Дневник
Шрифт:
В комнате царил полумрак, и лишь узкая полоска света из окна резала помещение на две половины. Как театральный прожектор солнечный луч выдирал из тьмы детали — узкое запястье, прядь волос, приоткрытые губы и кусочек веснушчатой щеки.
На постели лежала Джуд. В первое мгновение мне показалось, что она мертва. Её рука была холодной как у покойницы, но, к счастью, в запястье прощупывался пульс. Ресницы Джуди слегка подрагивали, а грудная клетка вздымалась в такт вдохам.
Я кое-как совладал с потрясением и накинулся на Лорну:
«Какого
«Успокойся, дорогой, — невозмутимо сказала мама, — она просто спит. Я боялась, что она уйдет, не дождавшись твоего возвращения, и предложила ей выпить чаю. Мы мило побеседовали. Очень приятная, умная девочка. И такая хорошенькая, я…»
«Что, блядь, было в твоём сраном чае?!» — перебил я её безумные разглагольствования.
Лорна поморщилась.
«Тише, — шикнула она, — ты её разбудишь. Своей возмутительной руганью ты точно не произведешь на неё хорошего впечатления!»
Ах, ругань! Вот в чём проблема. Вовсе не в том, что у Лорны, похоже, окончательно и бесповоротно поехала крыша. Говорить такие вещи и творить такую невероятную хрень может только истинная сумасшедшая. У меня не осталось и малейших сомнений на её счёт. Она больна. Больна и опасна.
«Что было в твоём чае?» — повторил я.
«Просто немного снотворного» — отмахнулась мама.
Она склонилась над кроватью, чтобы убрать с щеки жертвы прядь волос, но я перехватил её руку. Волосы Джуди были распущены и выглядели непривычно опрятно. Лорна, наверное, не только накачала бедняжку какой-то дрянью, но и поиграла в неё, как в чёртову куклу, причесывая и наводя «красоту».
Я судорожно соображал, что мне делать. Надо ли разбудить Джуд? Если да, то как я ей всё объясню?
Извини, мелкая, тут такое дело… моя мамаша-психопатка завела привычку подсыпать гостям снотворное в чай. Вот оно — её хвалёное гостеприимство. Скажи спасибо, что она не привязала тебя к кровати. А могла бы…
Ладно, давай без обиняков. Моя мать решила, что ты подойдёшь для селекции. Теперь твоё место здесь — в этой постели. Будешь послушно раздвигать ноги, а потом выталкивать из чрева наследников одного за другим. Столько, сколько понадобиться для сохранения популяции вырожденческих уродов, что зовут себя магами.
Мне нужно вытащить Джуди отсюда — понял я. Чего бы мне это ни стоило, даже если придется убить Лорну, даже если она убьет меня первой. Джуд должна уцелеть.
Я аккуратно взял её на руки. Джуди оказалась лёгкой и тёплой, но я не позволил себе и минуту наслаждаться ощущением близости её тела, а сразу пошёл к выходу. Лорна увязалась за мной.
«Что ты собираешься делать?»
«Исправить то, что ты натворила» — сказал я.
«Но как же так, Итан!? — в искреннем недоумении воскликнула Лорна, — я не понимаю! Ты же этого хотел, хотел эту девочку. Вот она…»
«Закрой свою пасть!»
Мама нагнала меня внизу и преградила выход на улицу. В её ладони танцевал сгусток огня. Это был «предупреждающий
«Окей, давай, грохни меня! — зашипел я, — только оставь её в покое».
«Итан, прекрати, — потребовала Лорна, — давай поговорим как нормальные люди. Что ты задумал? Ты собираешься отнести её обратно к реке? А если вас кто-то увидит? Подумай, как это будет выглядеть со стороны! Я тебе запрещаю, ясно? Я же сделала это ради тебя!»
Она перегнула палку, и я не сдержался. Прежде мне и в голову бы не пришло использовать магию против мамы, но она не оставила мне выбора. Я отшвырнул её с дороги с помощью телекинеза.
«Не мешай мне, — бросил я, — иначе я убью тебя».
Лорна отстала.
Джуди проспала весь путь до острова. Когда я укладывал её на траве, её пальчики сжались на моих предплечьях, словно сквозь сон она пыталась уцепиться за ускользающее тепло. Я накрыл руку Джуд своей, и она расслабилась. Распластавшись на земле, окружённая разметавшимися волосами, она выглядела безмятежной и прекрасной. Словно она просто пришла сюда порисовать и задремала, уморённая полуденным зноем летнего дня.
Невозможно было устоять перед искушением и не прикоснуться губами к губам Джуди, пусть и всего на мгновение.
Увы, в этой сказке принцессу не разбудить украденным поцелуем, а любовь не превратит чудовище в человека. Но можно забрать с собой во тьму хоть что-то хорошее.
Я долго сидел подле Джуди, наблюдая, как она спит. Постепенно я успокоился, и меня перестало трясти, а в голове воцарилась пустота. Я твердо решил, что убью Лорну по возвращению в особняк. Не исключено, что у меня не получится, ведь мама всегда считалась самой сильной ведьмой на севере. Возможно, сдохнем мы оба, но так будет даже лучше.
Наконец Джуди зашевелилась и причмокнула губами. Её расфокусированный взгляд упёрся в меня. Она улыбнулась.
«Итан» — пробормотала она.
«Так это ты, Джудс? — с наигранным смешком откликнулся я, — я думал, что ты — волосатый муравейник».
«Ой, фу» — поморщилась она, села и принялась стряхивать с себя вездесущих насекомых, пустившихся изучать новый объект, оказавшийся в зоне их досягаемости. Джуд отвоевала у них одежду и занялась изгнанием поселенцев из своих волос. Обнаружив, что они распущены, она недоуменно подняла брови и торопливо смотала гриву в пучок.
«Ну, ты, конечно, придумала, — осудил я, — хоть бы что постелила, а не валялась на голой земле».
«Я не помню, как уснула» — сконфуженно призналась Джуди. У меня отлегло от сердца. Это именно то, что я рассчитывал услышать.
«Божечки, — она почесала затылок, — мне такой странный сон снился!»
Я насторожился.
«Да?»
«Мне приснилась миссис Уокер, — сказала Джуди, чуть нахмурившись, — она пришла сюда и позвала меня в гости! Мы пили с ней чай».
«А Шляпник и мышь Соня там тоже присутствовали?»