Дочь короля
Шрифт:
Второй манускрипт заказанный Пьером — Покаянные псалмы (Psalmi poenitentiales) [333] — интересен тем, что содержит иллюминированный портрет Анны, Сюзанны и их придворных дам, возносящих молитвы Богородице, а также личный герб принцессы и девиз герцогской четы Надежда (Esperance).
Анна пополнила герцогскую библиотеку пятьюдесятью четырьмя томами из доставшейся ей коллекции книг королевы Шарлотты. Это были многочисленные жития святых и иные произведения на религиозные темы, в том числе несколько созданных францисканцами или авторами из движения ранней Реформации, воззрения которых принцесса разделяла. Некоторые из них были написаны специально для знатных женщин: Дом совести (La Maison de conscience) богослова Жана Сольнье, посвященный Екатерине Алансонской, графине де Мортен [334] ,
333
BNF, ms. latin 3637.
334
Chantilly, musee Conde, ms. 153–154.
335
BNF, ms. fr. 1841.
Анна, несомненно, внимательно читала Плач Святого Бернара (Lamentations de Saint Bernard) и, должно быть, вдохновлялась его особенно возвышенным содержанием. В трактате содержится двадцать семь произведений разных авторов, в том числе Святого Августина и Святого Виктора, а также Поучения Людовика Святого для сына и дочери [336] . Близкое знакомство принцессы со Святым Августином проявляется в её Наставлениях где она неоднократно ссылается на этого Отца Церкви.
336
BNF, ms. fr. 916.
Помимо этих благочестивых и духовных произведений, мы знаем об интересе принцессы к политической литературе и литературе о месте женщины в обществе. Это объясняет, почему она выбрала несколько произведений Кристины Пизанской, а также Прения о других женщин (Debat des autres dames) Алена Шартье [337] и О знаменитых женщинах (De claris mulieribus) Джованни Боккаччо.
Помимо многочисленных манускриптов, доставшихся ей в наследство, Анна заказала или купила четырнадцать работ, девять из которых были посвящены богослужению. Среди них Часослов Богородицы для литургии в Риме (Livre d’heures de la Vierge a l’usage de Rome), богато иллюминированный Жаном Коломбом в 1473 году [338] . Незадолго до своего замужества принцесса заказала одному из величайших художников королевства работу над этим Часословом, в котором она была изображена молящейся под балдахином, украшенным флер-де-лис. Использование символов королевской власти наглядно подчеркивало принадлежность Анны к королевскому дому Франции.
337
BNF, ms.fr. 2234.
338
Pierpont Morgan Library, ms. m 677.
Анна, несомненно, бережно хранила вместе со своим Часословом и Ораторию в честь Анны, герцогини Бурбонской (Oratio de laudibus Annae, ducissae borboniensis) Жака Лефевра, где она, на этот раз как герцогиня, а не принцесса Франции, также была изображена молящейся, рядом со своим гербом, несомым двумя крылатыми оленями, и девизом Бурбонов Надежда. Анна явно уделяла большое внимание этим изображениям себя как благочестивой женщины, находящейся под защитой Девы Марии.
Также весьма очевиден и её интерес к истории, о чём свидетельствуют работы, которые она заказывала или покупала: Большие французские хроники (Grandes chroniques de France), подаренные ей Жаном дю Масом в 1476 году, или Краткое изложение некоторых хроник Франции (Petit abbregie sur aulcuns pas des Croniques de France) Рено Гавара, её капеллана, к которому мы вернёмся позже. Анне принадлежала, специально для неё составленная, Хроника Бертрана дю Геклена (Chronique de Bertrand du Guesclin) [339] и Хроника доброго герцога Людовика Бурбонского (Chronique du bon duc Louis de Bourbon) [340] , изданная около 1480 года и посвященная покровительнице дома Бурбонов, хотя принцесса тогда ещё не была ни герцогиней, ни даже главой королевства. Так в заказах на книги проявлялись политические амбиции принцессы.
339
BNF, ms. fr. 4993.
