Дочь Революции
Шрифт:
Домой она вернулась в смешанных чувствах. В надежде успокоиться, за поисками домашней аптечки Нина включила телевизор и наткнулась на репортаж о Чековке. Ведущий в кадре рассказывал о сопротивлении со стороны оппозиции, об атаке сектантов и жертвах среди гражданских.
— Чего? — севшим голосом спросила Нина.
Аптечка выскользнула из ослабевших пальцев. Крышка пластиковой коробки треснула. Замок сломался. По полу покатился пузырёк с антисептическим средством — вывалились бинты.
Не дожидаясь конца выпуска новостей, Нина подняла руку с протофоном и попыталась связаться с Агнией:
— Гадство… — стыдливо ругнулась Нина, листая списки контактов. — Жаль, номера младшей не осталось…
Комната у посыльной была боковая, маленькая. Она во всём старалась придерживаться минимализма: минимум вещей, одежды — на всё хватило бы одной небольшой сумки.
В надежде отвлечься, девушка попыталась абстрагироваться от актуальных новостей и зашла на «Videre». Она стала с упоением отсматривать видеотеку, которую начала собирать ещё со времён обучения в ВАД: истории проектирования и создания АДАМ, интервью с известными пилотами и сводки последних достижений конструкторских бюро. Спокойные голоса дикторов, качественные видеоряд — всё это если не увлекало, то убаюкивало за счёт неторопливого темпа повествования и обилия сложных технических терминов.
Не обошло внимание несостоявшейся пилотессы и воссозданное столкновение «Астарты» с Живамиж. Благодаря смоделированным кадрам, склеенным с фрагментами реальной съёмки, Нина лишний раз убедилась, что основной причиной неудачи послужили «Снегири». Только в одном одержавшая верх деми вызывала сочувствие:
— Живамиж… Какое странное имя, — под нос пробормотала Нина, читая комментарии под видеороликом об «Астарте». — Бедная деми.
Меж тем назойливыми уведомлениями выплывала реклама о певческих курсах. Через несколько минут — о наборе в музыкальную школу. Тогда Нина устало отложила протофон и закрыла глаза.
Наутро её разбудил писк. Спросонья она не сразу поняла, что звонил не будильник, а протофон, и раздражённо сбросила вызов. Затем, когда в просыпающееся сознание вернулась вчерашняя тревога, девушка буквально подорвалась с кровати и схватила устройство с прикроватной тумбы. Когда протофон зазвонил повторно, посыльная приняла вызов. Накручивая на палец прядь угольных волос, она взволнованно расхаживала из угла в угол комнаты.
Поначалу ничего, кроме помех, Нина не услышала. Затем качество связи неожиданно выправилось — на другом конце линии послышались бой волн и капанье воды.
— Агни? Это ты?
Ничего.
Вызов сбросился.
Гудки.
Только с его завершением Нина заметила, что входящий звонок был с незнакомого номера.
Разочарованно выдохнув, девушка отрешённо посмотрела на подобранный вчера пакет. Она уже знала, что внутри лежала тонкая книжица — брошюра, если точнее. Однако содержимого её разобрать так и не смогла: при беглом осмотре удалось лишь атрибутировать карпейский язык, а его современное поколение в массе своей практически не просто не использовало, но даже не изучало.
Эпизод второй
Карпейское Каэльтство: Градемин (Новоград)
бар «Жатва»
2-14/995
На следующий день Чековку перекрыли. Оградительную черту протянули от ворот ВАД до близлежащих
Люди в основном обходили площадь. Лишь единицы отваживались приблизиться к ней и почтить молчанием погибших — иные свидетельства памяти, будь то фотографии или цветочные композиции со свечами, уничтожались волей «Сварога».
Не в силах усидеть на месте, Нина решила попытаться найти хотя бы одну из сестёр.
Покуда горожане избегали центра, ВАД и соседние районы взяли под контроль альтернативные подразделения Красмор. Среди градеминских стражей правопорядка численное преимущество было на стороне роботариев. В сравнении с людьми, представители последнего поколения роботостроения отличались невероятной хрупкостью. Впрочем, этот недостаток с лёгкостью компенсировался их меткостью — в отличие от людей, автоматоны никогда не промахивались.
Они не просто ходили — они маршировали. Единым строем, синхронно. Движения при этом были лишены какой-либо пластики, и по городу вышагивали машины, приспособленные для войны. Если они останавливались, то все разом. Одновременно сканировали прохожего, случайного попавшего в объективы их камер. Наставляли при этом на него винтовки. Человек вынужденно поднимал руки и замирал, ожидая, когда проверка закончится. Во время неё было нежелательно даже дышать. По завершению строй двигался дальше.
Все эти роботарии, возведённые красморовскими клювами до людей, некогда принадлежали Мировому Театру Синтетических Артистов. Ныне в них ничего не выдавало лет, проведённых под софитами. Глядя на бездушных болванчиков, Нина нервно сглотнула. Она делала всё, чтобы не стать следующей жертвой их проверки.
Роботарии тем временем вновь остановились. В этот раз на их мушке оказалась пара — молодые девушка и парень. Если первая сразу подняла руки, то второй со смехом ткнул пальцем в механических красморовцев:
— Ты чего? — говорил он своей спутнице. — Это же болванчики! Они нам ничего не…
— Гражданин, — в один голос обратились к молодым машины. Их синтетические голоса тенью музыки легли на осквернённую побоищем улицу, — немедленно замрите, иначе мы будем вынуждены вас отменить.
— Отменить? — Парень рассмеялся. — Ну да, вы же эти, дети искусства…
— Рома, — зашипела на него девушка, — просто сделай это! Сделай то, что они говорят.
Роботарии начали обратный отсчёт.
Три.
— Да расслабься, — отмахивался юноша, — ничего они нам не сделают.
Два.
— Рома! — У его спутницы началась истерика.
Один.
Когда Нина окольными путями добралась до бара, со стороны площади раздались выстрелы. Посыльная рефлекторно пригнула голову, а после оглянулась. Поблизости огня не было.
Чековка, вопреки усилиям крематоров, всё ещё хранила дух благовоний ушедших ярмарок, что пропитали площадь насквозь, и несвежей крови. Переулок же, где находилась «Жатва», был объят иными запахами.