До встречи, Миора!
Шрифт:
– Светлана, возьми её за руку, – прошептала мне на ухо Люсия.
Я вытерла катившиеся самопроизвольно слёзы и спросила зачем.
– Она не может умереть, пока не передаст тебе свою силу. Сожми её руку.
Она подвинула табурет и села рядом с постелью ведьмы. А я пересела ближе к изголовью, взяла её ледяную руку и попыталась нащупать пульс. Не нашла. Было такое впечатление, что она мертва, но редкие вздохи ещё были.
Люсия начала читать неизвестный мне заговор, и я ощутила, как рука Верды дёрнулась и сжала мою руку. Вдруг у неё открылись глаза,
– Не подходи к Лютину и Саймону, погибнешь.
Она тяжело вздохнула и закрыла глаза, потом задрожала всем телом, выгнулась дугой, сжав при этом мою руку с немыслимой силой, и затихла. Я еле смогла перевести дыхание от боли, которую испытала, и попробовала отцепить её высохшие костлявые пальцы, но ничего не получилось.
– Пока не трогай, – прошептала Люсия. – Подожди немного.
Сразу после её слов кожа ведьмы покрылась тёмной сосудистой сеткой, а потом начала волнами светиться, собирая весь свет в области солнечного сплетения. Последовал резкий толчок в грудь, который снёс меня с кровати к стене, – и мой мир померк.
Глава 4
Приходила я в себя очень тяжело. Сначала долго блуждала по каким-то тёмным тоннелям, никак не могла найти выход, выбилась из сил и под конец уже ползла на животе по камням, обдирая в кровь руки и тело. Почему-то я была голой, но холода не чувствовала, наоборот, как будто горела вся, прохлада камней была мне только в радость. Я, даже зная, что нахожусь без сознания, периодически отключалась в том странном подземелье. Да и вообще, создавалось ощущение, что мне надо было поторопиться, как будто что-то должно произойти и я могу не успеть.
Что именно произойдёт и куда должна успеть, я не знала, но, когда очередной раз вынырнула из небытия, поняла, что вот он, мой шанс, или-или. Жар внутри тела к тому времени стал просто невыносимым, я даже подумала, что сейчас взорвусь и осыплюсь пеплом, как та старушка у ворот. А потом нашла в себе силы встать на ноги, дойти до стены на негнущихся ногах и приложить руки к стене подземелья.
– А-а-а-а-а! – вырвалось непроизвольно у меня из горла вместе с потоком огня из рук.
Он раздробил и расплавил скальную породу и вызвал её обрушение. Вместе с этим выбросом наступило такое облегчение, что я не выдержала, опустилась на колени и расплакалась. Ревела навзрыд, как уже давно не позволяла себе. Пять лет я работала и училась у ведьмы как проклятая, стараясь не думать о том, что произошло со мной, надеясь, что ещё немного – и Верда мне поможет увидеть сына. Но не получилось… Всё пропало… Как теперь жить, что делать…
Как назойливая муха, у меня что-то свистело над ухом, но я не обращала на это внимания, а всё плакала и плакала, жалея сначала ведьму, ставшую для меня опорой в этом мире, потом себя, такую несчастную и невезучую…
– Сы-ы-ы-сы-ыв… – продолжало зудеть в ушах.
И вдруг у меня перед глазами возник образ Верды. Она была такой, какой я её увидела в первый день нашего знакомства. Также внимательно смотрела мне в глаза и
– Вставай и иди! Ты приняла мою силу, теперь она укажет тебе дорогу и защитит.
И исчезла. Я моргнула и открыла глаза. Надо мной склонились Люсия и Стефан, причём это именно он кричал мне в ухо: «Света, Света». Бабушка же радостно всплеснула руками, видя, что я пришла в себя, и бросилась целовать мне руки. Я пыталась их отнять, но сил не было даже пальцами шевелить.
– Вы чего? – только и смогла произнести я.
– Ой, милая, я так напугалась! Так напугалась! – причитала старушка. – Ты ведь вся горела синим пламенем…
– Почему синим? Я вроде красное видела, – решила я пошутить, а потом разглядела на обоих одежду в подпалинах и копоть на лице.
Я присмотрелась и поняла, что лежу на той самой кровати, где умирала Верда. Голая и накрытая какими-то обгоревшими тряпками.
– Где моя одежда? – спросила я и немного приподнялась на локтях.
Стефан стыдливо отвернулся, а я съехавшей тряпкой прикрыла грудь.
– Так ведь всё сгорело. Три дня силу принимала, три дня горела. Я уж думала, что не выберешься. Ан нет! Осилила! Не зря тебя Верда выбрала, знала, что сможешь! – радовалась Люсия, стянула тряпку и накрыла меня другой простынёй, пока Стефан не смотрел.
Я устало откинулась на подушку, которая тоже сильно пострадала, и уставилась в потолок. «И что теперь мне делать с этой силушкой?» – думала я, хотя, что делать, конечно, знала, просто всё свалилось на меня так неожиданно, что я оказалась не готова это принять.
Мир, который здесь называли Одерис, мне родным за эти пять лет так и не стал. Он оказался очень похожим на наш, и я себе представляла, что просто живу в другом городе, не зацикливаясь на отличиях. Люди-то такие же. Слава богу здесь не было орков, гоблинов, вампиров и других рас. Хотя было бы интересно и на них посмотреть.
Я вроде и жила здесь, а вроде и нет. Делала, что говорят, но планов на жизнь никаких не строила, жила как трава: солнышко светит, дождик поливает – и ладно. И только сейчас поняла, что теперь осталась здесь совсем одна, как я построю свою жизнь, так её и проживу. А жизнь, судя по всему, у меня будет долгой. Очень долгой. Верда постаралась и подкопила такой резерв, что он в меня еле-еле влез, а это значило, что мне теперь придётся его постоянно тратить и в больших количествах, чтоб не лопнуть ненароком, вернее, не сгореть.
– Люсия, принеси мне, пожалуйста, чистую одежду, а ты, Стефан – таз с водой и мыло.
Они убежали с радостью выполнять мои поручения, а в дверь заглянули Анита и Ефим.
– Не уходите, подойдите, пожалуйста, – попросила я и постаралась лечь повыше на подушке.
Они, стесняясь и глядя виновато на меня исподлобья, подошли к кровати.
– Мы это… – начал было говорить Ефим, но отвёл глаза.
– Не надо никаких объяснений. Я вас никуда не гоню, живите и работайте, как и раньше. Я всё равно здесь надолго не задержусь. Жалование вам буду платить меньше. Если не нравится, то найму кого-то друго…