Дочь предателя
Шрифт:
— Ты себя слышишь? — удивляюсь я, — Я больна, какое состояние, какая месть, мне нет дела до Рязанцева и его денег, для меня главное — моя дочь.
— Да плевать я хотел на твоего ребенка! — в сердцах уже кричит Сергей и тут же замолкает.
— Что?! — почти шепотом произношу я. Ну вот, все карты и открылись, — Что ты сейчас сказал?
— Прости, сорвался, — со вздохом произносит Сергей, — Я конечно, так не думаю, прошу, прости.
— Ты... — у меня просто нет слов, что ответить этому мужчине, — Я в шоке.
— Я понимаю, но и ты меня пойми, — снова заводится он, — Все, к чему мы шли с тобой эти шесть лет, месть, которую
Внезапная догадка пронзает меня, да так, что вызывает дрожь во всем теле:
— Это ты? Тебе нужна была эта месть, да? Ты кому мстишь Сергей мне, моим родителям или Артему и его семье?
Глава 38. Еще больше загадок
— Кто он? — врываюсь в кабинет к Валерке, снимая на ходу пальто, — Кто эта сволочь?!
— Садись, Артем Николаевич, — указывает на кресло напротив своего стола друг, — Я тебе скажу имя, но прежде, хочу услышать кое-что от тебя.
Валера смотрит на меня с каким-то подозрением, даже сердито. Я недоуменно приподнимаю брови, встречаясь с его недоверчивым взглядом и сажусь в кресло:
— Что происходит? — уже спокойнее спрашиваю его.
— Скажи мне, только правду, — начинает друг, облокотившись на стол локтями и впиваясь в меня тяжелым взглядом, — Как давно ты сливаешь деньги на свои счета заграницей?
— Что?! — я даже привстаю, настолько меня выбивает эта его фраза, — Какие счета? Ты в своем уме?
— Мы прошли всю цепочку, все IP-адреса и добрались до точки, где оседают суммы, которые воруют со счетов холдинга уже почти двадцать лет. Этот счет открыт на твое имя, Артем.
— Но мне было меньше десяти лет, ты серьезно? — удивляюсь я.
— Твой отец, мог действительно подставить Смирнова и вывести нелегально очень большие суммы в офшоры, лишив тем самым своих учредителей дохода, а за счет Смирнова отдать им необходимой, чтобы не раздувать скандал. Тогда, двадцать лет назад, такую схему невозможно было отследить, я тебя уверяю, но сегодня мы докопались до сути.
— Да ты что?! Мой отец не вор!
— С трудом верю, но верю, — тяжело выдыхает Валерка, откидываясь на спинку кресла, — Последний вопрос, когда ты вернулся в эту фирму и встал у руля после смерти Смирнова, кого перетянул за собой?
— Агафонов, — выплевываю я, начиная понимать, кто за всем этим стоит, — Но зачем?!
— Этого я не знаю, — разводит руками друг, — Столько жить на зарплату обычного заместителя имея на счетах миллионы и не в рублях...
— Я ничего не понимаю, зачем? — в моей голове крутится какая-то мысль, но я пока не могу ее поймать. Вроде я нащупываю жирный скользкий кончик, за который можно потянуть, но он ускользает от меня, — Не вижу причин в таком случае, если Агафонов только не нашел возможность забрать капиталы на тот свет с собой. Зачем ему столько? Я понимаю, что каждому хочется обеспеченной и счастливой пенсии, но почему на мое имя?
— Если только для того, чтобы подставить тебя, — тут же выдает Валерка.
— Если капиталы на меня, значит мы можем все вернуть и отдать вкладчикам? — сразу задаю самый волнующий меня вопрос.
— Конечно, можно, — соглашается друг, — Я бы так и советовал тебе сделать, пока Агафонов не спохватился и снова не увел деньги в другое место.
— Получается все, что он своровал тогда у моего отца, а потом у Смирнова там?
— Да.
— Отлично, — потираю я руки, — Переводи все на
— Серьезно? Ты решил все вернуть, почему? — удивляется Валера.
— Ей сейчас нужнее. То, что мы тогда скупали акции по дешевке, занижая стоимость — это одно, а вот деньги, которые ушли со счетов неизвестно куда, другое.
— Понял, — соглашается друг, — Наши ребята займутся, но ты не хочешь прижать эту крысу?
— Вначале, обнулим его счета, — киваю я, — Если сейчас начнем под него копать и передадим все в прокуратуру, мы этих денег не увидим долго. А тут такой шанс все вернуть не только моей жене, но и остальным, в том числе в сам холдинг.
— Но так-то да, только эта сволочь сразу поймет, когда увидит обнуленные счета, что он тогда сделает.
— Не знаю, я вообще не могу понять мотивов Агафонова, — задумчиво подпираю ладонью лицо, смотрю на Валеру, — Если только это не...
— Что?
— Месть, — удивленно смотрю в его глаза и там вспыхивает понимание, — Да, месть, но за что...
— Столько лет мстить? — Валерка смотрит широко раскрыв глаза, а я вдруг понимаю, что сам недалеко ушел от Агафонова. Это я мстил, я предавал, мои действия привели к смерти родителей Риты, но начал не я.
В голове внезапно щелкает, накатывают отдельные воспоминания: Агафонов у нас в доме, они с отцом жарят шашлыки во дворе. Я смотрю в окно у себя в комнате, предвкушая вкусное сочное мясо. Мне не слышно, о чем они говорят, но я вижу, что отец недоволен. Он грубо что-то отвечает, а Агафонов наседает. Обычный спор о делах, они часто спорили с Сергеем. Внезапно отец откладывает шампура в сторону и размахивается, бьет Агафонова в лицо, тот падает в осеннюю листву. Отец стоит, что-то снова говорит, потирая правую руку. Агафонов встает, отряхивает брюки, сплевывает кровь и уходит, сунув руки в карманы. Затем Сергей ушел и больше я его не видел в нашем доме почти до своего двадцатилетия, когда Агафонов появился в офисе, где я вникал в дела отца. Только с института, взвалил на себя ответственность, которая мне одному была не по плечу.
Старый управляющий отца собирался уйти на заслуженный отдых и мне пришлось его заменить. Агафонов прошел в мой кабинет и попросил встречи наедине, я согласился. Тогда, я выслушал его план, думал над этим неделю, но согласился. К тому времени я уже начал и свой план тоже. В моей фирме только несколько человек знали, что я сын покойного Нефедова, а Агафонов, на этом и предложил сыграть. Но я никогда не воровал деньги со счета отца Риты, я просто обесценивал, скупая по дешевке акции и тем самым обваливая рынок. Я скупал все фирмы, который принадлежали Смирнову, где сам, где на подставные лица. Переходил дорогу под чужим именем в крупных заказах, но я не крал эти деньги, никогда. Я и жениться не собирался на Рите, конечно я знал, что у Смирнова есть дочь, но у меня и мысли не было поступить так с девушкой. Агафонов рассказал мне, как Смирнов дорожит единственной дочерью и это самый лучший способ отомстить за смерть моего отца. Я повелся на эти речи, а потом влюбился в Риту со всей юношеской горячностью. Думал, что приведу свой план в действие, расстанусь с Ритой, она немного пострадает, ее отец по переживает и заберу жену себе. Но случилось то, что случилось. После внезапной смерти отца Риты в этот же день, я был в таком шоке, что только сидел и тупо слушал довольного Агафонова.