Дочь Земли

Шиманская Наталия

– Тогда старайся вдвойне!
– Оскалил он зубы.
– Втройне, вчетверо! Добейся своего, Алира! Убеди Эгрегора. Из кожи вывернись, но убеди! Ибо, если Разум откликнется на просьбу Центала, то возьмет тебя под особое покровительство и оградит не только от врагов, типа Эвфалии. Она просто сошка мелкая. Недостойная внимания. К твоим услугам будут силы всех одушевленных космических объектов. Ты получишь рычаги управления невообразимыми для человеческого восприятия и осознания силами. Если привести определение к символу упрощенному и земному, то выразиться можно так: ты станешь наиболее могущественной ведьмой из всех, кого мир знал до тебя. Понимаешь, Алира?

– Кажется, да.
– Ответила она

обмершим, неживым голосом. Хихикнула нервно.
– Чудная парочка. Инкуб и ведьмочка. Будто оттиск со средневековой гравюры!

– Видишь, все прямо идеально складывается!
– Беззлобно поддел итран.
– Надеюсь, Эгрегор сумеет раскрыть Оракулу глубину твоего потенциала и понимание тобою огромной ответственности за любой свой поступок пред ликом космоса, большой или малый. Я искренне желаю, чтобы у тебя все вышло, малыш!

Аля кивнула, поблагодарила. В душе она жутко боялась и, наверно, лучше бы от всего отреклась сейчас, забилась поглубже в угол и накрылась белым флагом отступления. Невозможно! Она не может отказаться, права не имеет. Второго шанса ей не дадут. А потому она сожмет зубы... и сделает! "Она. Это. Сможет".
– Аля повторяла себе эту формулу раз за разом, как молитву. И старалась больше ни во что не углубляться.

Глава 24

– Надеюсь, ты понимаешь, милая, если мы и заключим с тобою договор, он будет сугубо юридическим.
– Лениво развалясь в кресле, Краасс разглядывал Эвфалию почти пренебрежительно. Длящийся бесконечно разговор начинал его уже открыто раздражать. В апартаменты претендентки вождя уломал заглянуть Денио. И поначалу беседа их имела вид обычной светской болтовни, непринужденного легкого трепа ни о чем. Но потом братец вежливо так слинял, проявляя чудеса дипломатии и политкоррекции. А Краасс был вынужден остаться и продолжать игру в гостеприимство. По ходу, он попытался как можно мягче объясниться с рагезтянкой. Но та, похоже, заняла железную позицию "моя твоя не понимай!" Прослонявшись вокруг да около парочку битых часов и убедившись - пути окольные, как и намеки, нужного результата не принесут, трансформер почувствовал, что злится. Эвфалия самоотверженно изображала непонимание и святую наивность. А Краасса от её программы показательной уже косоворотить начинало. Мысленно он снова нарисовал пред глазами милое, юное личико. Да куда Эвфалии до его ребенка?! Со всеми своими приемчиками и выкрутасами наигранными, со всеми тщательно отрежиссированными ужимками, она выглядит бездарной дешевой актрисулькой. Довольно неумело имитирующей искреннее и настоящее. Краасс, вдруг, почувствовал непреодолимое желание разрубить этот гордиев узел одним ударом. И если она так неприкрыто напрашивается на прямоту, то она её в полном объеме и схлопочет. Уж будьте уверены!

– Я, видишь ли, не собираюсь менять привычки и пристрастия. Меня все устраивает, на данный момент.

Она промолчала. Тонко улыбнулась. Лицо спокойное, доброжелательное. Лишь в глубине зрачков крохотной алой вспышкой мелькнула злоба. Но он заметил. Ухмыльнулся с издевкой.

– Таким ты меня еще не видела, правда, Эвфалия?.. Привыкай, дорогая, если и впрямь желаешь моей супругою стать. Я не собираюсь притворяться перед тобою и пожизненно играть в благородство.

– Меня это не пугает, Нарий.
– Она постаралась произнести свои слова мягко и смиренно. Смею полагать, мы все же найдем с тобою общий язык и... интересы.

Он расхохотался. Покрутил в пальцах опустевший фужер, наблюдая за бегущими радужными бликами. Уронил небрежно. Посмотрел испытующе.