340
Saint-Petersbourg, Bibliotheque nationale de Russie, ms. fr. Q. v. IV, 2.
Будучи
341
U. Baurmeister, "A propos de la librairie de la chambre du roi: livres imprimes de la bibliotheque personnelle de Francois Ier", Bulletin du bibliophile, 2014/2, p. 225–281.
Создание обширной книжной коллекции было частью того же стремления к спасению души и добродетели, приведшего к написанию Наставлений, в которых Анна советует своей дочери читать произведения, хранившиеся в герцогской библиотеке в Мулене:
А чтобы лучше понять, как жить и вести себя в благочестии, я советую тебе читать книгу Людовика Святого, книгу Святого Пьера Люксембургского, наставления королям, жития святых, а также изречения философов и древних мудрецов, учения которых должны быть твоим верным правилом и примером, и это очень полезное занятие и приятное времяпрепровождение [342] .
342
Anne de France, Enseignements a sa fille…, op. cit.
Возвеличивание своего рода и сила кровного родства
Таким образом, книги служили не только для просвещения и самосовершенствования, но и для создания образа принцессы, узаконивающего участие Анны в правительстве и, в целом, осуществление власти женщиной. Легитимность проистекала из кровного родства и принадлежности к могущественному роду, предпочтительно королевскому. Как мы уже видели, эта концепция власти осуществляемой женщиной красной нитью проходит через все письма принцессы и пронизывает её книжный и иконографический образ. Анна при посредстве тех, у кого она заказывала книги, не переставала напоминать о своём королевском происхождении, сделавшим возможной её власть в королевстве.
Этим объясняются заказы на исторические труды, повествующие о деяниях родов, к которым принадлежала принцесса, и восхваляющие её исключительное происхождение. Таким образом она надеялась подчеркнуть их престиж, отражавшийся на её собственной персоне. В основе рассуждений принцессы лежит наследие Бланки Кастильской и Людовика Святого, напоминающее о том, что Анна принадлежит к знатнейшему роду, являющемуся гарантией добродетели. Около 1488 года Рено Гавар написал Краткое изложение хроник Франции, адресованное, высокородной и могущественной Принцессе, Мадам Герцогине Бурбонской, Анне Французской (Petit abrege sur aucun pas des Chroniques de France adressant a vous tres haute et tres puissant princesse madame la duchesse de Bourbon, Anne de France) [343] , преподнесенное герцогине около 1490 года. Стремясь продемонстрировать законность её пребывания во главе королевства, автор превозносил королевское происхождение принцессы, проследив её родословную вплоть до Трои:
343
L'Abrege des Chroniques de France, BNF, ms. naf. 4517, folo 1 et 2.
Если пожелаете, вы сможете ознакомиться с древом королевского дома Франции, которое я, вышеупомянутый Гавар, составил и свел к главным представителям прямой и побочных линий, используя то что о них известно, и это древо я очень смиренно прошу вас принять [344] .
Присутствие в родословном древе короля Людовика IX Святого позволяло наглядно продемонстрировать кровную связать королевского дома Франции и дома Бурбонов, к которым по рождению и замужеству принадлежала Анна. Принцесса не уставала напоминать о своём королевском происхождении и брачном союзе с престижным домом Бурбонов. В заказанных ею иконографических работах постоянно присутствуют Карл Великий и Людовик Святой. Она причисляла себя к особенно могущественной династической линии, к роду beata stirps (благословенного происхождения), члены которого ревностно служили Богу и королевству, и считали добродетель и спасение души главной целью всей жизни. Частью этого подхода был заказ, иллюминированной учениками Жана Коломба, Хроники доброго герцога Людовика Бурбонского (Chronique du bon duc Louis de Bourbon), человека служившего образцом верности и преданности по отношению к королям Карлу V и Карлу VI. Наглядно демонстрировать такое происхождение, означало убедительно обосновывать право на ту долю власти, которая законно из него вытекала.
344
Ibid., folo 14 vo–15.