До нас

Энн Джуэл Э.

Это были просто мечты — невинные, нереальные мечты. Я в жизни не могла себе представить, что стану его женой, а теперь это предложение передо мной. Но он не придет домой с цветами в руках и не посмотрит на меня, как на самое яркое созвездие на его небосклоне. Он вернется домой и будет относиться ко мне как к своей соседке по комнате. Будет интересоваться, как продвигаются мои поиски работы со страховкой. И не встретила ли я хорошего мужчину, за которого можно выйти замуж, чтобы он мог отпустить меня и чувствовать

себя довольным своими добрыми делами.

А я? Я же каждый день буду проводить в мыслях, что вышла замуж за мужчину своей мечты, хотя моя жизнь будет походить на самый страшный кошмар.

ГЛАВА 17

Я не хвастаюсь, но в течение следующих нескольких дней я с успехом игнорирую десятитонного слона в комнате, держащего в хоботе невидимое кольцо с бриллиантом. Невидимое, конечно, потому что слон невидим и предложение не настоящее, но брак был бы… законным.

В следующем месяце мне исполнится двадцать четыре. Свадьба была в моем десятилетнем плане. Дети — в пятнадцатилетнем. Фиктивные браки в моей жизни стоят на том же месте, что и анальный секс. Но надо отдать Заку должное — он довольно хорошо все смазал. Удостоверился, что я понимаю, что ни о какой любви речи идти не будет. Никто об этом не узнает. И брак продлится только до тех пор, пока я не найду работу с медицинской страховкой или другого мужа. Настоящего… надеюсь, еще и со страховкой.

— Я завтра работаю. Хочешь, узнаю, смогут ли моя мама или Аарон остаться с тобой? — спрашивает Зак, присаживаясь передо мной на корточки и меняя мне повязки на руках, шее и лице.

Швы снимут через несколько дней. Следующие на очереди — лапки Гарри Паутера. Бедняге надоел дурацкий конус.

— Да. Думаю, тебе следует найти няньку для горничной.

Он останавливается и смотрит на меня.

— Это сарказм?

— Когда ты понял, что хочешь стать пилотом? И, нет, нянька мне не нужна. — Шуточки и отвлечения на всевозможные темы стали нашим официальным языком.

Зак удерживает мой взгляд, и по моей шее змеится тепло, оседая на щеках. Эти карие глаза… кажется, в них всегда таится некий секрет. Даже если сознательно я по нему не сохну, трудно не испытывать чувств, помимо дружбы, к тому, кто сделал тебе предложение.

— Я попрошу кого-нибудь проведать тебя. И я понял, что хочу стать пилотом, когда мой дедушка купил мне радиоуправляемый самолет. Мне было десять. Когда ты поняла, что хочешь быть фотографом?

Я смеюсь над простотой его вопроса.

— Я влюбилась в фотографию, когда с ней меня познакомил единственный приличный

парень, с которым встречалась моя мать. Иногда я задаюсь вопросом: не являются ли все фотографии, что я делаю, всего лишь кусочками головоломки, которые, соединившись, приведут меня к моей судьбе. Кстати… я нашла возможную временную работу у свадебного фотографа. Теперь думаю над этим. Льгот нет. Но такой опыт может привести к чему-то большему. И занята я буду только по выходным, так что мои клиенты по-прежнему останутся при мне.

— Работа с другим фотографом звучит как хорошая возможность. — Сосредоточившись на своих руках, он накладывает на мое запястье последнюю новую повязку. — Кстати, о свадьбах…

Я высвобождаю руку из его хватки, отчего его взгляд поднимается вверх и встречается со мной.

— Свадьба? Нет. Скорее похоже на брак из жалости.

— Называй, как хочешь. Это не меняет того факта, что он тебе очень поможет. — Зак чешет затылок, взъерошивая слегка отросшие волосы.

Моему сердцу трудно принять эту идею, возможно, потому, что оно не должно иметь здесь права голоса. Мой разум должен забыть о мечтах о грандиозной свадьбе с цветами всех оттенков розового. Трёхъярусном торте с разными вкусами. Живой музыке. Толпе родных и друзей. Конечно, родня будет не моей… да и большинство друзей, если уж на то пошло.

Зак предлагает юридический контракт с минимум условий: медицинская страховка и значительный бонус в виде дешевых авиабилетов. Брак. Не свадьбу.

Когда, кроме хмурого взгляда, я больше ничего не вношу в наш разговор, Зак встает и собирает аптечку. Прежде чем он преодолеет три фута в направлении ванной, в моей голове вспыхивают новые вопросы — будто я на полном серьезе обдумываю его предложение без кольца и без любви.

— Значит… я бы осталась жить здесь?

Он поворачивается.

— Только если сама этого захочешь. Я бы предпочел, чтобы ты не жила в своей машине.

— И я бы ходила на свидания? То есть… будучи замужем за тобой, я бы встречалась с другими мужчинами?

Он награждает меня озадаченной улыбкой. Эта улыбка мне не нравится, и под «не нравится» я имею в виду, что люблю ее, но для меня нехорошо любить что-либо в Заке, поскольку любовь не является частью предложения.

— Да, Эмерсин, ты можешь встречаться. Все будет так, будто мы не женаты, за исключением случаев, когда тебе понадобится страховка.

— А при необходимости полететь куда-нибудь, я получу дешевые билеты.

Озадаченная улыбка расплывается еще шире. Плевать, что я могу быть предметом жалости или шутки, однако не против быть источником его веселья.

— Если у тебя будет гибкий график, да, ты получишь дешевые билеты.

— А ты?

— Что — я?

Не спрашивай. Не спрашивай!

Игнорируя здравый совет своего здравого рассудка, я все равно задаю вопрос:

— Тоже будешь ходить на свидания. Да?