Доброе. Светлое

Литунина Оксана Владимировна

Я опешил. Эй, это что еще за… нападки на мою расу?! А ну поподробнее…

– Это почему?..

– Если бы ты был полуночником, и у тебя был бы родственник, изгнанный из Подлунных Земель, никакая свадьба тебе не грозила бы – по крайней мере, не в ближайшие три сотни лет.

Я вздохнул. Ну да, мне не повезло. Жаль… Ладно, я все равно что-нибудь придумаю.

Я снова походил по комнате. Навернул, наверное, не меньше тысячи кругов, прежде чем за нами пришли – целая делегация ребят в каких-то черных балахонах (что-то подобное получится, если в центре огромной черной простыни проделать дырку и напялить на себя, потом вслепую наугад сшить ее концы, а на голову нацепить наволочку), – и мы пошли на жертвоприношение. При этом я, к удивлению нашего эскорта,

шел туда чуть не вприпрыжку. Нет, ну а что? Интересно же! Будет потом, что Гету рассказать! Он вот тоже никогда на подобных церемониях не был.

Зал жертвоприношений был убран и обустроен по всем правилам всяких темных ритуалов. Нас с Торисом усадили на пол возле огромного плоского камня, испачканного чем-то подозрительно напоминающим засохшую кровь, и за ноги приковали к вбитым в этот валун кольцам. А каменюка-то какая гладенькая… Никак, всей сектой шлифовали… Постепенно стал собираться народ – голые по пояс и босые люди с пустыми глазами. Та-а-ак, и кто тут у нас травками всякими злоупотребляет? Кто запрещенными растениями балуется? Тут человек сто, обкуренных по самое «не могу»! Вряд ли это вся секта целиком, скорее старший состав. Точно настучу папе на этих ребят… Если выберусь… Хотя какое «если»? Все под контролем!..

И тут появился главный жрец.

Горт син! Я-то думал, серьезная секта, а они в игры играют! Это не жертвоприношение, а фарс какой-то! Тьфу, папа засмеет, если узнает!..

Я смерил оценивающим взглядом жреца. Ух ты, красота какая! У меня мама в похожем халатике в купальню ходит. Только у нее он с цветами, а тут с какими-то крокозябрами… Что? Это дохры? Ммм… На месте дохров я бы уже забрал этого субъекта к себе. И ножичек у него на боку висит… забавный. Зубочистка такая. Ой, это ритуальный кинжал? Простите, я никого не хотел обидеть… Честное королевское!.. На груди у этого достойного господина покоилась цепь такой ширины, что будь она еще чуть потолще, на нее можно было бы шахура посадить. Несмотря на аляповатость самого украшения его магическая аура вызывала уважение: судя по силе, в нем законсервировано заклинаний пять-семь. Скорее всего, защитных – такие штуки обычно используют для быстрого вызова щита в непредвиденной ситуации. Интересно, знает ли об этом жрец? Или он надел цепь, польстившись на размер? Дядь, поверь, размер не имеет значения!

Странно, но тот факт, что сейчас мы с Торисом прикованы к этакому подобию алтаря и находимся в центре огромной гексаграммы, меня ничуть не смущал. Возможно, потому, что я верил в удачу. Может быть, потому, что я чувствовал свою магию и был уверен, что сумею отбиться, если что. А может, потому, что вся эта церемония была слишком уж показушна. Я еще могу понять, когда в книге кто-то описывает подобный ритуал как этакое мрачное действо, но нельзя же в самом деле все это на веру принимать! А этот, с позволения сказать, жрец (от слова «жрать» – вон какое пузо накачал!) словно нарочно следовал всем возможным канонам и штампам. Судите сами: огромное прямоугольное помещение, чей потолок теряется во мраке. Никаких скамеек, стульев, кресел – все «послушники» стоят на коленках и заунывно воют на одной ноте. Хотя я их понимаю – меня заставили бы стоять голыми коленями на холодном каменном шершавом полу – я б тоже завыл. Четыре уродца в красно-черных балахонах (какая «неожиданная» расцветка!) стоят по бокам от нас, пятый – здоровенный такой шкаф с антресолями, одетый лишь в красно-черные брюки, сапоги и бордовый колпак-маску палача, – стоит за нашими спинами и тихонько порыкивает, стоит мне пошевелиться. На груди у него какая-то страшненькая татуировка, сама грудь напоминает каменный валун. В общем, этакая скала с наскальной росписью… На стенах зала горят факелы, послушники раскачиваются как болванчики влево-вправо, жрец чего-то ждет. Вердикт ясен: со времен Падения в проведении темных ритуалов мало что изменилось.

