Дочь алхимика
Шрифт:
— Ты хочешь идти к нему? К Нестору?
— А почему бы и нет? Все, на что он способен, это выругать меня. Может, все изменится, если я расскажу ему о маленьких интригах его любимчика.
— Я не уверена, что Нестор не стоит за всем этим.
— А Сильветта?
— Она ничего для него не значит, ты же знаешь. Он бы спокойно отнесся к тому, что она узнает правду, даже если правда ее убьет.
На какое-то время воцарилась тишина. Кристофер почти не решался вздохнуть, из страха, что эти двое могут заметить
Затем Фридрих сказал:
— Я пойду к Кристоферу рано утром. И уж я разберусь с ним.
— Вряд ли это поможет, если его поколотить.
— Поколотить? Нет, боюсь он уже вышел из этого возраста. — Он горько рассмеялся. — Я пригрожу ему, скажу, что утоплю его в море.
— Ты говоришь глупости.
— Кто для тебя важнее? Он или Сильветта? — Когда Шарлота не ответила, Фридрих продолжил уже спокойнее: — Он ведь совсем не оставил нам выбора?
— И зачем я только привезла его сюда!
— Прекрати упрекать себя. Ты же сама сказала, что он изменился. Он ведь не был таким, когда ты его забрала.
— Нет, конечно, нет.
— Кто бы мог подумать, что из него получится дальше.
— Это влияние Нестора, поверь мне. У Нестора есть сила, чтобы сделать подобное с кем-нибудь. Он меняет людей, он…
— Нестор отшельник, — резко перебил её Фридрих, — а, может, даже и преступник. Но он не колдун. Если Кристофер и в самом деле так изменился, как ты говоришь, тогда причина заложена в нем самом, не в Несторе.
Так какое-то время они все говорили об одном и том же: Шарлота постоянно упрекала Нестора в своем несчастии, в то время как Фридрих пытался то утешить её, то урезонить. Его переменчивое настроение подчеркивало его неуверенность.
Кристофер довольно ухмылялся.
Наконец Шарлота объявила, что уже поздно и она хочет вернуться назад. Фридрих сделал слабую попытку отговорить её.
— Хорошо, иди, — сказал он, когда она настояла на своем. — Только оставь ключ в замке, я еще уберу одеяла.
Кристофер прислушался к шагам своей приемной матери, которая удалялась по лестнице к потайному ходу. Через две минуты он был уверен, что Фридрих остался один, а Шарлота уже ничего не услышит.
Он размахнулся и со всей силы ударил по двери. Одна створка с грохотом ударилась о стену, взметнулась пыль.
Фридрих испуганно вздрогнул, но, надо отдать ему должное, быстро пришел в себя, и невозмутимо через завесу пыли устремил взгляд на Кристофера.
— Итак, — тихо сказал он. — Полагаю, ты все слышал, не так ли?
— Самое основное, — сухо ответил Кристофер. — И самое важное. Если я верно припоминаю, вы хотели утопить меня в море.
— Хорошо, что ты это услышал, это сэкономит мне время на повторение. Угрозы звучат так глупо, когда человек взбешен, ты не находишь?
Кристоферу вдруг пришла в голову мысль, что его невежливое появление было
Их отделяло друг от друга не более пяти шагов. Барон стоял в центре звезды из каменных столов, на которые в древности клали гробы. Кристофер все еще стоял в дверях. Ему было ясно, что он должен сделать первый шаг: если сейчас отступить, то это значит добровольно покинуть замок сегодняшней ночью.
«Нестор, — нерешительно подумал он, — почему ты мне не поможешь?» Никто не ответил, но все же его тело вдруг наполнилось жаром, словно новая сила стремительно потекла по его членам.
— Вы говорили об этом всерьез? — спросил он настороженно. — Вы действительно думаете о том, чтобы убить меня?
— Ты будешь бы не первым. — Барон подобрался как хищная кошка. Его широкие плечи напряглись, черты лица стали тверже. — Ты заварил такую кашу, что уже не знаешь как дальше быть, не так ли, мой мальчик? И вот мы стоим, друг напротив друга, как два горных барана и не знаем, как себя вести.
— Вы действительно хотите, чтобы Сильветта узнала, что вы её отец?
Фридрих звонко расхохотался.
— Я? Отец Сильветты? Кто тебе сказал такую ересь?
— Теперь вы меня разочаровываете. — Кристофер злобно усмехнулся. — Подобный блеф ниже вашего достоинства.
Барон еще раз засмеялся, и молниеносно прыгнул на Кристофера. Тот не успел опомниться, как Фридрих уже нанес ему удар правым кулаком под подбородок и бросил его левой рукой назад. Кристофер споткнулся, почти ничего не соображая от боли. Он налетел спиной на одну из колонн, сполз по ней и упал. Камни вонзились ему в спину.
Он стонал, лежа на земле и пытаясь подняться, но барон поставил ногу на грудь Кристофера.
— Что ты о себе возомнил, мальчишка? — Голос мужчины срывался от гнева. — Ты что думал, что можешь прийти сюда, помериться со мной силами, а потом делать вид, что ничего не произошло? Так, как ты это сделал с Шарлотой? — Его нога сильнее надавила на грудь, так, что Кристофер едва мог дышать. — Ты жалок! Ты неудачник. Я знал многих, подобных тебе. И мне следовало намного раньше взяться за тебя. Шарлота все время заступается за тебя, она думает, что Нестор на тебя плохо влияет. Но мы ведь оба знаем, что это не правда, не так ли? Ты просто опустившийся кусок грязи, дармоед. И обходиться с тобой я должен как с дармоедом. Будь моя воля, я раздавил бы тебя, как червя!