– Что и как бы ни сложилось, благородная Эвфалия, я предупреждаю тебя со всей ответственностью, - никогда и ни при каких обстоятельствах не смей приближаться к Алире и как-либо пытаться

на нее воздействовать.
– Эвфалия широко раскрыла глаза, окаменела. Его лицо сделалось, будто ледяная маска демона, безжалостным и жестоким. Как ни ожидала девушка нечто подобное, она все же ощутила медленно вползающий в душу страх. Постаралась собраться, не подать виду. Проговорила с растерянной улыбкой:

– Само собою, Нарий. Но ты не боишься оскорбить меня, а? Я, ведь, ровня тебе, любимый. И. если ты сравняешь нас в правах, то вряд ли Совету это придется по душе. Ты сильно рискуешь, честно предупреждаю.

– Ну, значит, мы, наконец-то, разговариваем открыто.
– Хмыкнул трансформер.
– И я чрезвычайно этим доволен. Поясню четко и конкретно, чтоб никаких недоразумений не возникло. Моя кошка, как ты её именуешь, чрезвычайно ценный экземпляр. И если с ней приключится что-нибудь, я не просто сердит буду, а о-о-очень разгневан. Улавливаешь разницу?.. Виновный потеряет все и навсегда. Ясно тебе? Милая моя претендентка. Ты своей симпатичной головкой никогда понять не сумеешь, что помимо постели и развлечений, есть еще разнообразные области, в которых девочка эта мне весьма и весьма полезна. И, коль тебе не нравится что-то, держи свои недовольства при себе. Мне это неинтересно.... Она никогда, слышишь меня, Эвфалия, никогда не будет обязана подчиняться тебе! Она не прислуга и не обычная рабыня, и к тебе никакого отношения не имеет. Запомни это хорошенько!

– Нарий, я в шоке!
– Округлила она глаза, всхлипнула.
– Ты говоришь страшные вещи. Послушай себя!.. Это же вопиющее неуважение древних законов Рагеза.... Ты постоянно окружаешь себя иными. То пес этот, то - теперь - девчонка! Между прочим, по этому поводу давно уже слухи ходят. И достаточно неприятные. Должна заметить!

Краасс неожиданно рассмеялся. Взял новый фужер. Налил до половины рубиново-красной влагой. Залпом осушил. Отставил на материализовавшийся перед ним поднос. Жестом приказал убрать.

– Прекрасные у нас отношения были бы, госпожа моя ненаглядная, надумай мы и в самом деле пожениться.
– Осклабился ехидно.
– Вот, почему я не хочу этого. Мне претят подобные сцены. Разборки, разговоры ненужные, истерики, позы. У меня и так слишком напряженный жизненный график, чтобы я, дополнительно к рабочим нагрузкам, терпел еще и глупые женские поучения.... Ответь, Эвфалия, ну отчего тебе не обработать Денио, а? Он с юности к тебе не равнодушен.... Нет, не говори ничего. Мне и так все известно. Излишне пояснять.

– Я люблю тебя!
– Тихо, моляще, проговорила она.
– Я всегда любила тебя...и только!

– Ты всегда мечтала об императорской власти, хочешь сказать?.. Прекрати паясничать, мне это надоело. Я читаю тебя без труда.... Мне не нужна супруга. По крайней мере - сейчас. И я тебе очень советую выбрать-таки Денио. Потому что от нашего союза ты, ровным счетом, ничего не выиграешь.... Кстати!
– Он будто вспомнил о чем-то. Усмехнулся, предвкушая её реакцию.
– Ты же знаешь, вероятно, что и наследником трона я желал бы видеть потомка моей сестры.

Эвфалия вскочила. Стояла перед ним, не дыша, то стискивая, то разжимая кулаки. Смотрела ненавидяще и убито. Опять села на диван. Уставилась ему в глаза яростно и прямо.

– Худой мир лучше доброй ссоры. Не будем продолжать пустые выяснения несостоявшихся проблем. И вот еще, Нарий, - она плавно качнулась к нему. Произнесла с ударением, - твоя сестрица что-то странно долго в свете не является. Возможно, ей наскучила наша унылая праздность? Или она, как поговаривают, впала в немилость у Вашей Светлости? И отправили её куда подальше, чтоб не вызывать ненужных толков.... Или еще по какой причине.... Она, ведь, была... как это?.. Ах, да, вот - "излишне лояльной"?..