ли сдержать Римского Носа, ибо он, видите ли, по силе равен тебе. Может, Нос чуток сильней тебя? Уж поверь мне, опытному стрелку: почти всегда этот самый чуток решает все.
– Правду говоришь, – согласился Джеронимо, – но на сделку пойдешь все равно. С моей поддержкой у тебя есть только шанс проиграть, а без нее ты проиграть просто обречен.
Пристально посмотрев на шамана, Холидей ответил:
– Убедил. Значит, это твоя услуга мне. Чего же ты ждешь от меня? Кого надо убить?
– Никого убивать не надо, – ответил Джеронимо.
– Никого? – удивился Холидей.
– Если на то не будет нужды.
– Ну, и что дальше, не томи, – ухмыльнулся Холидей.
– В дне пути отсюда… – начал было Джеронимо.
– Я даже не знаю, где мы! – перебил его Холидей.
– Узнаешь, – пообещал Джеронимо. – Так вот, в дне пути отсюда есть долина, очень похожая на эту. Было время, когда они, две долины, были сестрами, ведь их обеих создала одна рука.
– Теперь что-то изменилось? – предположил Холидей.
– Через другую долину проходит путь, и на пути стоит дом, в котором люди ожидают поезда.
– Понятно, в долине построили железнодорожный вокзал. Что дальше?
– Уничтожь вокзал, – велел Джеронимо; в этот момент над головой у него пролетело три летучие мыши. Черт, откуда они, в такой-то пустыне? Да и мыши ли это?
– Зачем? – спросил Холидей.
– Вокзал оскверняет кладбище нашего племени.
– Ты ведь шаман, – напомнил Холидей. – Почему сам не разрушишь?
– Не могу, – хмуро признал Джеронимо.
– Что, Римский Нос и тут поработал?
– Не знаю. Он клянется, что ни при чем, и мы теперь союзники. Хотя прежде мы враждовали, и кладбище – наше, так что Вокини оно безразлично. Он не стал бы его защищать, не стал бы и осквернять. Однако на станцию наложили заклятие.
– У апачей, надо думать, есть и другие враги? – спросил Холидей.
– Их – что песчинок в пустынном вихре, – ответил Джеронимо.
– Так, и сейчас ты расскажешь, что такого особенного в этой станции, или в тех, кто ее защищает? Ты ведь уже пытался ее уничтожить?
– Мы пробовали сжечь ее, но она не горит. Мы захватили три пушки у ваших конников, мы знаем, как из них стрелять – палили по станции, но в ней даже окна не разбились. Наши стрелы отскакивают от ее стражей. Мы стреляем в них из ружей, но пули отскакивают от них, а сами люди даже не морщатся.