Дневник
Шрифт:
Лорна побаивается открыто заговаривать на эту тему, чтобы опять не разосраться со мной в пух и прах. Я уже придумал, что ей скажу: я не виноват — это всё гены. Со стороны Уокеров мне досталась магия, со стороны Шейна алкоголизм. И ничего тут не поделать.
Всяко лучше, чем правда.
Может, и на сей раз пронесёт?
Я сейчас не в состоянии совершить ещё один переход через зеркало. Это будет… ну всё, конец. Кровоизлияние в мозг или… не знаю… По той же причине и на самолёте лететь нельзя, там перегрузки и давление, а моей голове и так досталось.
Единственная разумная последовательность
Пойду, наверное, прогуляюсь до круглосуточной аптеки, может, там найдется что-нибудь, чтобы побыстрее привести себя «в порядок». Да и свежий воздух, надеюсь, поможет.
2006
29 января 2006.
Говорят, что никому не дано предвидеть грядущее, но бывают моменты сродни прозрению. Что-то подобное произошло со мной тем вечером, когда я сделал здесь последнюю запись.
Покидая «лабораторию», я зачем-то прихватил дневник с собой. Перед тем, как идти в аптеку, я заскочил в почтовый офис и успел в аккурат до его закрытия. Мне почему-то показалось, что нужно подстраховаться.
Сегодня забрал тетрадь, она дожидалась меня возле дома миссис Дэвис, именно там, куда я её и отправил. Не сделай я этого, дневник был бы предан огню.
Я сам сожгу его, но позднее. Пока он мне ещё нужен.
Вот, что случилось той ночью:
От свежего воздуха мне легче не стало. Я зашел в аптеку, и аккуратно, по стеночке, чтобы не грохнуться в обморок прямо на улице, пополз обратно в «лабораторию». Выглядел я, наверное, хуже последнего торчка, так что ко мне вполне могли привязаться копы, но меня поджидал кое-кто другой. Кое-кто, кто пахнет кладбищенскими розами, да и холоден, как могила.
Луиза, мать её, Ришар.
Она завела меня в какое-то кафе, затолкала за столик в самом дальнем его углу и всучила свою фляжку. Она сказала, что так нужно, что выпить кровь — лучший способ «заземлиться» в этом мире. Мерзость… несусветная, меня чуть не вывернуло этим пойлом. И все же оно помогло. Меня отпустило, но на время. Достаточно, чтобы мы смогли поговорить.
Разговор вышел не из приятных, но крайне познавательный.
Луиза ещё весной почуяла неладное, но не могла поймать меня за руку, потому что я всегда проворачивал свои трюки днём. Она терпеливо ждала, пока я утрачу бдительность и «проколюсь».
У неё особое чутье на «такие вещи», ведь она… не отсюда. Не из нашего мира.
Кое-что из домыслов про вампиров — чистая правда. Луиза сама подтвердила.
Она действительно пришла через зеркало из другого измерения. Она ещё помнит их историческую «родину», она — самая древняя из вампиров, остальные появились уже здесь. Их мир уничтожили какие-то монстры, только Луизе и удалось от них убежать. Луиза сама когда-то прокляла своих «детей», навсегда лишив отражений, чтобы уберечь от опасности, таящейся в зеркалах.
Она хранит эти знания и оберегает границы миров. Она следит, чтобы никто не открывал порталы, контролирует всех «путешественников». Оказывается,
Луиза вывалила на меня свою предысторию и принялась допрашивать, как вышло, что я оказался во всё это втянут. Откуда узнал, кто мне рассказал, как я додумался использовать кровь, в каких местах успел побывать.
Не привёл ли я на хвосте тех монстров?
Я был неспособен плести внятную ложь и честно во всём признался, умолчал только про Джуди. Но Луиза мне не поверила. Она почему-то решила, что был кто-то, наставлявший меня на этом пути. Она уверена, что тот, другой, несуществующий маг — корень всех бед.
Она сказала, что должна найти и «устранить» его. Меня, по-хорошему, тоже, но она не может так поступить, она «предана» Лорне и нашей семье. Потому Луиза попытается меня спасти. Всё зашло далеко, но ещё не поздно. Путешествия, конечно, оставляют некий отпечаток, травмируют тело, разум и личность, но на начальных этапах это ещё обратимо.
Я догадывался, что так, а Луиза только расставила всё по местам.
Не сказать, что она была зла, скорее испытывала недоумение и глубокую растерянность. Ей не сильно нравится всём этим заниматься, но выхода нет… Кроме неё больше некому. Впрочем, по её кукольному личику не поймешь, трудно распознавать эмоции. Всё-таки вампиры слишком от нас отличаются. По крайней мере, она казалась вполне дружелюбно настроенной и не пыталась перегрызть мне глотку.
Если бы она захотела, я уже был бы мёртв. Она только выглядит маленькой и хрупкой, в её тщедушном тельце таится невероятная мощь. Она легко сломала бы мне шею двумя пальцами. Я понял это, пока она волокла меня до кафе. Но я всё равно не смог бы оказать сопротивление в том своём состоянии. Не смог бы сбежать. Мне крупно повезло, что Луиза по-своему гуманна. Но… впутать Лорну — вот что было совсем негуманно.
Луиза заставила меня поесть, хотя кусок в горло не лез, мол, это тоже помогает «заземлиться». После она конвоировала меня обратно в «лабораторию», дожидаться прибытия Лорны. Мама вылетела первым же рейсом. Лу позвонила ей сразу, как засекла меня в Новом Орлеане.
Пока мы её ждали, Луиза с любопытством разглядывала «лабораторию». Она долго стояла у пробковой доски, но задала лишь один вопрос:
«Зачем?»
Я не смог ей ответить.
А потом явилась Лорна и устроила впечатляющее фаершоу. Она во всей красе продемонстрировала свои способности к пирокинезу. Квартира вспыхнула так, будто я хранил там бочки с порохом. Ничего не осталось. Всё выгорело дотла. Простые смертные будут думать, что ночью, пока никого не было, закоротило проводку. После урагана… такое случается.
Мы какое-то время провели в гостях у вампиров, после чего вернулись домой на поезде с кучей пересадок. Увы, я ещё не скоро смогу летать самолётом.
Я смутно помню те дни, мне было очень паршиво.
Моя «реабилитация» продолжалась и в Салеме.
Первые недели дома я валялся в постели. И нужно отдать Лорне должное — она сжалилась, отложила все нравоучения на потом, бросив все силы на то, чтобы помочь мне выкарабкаться. Она, наверное, даже в детстве обо мне так не заботилась. Всё время была рядом, поила какими-то зельями, меняла холодный компресс на лбу и утирала кровь, неустанно хлещущую из носа.