До мурашек
Шрифт:
Даже опрокидывая рюмку, не отвожу от Гулико взгляд. Не могу. Внимание болезненно концентрируется на женском тонком профиле. Горло обжигает алкоголь, нервным жаром разливается в крови. Время вязнет. Гулин разговор с барменом и администратором не может длиться долго - не о чем им говорить. А значит через каких-то несколько минут она уйдет. И я жду и не жду этого момента, откидываясь на спинку кресла и усилием воли заставляя тело более-менее расслабиться. Не мигая, наблюдаю за ней.
Может подойти?
Бля, зачем? Нам давно
Пачка сигарет жжет руку, и я так и кручу ее в ладони, то и дело постукивая бумажным ребром по столу. Гулико коротко встряхивает головой, перекладывая гладкий черный хвост блестящих волос с одного плеча на другое, и сознание играет со мной злую шутку, донося фантомный запах ее пряно-свежих духов, который в реальности я конечно не способен уловить с такого расстояния. Но память слишком услужлива...
Сука...
И шея такая же длинная, будто она африканские кольца на ней носила...
Непроизвольно сжимаю пустую рюмку крепче, рискуя раздавить. Пальцы гладят стекло, которое почти такое же ровное и прохладное, как по воспоминаниям, ее кожа. Вижу даже выпирающие хрупкие позвонки на холке. Зависаю на этих беззащитных косточках, и Гулико, чуть нахмурясь, трогает именно это место на шее сзади рукой. Будто чувствует.
Резко оборачивается и упирается в меня взглядом.
У меня немеет лицо. Кажется, у нее тоже.
Я не вижу ее глаз отчетливо, но по тому, как она застыла, уверен, что у Гули расширяются зрачки. Вижу, как беспомощно приоткрываются губы. И этот ее очевидный шок приносит хоть какое-то моральное удовлетворение. Я не один тут в ауте от внезапной встречи.
Что, тоже не ждала, да?
Мои губы сами собой дергаются в кривой улыбке. Сдержанно киваю, сверля Гулико тяжелым взглядом исподлобья. Все-таки не чужие люди, да?
Принято хотя бы здороваться.
В ответ она заторможено моргает и...отворачивается. Продолжает что-то администраторше говорить, будто вообще не узнала меня.
С таким же видом она могла бы задержать взгляд на грязной тарелке, рассеянно слушая бармена.
Но задержала на мне и просто отвернулась.
Просто отвернулась...Блять!
Сердечный ритм шумно разгоняется во второй раз за последние пару минут. Накрывает. Вот же сука, а... Я сижу будто оплеванный. Хотя почему "будто"?!
Я себя таким идиотом чувствую, что прямо ощущаю, как по мне стекает литров десять отборного дерьма.
Даже не кивнула...
Скулы начинает печь приливающей кровью, словно я опять тощий подросток, которому девушка не улыбнулась в ответ. Это настолько дебильное, неуютное и давно забытое чувство, что я беззвучно смеюсь сам над собой, закрыв ладонями лицо.
Гуля, блять...Ну как ты умудряешься это делать со мной, уже давно взрослым мужиком?
Это так абсурдно, что я даже злиться перестаю.
Не хочет здороваться - пусть. Пошла она вообще...Детский сад.
И она, и правда, уходит. Проводит на прощание
Какая же все-таки...
Опрокидываю еще рюмку, морщась и не закусывая, пока Гуля торопливо пересекает зал, направляясь к выходу. Едва уловимо припадает на левую ногу при ходьбе. Замечаю только сейчас, что не на каблуках, а в демократичных мокасинах. Травма, точно. Дед рассказывал, что идет на поправку, но походка у нее явно пока не своя. Какая-то скованность в левой ноге.
Что, Голубка, оттанцевалась?
А, плевать...
И все же во рту собирается горечь, пока провожаю ее хрупкую фигуру взглядом. Внутри рвет смутными противоречиями. Мне не то, чтобы ее жалко, живая же, но... Интересно, больно ей ходить? Осанка вон какая даже с переломанным бедром. Ладно... Не мое это дело.
Наконец Гулико исчезает в дверях. И будто пустеет кафе, хотя народу вокруг полно.
Тихая музыка, звон посуды, оживленные голоса, приглушенный смех, но всё мимо меня.
Медленно выдыхаю, пытаясь осознать, что это было вообще. Что за реакция дебильная у меня?!
Только сейчас замечаю, что мелко потряхивает, словно вся кожа зудит. Растираю лицо, анализируя.
Да ведь ничего же не произошло. Вообще ничего. Что ж так перекрутило, а?
Больше не повторится. Это просто шок первой встречи спустя...Сколько? Почти десять лет? Десять лет, да...
Как же это было давно.
Я уже не тот наивный идиот, и она совсем-совсем не та.
Хотя, черт ее знает, какой она вообще и тогда была. И я тогда, как оказалось, совсем ее не знал.
Ну, увидел и увидел. Надо пойти перекурить только. Так хочется, что просто труба.
5. Гулико
Хлопнув водительской дверью, я включаю зажигание, сжимаю похолодевшими пальцами руль и так застываю, уставившись прямо перед собой.
Кажется, только сейчас делаю первый судорожный вдох. Перед глазами медленно рассеивается бурая пелена охватившего нервного возбуждения. Расфокусированный взгляд скользит по зданию кафе, гостиницы, парковке.
Это ведь был он, да?
Он стал совсем другим...
Лишь серые пронзительные глаза и кривая нахальная ухмылка выдавали в нем того восемнадцатилетнего мальчишку. И в первую секунду я решила, что обозналась. Что это подсознание так шутит со мной.
А потом он кивнул, здороваясь, и улыбнулся одними губами. Улыбнулся, а взглядом будто на костре сжег. И у меня, и правда, внутри всё вспыхнуло. И раскаянием, и обидой. И больше всего сожалением.
Мне так жаль, Лёв...
Если бы ты знал, как мне жаль! Но ведь ты тоже предал меня. Ты ведь знал, какая я была слабая. Знал, что мне на кого, кроме тебя, опереться. Знал и ушел.