Дочь Сталина
Шрифт:
Это историю рассказал Суреш Сингх, и, возможно, это правда, но в Москве к тому времени уже знали, что Светлана покинула Индию. Не исключено, что секретари приехали в Калаканкар, питая последнюю надежду, что все было ошибкой и она вернулась туда. Ее бегство пало на их головы. Они проявили недостаточную бдительность. Если бы Сталин был жив, обоих бы расстреляли.
Где-то за сценой международные дипломатические шестерни завертелись с огромной скоростью. Девятого марта в Нью-Дели посол Честер Боулз получил письмо от С. С. Джа, главы индийского дипломатического секретариата. Его содержание и ответ посла записаны точно:
9
Министерство иностранных дел свидетельствует свое уважение послу Соединенных Штатов Америки и имеет честь информировать посольство, что правительству Индии стало известно, что мадам Светлана Алулева (так в тексте), гражданка Советского Союза, которая пребывала в Индии с визитом и должна была вернуться в Советский Союз, получила визу на въезд в США, билет на самолет и отправлена в Соединенные Штаты в сопровождении служащего американского посольства… Это все сделано при полном понимании того, что она является важной персоной.
Министерство иностранных дел хочет указать явно, что такие действия, которые посольство Соединенных Штатов предприняло с такой поспешностью и не поставив в известность Министерство, являются источником серьезного беспокойства для правительства Индии… Правительство Советского Союза выразило решительный протест против того, что они назвали похищением гражданки Советского Союза мадам Светланы Алулевой американскими властями.
Рассмотрев все обстоятельства этого дела… правительство Индии настоятельно требует, чтобы мадам Светлана Алулева была немедленно отправлена в Дели. После возвращения в Индию она будет отвечать перед правительством Индии в соответствии с нормами международного права и существующими прецедентами…
К счастью для Светланы, посол Боулз был целиком на ее стороне. На следующий день, десятого марта, он написал С. С. Джа «откровенный и неформальный» ответ на то, что Боулз называл «секретной нотой протеста», содержание которой «никоим образом не соответствует фактам». Боулз настаивал, что «мадам Алулева (!) вошла в здание посольства по своей собственной инициативе». Никто в посольстве даже не подозревал о ее существовании. У нее на руках был действующий паспорт, и ее отъезд был полностью легален. Множество служащих аэропорта могли подтвердить, что против нее не применялась сила. Любая попытка СССР квалифицировать происшедшее как похищение будет «заведомо ложной и преднамеренной».
Боулз заверил Джа, что, принимая решения, он учитывал интересы Индии. Если бы Светлана обратилась к журналистам, как она угрожала, Индия оказалась бы между двух огней. Боулз помог Светлане в соответствии «с американскими традициями, берущими свои корни в первых годах нашего становления как нации».
Это все можно назвать в некотором роде дипломатическим устранением последствий. Тем не менее, в конце папки, хранящейся в Национальном управлении архивов и документации США, к письму Боулза к Джа приложена приводящая в замешательство записка, в которой содержится сплетня, которую американский посол в Москве узнал, играя в покер с репортерами ЮПИ
ИЗ МОСКВЫ 13 МАРТА 1967
1. Посол сообщает следующие сведения, который могут оказаться полезными. Пожалуйста, передайте их соответствующим людям в Департаменте. Шапиро сказал это во время обычной беседы за игрой в покер вечером двенадцатого марта: он брал интервью у детей и отослал статью.
2. От посла: Шапиро из ЮПИ говорит, что Светлана Сталина имеет репутацию нимфоманки.
Конец сообщения
Слух о том, что Светлана была нимфоманкой, был ценной информацией, которая могла пригодиться в дальнейшем. В случае, если игра станет грязной.
Первой реакцией Советов на бегство Светланы было контролируемое сверху молчание, но вскоре им пришлось высказаться публично. Новости о том, что она стала невозвращенкой, добрались до советских граждан через радио «Свобода» и неофициальные источники, и власти забеспокоились. По слухам, Светлана вывезла с собой книгу, которую написала. Что она знала? Вряд ли отец посвящал ее в государственные тайны, но какие сплетни о тех, кто сейчас у власти, она могла рассказать? Ведь она знала всю их подноготную.
Советское государственное телевидение невозмутимо сообщило:
В ответ на вопросы журналистов сообщаем, что Светлана Аллилуева, дочь Иосифа Виссарионовича Сталина, действительно находится за границей. В 1966 году она получила индийскую визу, чтобы сопровождать останки своего мужа, гражданина Индии, умершего в Советском Союзе. Как долго Светлана Аллилуева будет оставаться за границей, зависит только от нее самой.
Такая же короткая заметка появилась в «Правде». Ложь в ней была очень заметна: советские граждане не имели права путешествовать за границей, как им заблагорассудится. Если бы Светлана прочитала эту заметку, она бы горько отметила: теперь они называли Браджеша ее мужем.
Вначале советские власти не могли поверить, что Светлана действительно сбежала и выясняли, не нашла ли она какой-то способ проскользнуть в Москву неофициально. По словам ее двоюродного брата Леонида Аллилуева, агенты КГБ приходили в их квартиру в Доме на набережной и задавали вопросы его свекрови. Но для большинства родственников Светланы немедленно никаких последствий не было. Как сказал Леонид Аллилуев, «когда Светлана не вернулась, единственным человеком в правительстве, который как-то прокомментировал это, был Косыгин… И то он сказал всего несколько слов. Вот почему эти люди были у власти — они никогда не говорили о том, о чем не нужно было говорить».
Конечно, молчали они только на публике. За сценой Политбюро и КГБ готовили планы мести американцам за Светлану. Они были уверены, что ее побег был подстроен Соединенными Штатами, чтобы испортить советскому правительству празднование пятидесятилетия Великой Октябрьской революции. Власти были настроены вернуть Светлану во что бы то ни стало. Секретные телеграммы, адресованные Госсекретарю Дину Раску, летели из всех американских посольств, даже из Тегерана и Гонконга, в Вашингтон. Ходили слухи, что Советский Союз готов пойти даже на уничтожение Светланы и ее книги.
Когда Светлана и Роберт Рейл спустились с трапа на бетон женевского аэропорта — в самолете они были единственными пассажирами, — их сразу окружили журналисты, громко выкрикивающие вопросы. Крепко держа в руке маленький красный чемоданчик с рукописью, Светлана вспомнила условия своего пребывания в Швейцарии: никаких политических заявлений. Но ее приезд в Женеву был новостью мирового масштаба, и каждый журналист хотел подробностей. Репортер CBS Марвин Калб провел в Швейцарии три недели — больше, чем все остальные представители прессы, — но так и не смог приблизиться к Светлане. «В Швейцарии нас намеренно водили за нос», — вспоминал он позже.