До безумия
Шрифт:
– Я обязательно передам Эм все в точности.
– Да, и еще скажи, чтобы она устроила встречу леди Пелем и Джессики дня через два; нам нужно время для того, чтобы подготовить рекомендации.
Конечно, куда лучше было бы, если бы Феба могла предварительно с глазу на глаз поговорить с Джессикой, рассказать ей о леди Пелем и успокоить девушку, которая наверняка сильно нервничала.
Состояние служанок, которых вызволили из беды, было крайне тяжелым, и Феба стремилась как можно быстрее помочь им, но это было непросто.
– Я
Феба молча махнула рукой, разрешая служанке удалиться.
– Как только вы сегодня вечером уедете из дома, – с порога добавила Скиннер, – и человек Деверелла отправится за вами, я пойду на Черч-стрит и передам Эм все, что вы велели.
– Хорошо, но, умоляю тебя, будь осторожна. Хотя виконт интересуется только мной, он может и к тебе приставить своего шпиона.
Когда горничная вышла, Феба, вздохнув, выжала губку, и тонкие струйки потекли по ее руке.
– Черт бы побрал этого Деверелла, – пробормотала она.
Из-за этого человека она вынуждена была менять свои планы, а это пагубно влияло на работу ее агентства по найму прислуги.
Интересно, где и какие справки наводил о ней сейчас Деверелл? Чем дольше и упорнее он вел свое расследование, пытаясь раскрыть ее тайну, тем труднее ей было руководить агентством и заниматься спасением попавших в беду девушек. В конце концов это могло кончиться крахом дела всей ее жизни.
В результате упорного четырехлетнего труда Фебе удалось наладить работу по спасению служанок, терпевших домогательства своих господ, так что действия виконта угрожали не только ей, но еще многим людям – служащим агентства, девушкам, которым она помогала, и даже Эдит, которая плохо представляла себе, чем занимается ее племянница.
Вода в ванне остывала, и Феба медленно провела губкой по груди. Сразу же в ее памяти вспыхнули воспоминания о прикосновениях Деверелла, о его ладонях, ласково поглаживающих ее…
Внезапно ей в голову пришла спасительная мысль – она поняла, как отвлечь внимание виконта от работы агентства. Чтобы направить его расследование по другому руслу, Феба готова была открыть Девереллу другой свой секрет и тем самым сбить его со следа.
Дверь спальни распахнулась, и в комнату вошла Скиннер.
– Вы, похоже, справились без меня, – усмехнулась она, заметив, что госпожа энергично грет себя намыленной губкой.
– В этом нет ничего сложного. – Рука Фебы замерла. – Я подумала и решила надеть сегодня не синее платье, как намеревалась раньше, а темно-рубиновое.
Скиннер пожала плечами и направилась к платяному шкафу.
– Как вам будет угодно, но только если вы решили не поощрять ухаживаний виконта, то вам следовало бы надеть менее вызывающий наряд.
Глава 9
На город уже спустились сумерки, а Джослин все сидел в кабинете Монтегю, изучая собранные
Получив днем записку от адвоката, виконт сразу же отправился к нему в контору, где Монтегю, приподнявшись из-за стола, без лишних слов протянул ему этот список. Пробежав его глазами, Деверелл понял, почему его поверенный тактично молчал: документы со всей очевидностью свидетельствовали о том, что Феба Маллесон подвергалась шантажу. Виконт не верил собственным глазам: по его мнению, мисс Маллесон была не из тех людей, которые позволяли манипулировать собой.
Оторвав глаза от столбика цифр, он взглянул на Монтегю, но выражение лица адвоката было, как всегда, непроницаемым.
– Я прошу вас проследить, куда ушли эти деньги. Монтегю кивнул; судя по всему, он все еще думай, что Деверелл интересуется финансовым положением мисс Маллесон только потому, что собирается жениться на ней.
– Я высоко ценю ваш такт, – Джослин небрежно бросил список на стол, – но, по-моему, эти выплаты не связаны с шантажом. Если бы вы были азартным человеком, я заключил бы с вами пари и выиграл бы его. Впрочем, сейчас трудно сказать, на что именно мисс Маллесон регулярно тратит такие большие суммы.
Взяв список со стола, Монтегю быстро пробежал его глазами.
– Смею предположить, что некоторые из этих сумм пошли на оплату услуг портних, – уверенно произнес он.
– Портнихи? – Виконт пожал плечами. – Насколько я успел заметить, гардероб мисс Маллесон не отличается разнообразием. Учтите также, что она живет с тетушкой и не играет в азартные игры. Жалованье кучеру и горничной мисс Маллесон платит ее отец, поэтому трудно представить, на что она вообще может тратить такие огромные деньги.
Нахмурившись, Монтегю долго изучал столбик цифр.
– Итак, мы договорились: вы выясните, кому она выплачивает эти суммы. – Деверелл встал.
Монтегю кивнул, не отрывая глаз от бумаги.
– Я сегодня же займусь этим.
– Известите меня, как только что-нибудь разузнаете.
Монтегю снова кивнул, и Джослин вышел из кабинета. Сидевший за столом клерк вскочил и бросился к входной двери, чтобы широко распахнуть ее перед важным клиентом. В тот же момент виконт услышал, как Монтегю зазвонил в колокольчик, сзывая своих помощников на совещание.
Вечером виконт отправился в Феншоу-Хаус, где давали бал. Одри заранее известила его о том, что туда должна приехать Феба; тетушка считала, что делает благое дело, помогая племяннику устроить свою судьбу и жениться.
Переступив порог бального зала, Джослин сразу же увидел Эдит и, подойдя к ней, выяснил, что Феба и ее тетушка останутся в доме Феншоу до конца бала и сегодня больше никуда не поедут, хотя обычно они успевали за один вечер посетить сразу несколько развлекательных мероприятий.