Длинные тени
Шрифт:
— А он вовсе и не нанимался, — угодливо объяснил самый говорливый из Оракулов. — Он с помощью магии собирался… упс!
Виг ненавязчиво наступил на болтуна и загнал его обратно в снег.
— Что ж вы, мэтр, людёв обижаете? — напрямик спросил Брык, продолжая играться кистенем.
— А мэтр вообще собирался сделать из дона Текило… оё-ей! — второй нефритовый крокодильчик вдруг оказался впаян в ледяной куб. Оба сыщика напряглись, и Виг наградил их искренней белозубой усмешкой. Своей, лиса
Грифон Рыжик, занятый тем, что деловито обнюхивал Ардена и Далию, совершенно случайно сбил кончиком львиного хвоста третью часть Тройного Оракула, и мотивы, по которым Виг согласился экспериментировать со злосчастным иберрецем, канули во тьму забвения.
Опять.
— Господа, с вами очень весело, но, может быть, зайдем в Башню, хотя бы согреемся? — предложила алхимичка.
— С какой стати я должен пускать в свой честно выстраданный дом всяких проходимцев? — осведомился иберрец.
Арден попробовал исправить адресованную ему формулировку, но воспитательница очень вовремя закрыла ему рот ладонью.
— Может быть, потому, что вы истинный джентльмен и не допустите, чтобы путешествующая дама и ребенок страдали от холода?
Текило придирчиво посмотрел на закутавшуюся в меховой плащ, изрядно разрумянившуюся после прогулки на морозе красавицу. А и в самом деле, почему бы не оказать любезность даме?
— Будешь внутри, — громко зашептал Фриолар, — нацеди для меня бутылку чернил. Те, что я успел захватить вчера, уже закончились. И как в таких условиях мы будем дорабатывать монографию? — он с тоской оглядел бесконечный заснеженный лес, окружавший теперь уже не-вигову Башню.
— Что будем делать? — шепотом спросил Клеорн у Далии.
Алхимичка устроилась на лестнице, ведущей на чердак. Сжимая большую кружку травяного отвара, Далия грела озябшие пальцы.
— Куда вы спрятали Крифиана? — вместо ответа спросила она.
— Вниз, в подвал. Хорошо, что нашелся нюртанговый браслет; теперь, даже когда он очнется, не сможет колдовать. Пусть пока посидит, чтоб не вмешивался. Так что мы будем делать?
— То есть? — уточнила Далия, дуя на исходящий паром напиток. — Вроде бы всё устроилось. Дон и мэтр сидят в гостиной, обсуждают, как будут распиливать Башню…
— Распиливать? — Клеорну показалось, что он ослышался.
— Ага. Сверху вниз, или поперек. Старикашка настаивает на втором варианте, иберрец, из принципа — на первом. Брык и Фри-Фри готовятся выступить свидетелями. Чует мое сердце, сбудется их желание…
— А его высочество?
Далия мигом отставила кружку, достала спрятанного в кармане юбки нефритового крокодильчика и принялась разматывать ленточку, которой была завязана его длинная зубастая пасть.
— Его высочество наследный принц Кавладора
— Уф, хвала богам, — успокоились сыщик и госпожа придворный алхимик.
— Курьезная зверушка, — улыбнулся Клеорн, принимая Оракула из рук Далии. — Только немного болтливая. Когда я был здесь в прошлый раз — летом, сопровождал ее высочество Ангелику и мэтра Фледеграна, — этот забавный артефактик сказал, что вы где-то рядом…
Всезнающий Оракул на именование его «забавным артефактиком» выдал усатому сыщику потрясающую крокодилью ухмылку.
— Если точнее, он сказал, что я ближе, чем вы думаете, — поправила алхимичка. — Между прочим, совершенная правда. Я тогда за гобеленом пряталась.
— Ишь ты, — поразился полезности магической вещицы сыщик. Потом напрягся: — А зачем вы прятались за гобеленом?
— Чтоб вы меня не нашли, разумеется! — поразилась чужой недогадливости Далия.
— Постойте… Но я половину лета провел, разыскивая тех похитителей, которые вас с госпожой Кордсдейл украли! А вы в это время были здесь?
— И вовсе нет. Мы много где были, в Ильсияре, в Хетмироше, в гробнице гиджа-пентийских царей…
— А в Луазе? — осторожно спросил сыщик.
— И в Луазе, — согласилась алхимичка, делая маленький глоточек.
Оракул услужливо объяснил:
— Инспектор Клеорн собирается спросить, не случилось ли вам, за время пребывания в Луазе, убить некоего Лека-Притворщика.
— Что?! — подскочила Далия. — Да вы… как… что… вы в своем уме, инспектор?
— Нет, у него мозги отказали по причине хронической влюбленности, — тут же отреагировал крокодильчик.
— Вот как? И в кого он влюблен? — тут же переключилась мэтресса.
Покрасневший, как вареный рак, сыщик попытался заткнуть разговорчивый артефакт. Тот многоопытно увернулся:
— Конечно же, в вас, ваша ученость!
— Ха, — только и смогла ответить алхимичка. — Несколько нелогично, но всё-таки приятно. Значит, именно из-за того, что он испытывает ко мне романтический интерес, он считает меня способной на преступление?
Прежде, чем нефритовый крокодильчик выдал еще одну тайну, Клеорн успел его перехватить и плотно сжать разговорчивую пасть.
— Позвольте заметить, что еще в начале нашего знакомства госпожа Кордсдейл поклялась: вы способны на всё. Вот я и подумал…
— Не делайте так больше, — попросила Далия. Нахмурилась, решая, стоит ли уточнять, чего именно не стоит делать сыщику — думать, подозревать или влюбляться. — Надеюсь, теперь-то вы понимаете, что я — человек мирный, уравновешенный, безобидный… Подумаешь, рассержусь на кого-нибудь из студентов и вылью на голову чернила, это ж ничего не значит.