Кстати, темных ли? Я чуть прикрыл глаза, чтобы почувствовать ауры присутствующих. Ну да, так и есть, все до одного – темные. Эх, сюда бы папин посох – Луч Солнца… Он бы проредил это святое братство…

Кхм,

что-то я размечтался. Все, спускаюсь с небес на землю и начинаю заниматься делом. Я накрыл ладонью свою цепь – вроде как оперся, – и очень быстро составил из пальцев фигуру направленного Огненного Шара. Преимущество такого заклинания – оно никогда не обжигает заклинателя… И сил на него тратится довольно мало, что при моих раздолбанных каналах было несомненным плюсом. Вспышку никто не заметил – я вжал ладонь в пол с такой силой, что, казалось, вот-вот продавлю его. Правда, руку пришлось очень быстро отдернуть, иначе я рисковал получить немаленький ожог расплавленным металлом, но это уже дело техники. Палач сзади что-то прорычал, я кивнул – и проделал то же самое с цепью Ториса. В этот раз палач молча пнул меня в плечо. Уууу, злодей… Допинаешься сейчас… Я украдкой бросил на него злобный взгляд. Нет, вроде ничего не заметил… Хотя, судя по глазам, он редкостное дупло.

Внезапно послушники заткнулись и перестали качаться. Ага… Я вовремя успел. Значит, сейчас жрец толкнет прочувствованную речь на тему вечного-темного. И наверняка обратится к своим как-нибудь тепло и по-семейному. Послушаем…

– Братья мои!..

Мо-ло-дец какой! Прямо как по часам! А теперь скажи, что нынешний день как-нибудь замечательно отличается от предыдущих…

– Сегодня у нас великий день!..

Дохр, я прямо провидец. На его месте я б казнил того, кто придумывал эту речь. Положил вот на этот алтарь и заколол вот этой зубочисткой. Согласно всем законам жанра дальше сей достойный служитель культа темных и колючих должен расписать, как плохо им жилось до этого и как хорошо будет после…

– Мы очень долго прятались, скрывали свою подлинную сущность и старались не выдать наши истинные убеждения!..

Хм, «подлинная» – это от слова «подлянка»?..

– Мы были изгнаны только за то, что посмели поклоняться Геенне! Мы не могли поднять головы и терпели издевательства!..

Зря старается – эти «укурки» наверняка уже десятый глюк видят.

– Но сегодня…

…а сейчас должна последовать выразительная пауза и не менее выразительный взгляд на нас с эльфом. И действительно, жрец высокомерно и чуть брезгливо оглянулся на нас. Мы с Торисом понимающе переглянулись, и эльф, кивнув на жреца, украдкой постучал себя кулаком по лбу. Я согласно кивнул… Уй-е-е! Больно!

Мы оба получили по оплеухе от палача. Я, потирая ухо, злобно покосился на обидчика. Ничего-ничего, дождетесь вы у меня… Я эту лавочку быстро прикрою…

А жрец тем временем продолжал:

– …Сегодня особый день. Великий день! – кажется, он это уже говорил?.. Повторяешься, дядя, плохой из тебя оратор, – Сегодня мы вернем все на свои места и сделаем так, как все должно было быть с самого начала… – неужели совершите массовое самоубийство? – Сегодня мы воскреснем, как феникс после смерти восстает из пепла! Сегодня мы вызовем нашего Господина…

Угу. Вызовут. И пусть попробует не явиться. Да у них гексаграмма неправильно нарисована, руна Луны написана неверно, а Угол Жизни не дорисован до конца. В лучшем случае им удастся вызвать вшивого дохренка, который пошлет их, собственно, к своей родне и свалит обратно в Геенну.

– Мы долго готовились к этому дню…

Так долго, что времени уточнить написание некоторых рун ну совершенно не было!

– …И вот он настал!

Слушай, ты только не особо переживай, если надежды вдруг не оправдаются, ладно? Жизнь жестока, знаешь ли. Не все мечты сбываются…

– Мы принесем нашему Господину, нашему Богу в жертву этих двух низших, презренных тварей…

Ага… По принципу «на тебе, боже, что нам не гоже»…

– …Не заслуживающих права даже ползать по этой земле…

Дядь, а я ползать не собираюсь. Честное королевское! Я хожу обычно…

– …Но которые наверняка должны порадовать Его!

Ну да. Так и вижу: «О, Великий Господин! Прими эту скромную, но вкусную жертву… На большее денег не хватило…».

– Возрадуемся!

Я тяжело вздохнул и покачал головой. Впервые оказался на жертвоприношении – и тут такая халтура…