До безумия
Шрифт:
– Постойте, дорогая, – виконт пристально смотрел в ее потемневшие от страсти фиалковые глаза, – о чем вы хотели поговорить со мной?
Феба как бы невзначай стала теребить его галстук.
– Разговор был лишь предлогом, – призналась она. – На самом деле я хочу соблазнить вас. – Она показала на покрытый красной парчой диван. – Как видите, здесь есть где прилечь, комната ярко освещена и мы могли бы…
– Нет. – Деверелл решительно сжал ее руку. – Финальный акт обольщения состоится не здесь и не сегодня.
Феба сердито прищурилась.
– Но
Теперь виконт понимал, почему Феба так напряжена. Он с трудом сдержал самодовольную усмешку, стараясь сохранять бесстрастное выражение лица, и в то же время лихорадочно искал убедительный предлог, который заставил бы мисс Маллесон успокоиться и отказаться от ее безрассудных планов.
– Видите ли, финальный акт обольщения будет длиться намного дольше, чем те полчаса, которые сейчас имеются в нашем распоряжении…
Феба на мгновение растерялась.
– О…
– Да-да, нам понадобится несколько часов, чтобы утолить нашу страсть.
Глаза Фебы стали круглыми от изумления, и она, нервно сглотнув, кивнула:
– Теперь понятно. – Она попыталась высвободиться из его объятий. – В таком случае…
– Вы куда-то собрались идти?
Упершись ладонями ему в грудь, Феба стала энергично отталкивать его.
– Если вы не готовы прямо сейчас заняться любовью, нам следует вернуться в бальный зал, – безапелляционно заявила она.
Виконт засмеялся.
– Насколько я понял, вы собрались предоставить мне полную свободу действий в течение ближайшего получаса. Я поймал вас на слове и теперь не выпущу из комнаты до окончания этого срока.
Его наглость изумила Фебу, и она на некоторое время потеряла дар речи.
– Неужели вы думали, что я откажусь от такого подарка? – По выражению глаз, в которых вспыхивали озорные искорки, Феба сразу поняла, к чему клонит виконт. Ей не нравились его намерения, но тем не менее она взяла себя в руки и смирилась с неизбежностью: не прерывать же свидание, которое она сама устроила!
– Нет, я так не думала. – Она принужденно улыбнулась.
– В таком случае внимательно слушайте и не перебивайте. Я просил вас руководить моими действиями с помощью простых команд в те моменты, когда прикасаюсь к вам, и сделал это для того, чтобы вы чувствовали себя в безопасности наедине со мной и всегда могли остановить меня. Но теперь ситуация изменилась, и больше я не буду подчиняться вашим командам.
У Фебы упало сердце, тогда как Деверелл, держа ее за руку, направился к дивану.
– Отныне наш договор теряет силу, – продолжал он. – То, что вы привели меня сюда, может рассматриваться как провокация. Провоцируя меня, вы должны быть готовы к ответным действиям: это расплата за подстрекательство.
Феба постаралась сосредоточиться, чтобы вникнуть в смысл его слов и понять его логику, но тут вдруг подумала, что Джослин просто пытается сбить ее с толку и увлечь на диван. Она выдернула руку.
– Мы скоро должны возвратиться, – напомнила
– Вовсе нет, у нас еще уйма времени, – спокойно возразил виконт. – Мы можем провести здесь больше получаса, поскольку в шумной толпе гостей вряд ли нас скоро хватятся.
Удобно устроившись на диване, вытянув ноги и подложив под голову подушки, Феба с волнением следила за каждым его движением.
Внезапно в его изумрудно-зеленых глазах появился жадный блеск, и он, изловчившись, схватил Фебу за запястье.
– Надеюсь, вы не станете лгать мне, утверждая, что предпочитаете обществу любовника компанию шумных гостей?
Феба провела кончиком языка по пересохшим губам.
– Обществу любовника? – сдавленным голосом переспросила она.
– Ну да, конечно; ведь именно о любовных свиданиях вы мечтали вместе с вашей подругой Кэтрин, устраивая этот будуар. Вы представляли себе, что находитесь в плену у шейха или султана, который заставляет вас удовлетворять его страсть, не так ли?
Деверелл был совершенно прав; он догадался о том, какими фантазиями упивались Феба и Кэтрин в юности. Однако ни один султан в подметки не годился изобретательному Девереллу. Даже в самых смелых мечтах Феба не могла представить себе, что встретит такого любовника, как он.
Кроме того, в отличие от придуманного шейха виконт был реальным человеком, в жилах которого текла горячая кровь, а от его сильного мускулистого тела исходило живое тепло. Он лежал перед ней в соблазнительной позе, и Феба чувствовала, как слабеет ее воля к сопротивлению. Через мгновение выражение глаз Деверелла изменилось, и он впился в нее дерзким взглядом.
– Подойдите, – он слегка дернул Фебу за руку, – и поцелуйте меня.
Это был приказ, произнесенный тоном, не терпящим возражений, и Феба мгновенно поняла, что сопротивление бесполезно.
Виконт снова потянул ее за руку, и Феба, потеряв равновесие, плюхнулась на диван рядом с ним, полагая, что он сейчас же прижмет ее к себе, но Деверелл после небольшой паузы выпустил руку и стал нежно поглаживать ее легкие завитки на затылке. Его деликатные прикосновения вызвали в памяти Фебы сладкие воспоминания о минутах, проведенных вместе, и по ее телу пробежала дрожь наслаждения.
– Вы находитесь в моем гареме и должны научиться услаждать меня, как гурия услаждает в раю праведного мусульманина. – Виконт замолчал и, дождавшись, когда Феба снова откроет глаза, добавил: – Идите ко мне, дайте мне поцеловать вас.
Не отдавая себе отчета в том, что делает, Феба потянулась к нему. Ее неудержимо влекло к Девереллу, и она действовала как завороженная. Сейчас ей хотелось только одного – поцеловать его, и, наклоняясь над ним, она чувствовала, как дрожат ее губы.
Через мгновение они слились в жарком поцелуе, и Феба, закрыв глаза, отдалась на волю чувств. Ее приводила в восторг мысль о том, что наконец-то давняя заветная мечта воплощается в реальность.