Длань будущего
Шрифт:
А теперь представьте себе, нечто, с навыками старого опытного ловеласа (уж поверьте, рейнджеры знают толк, в сбрасывании "напряжения", особенно в компании с корсарами), которое заправили скипидаром энергетиком, опоили афродизиаком и окончательно вырубили критическое мышление (которое до этого было затуплено несколько дневным марафоном по постройке обороны... все эльдары в какой-то мере крайне увлекающееся натуры). Тут я еще раз поблагодарил всех богов, за то, что я, что Драйг нормальной ориентации.
В общем, просматривая свою память, я размышлял над тем, что приличный разумный
А дело было так:
– Вот, вроде приходит в себя, - сказала Курока.
– Как Широне?
– спросила участливо Лиса.
– Жива, яд нейтрализован его кровью, нанесенные ядом повреждение и саму кровь вывели "слезы", - ответила сереброволосая женщина, зашедшая в комнату в след за некоматой.
– Вот и славно, - ответила Лиса.
(18+ контент, не несущий сюжетного веса, можете мотать до конца флешбека, но я знаю, что вы, мои маленькие... этого не сделаете).
Я же аккуратно, немного пошатываясь, восстанавливал свое состояние активным прогоном энергии и заправился кровезаменителем из аптечки, вместе с несколькими таблетками для восстановление кровотока, и запив все это поданной мне горничной бутылкой воды.
– Хм, интересная реакция, - сказала сереброволосая.
– Мья, дорогой хочет награды за спасение? Кошечка готова её оплатить, - грудным голосом сказала Курока, выглядывая из-за плеча горничной.
Я же в этот момент пробовал собрать мозги в кучу. Собрал..., но не сказать что правильно, хотя она работало... Привычка же полагаться на опыт, когда мышление сбоит/отказывать привела к тому, что и случилось, ибо было у меня два шаблона действий. Для боя и для очередной попойки. Первый, понятное дело, применить было не к месту...
Схватив руку Куроки, я потянул её на себя, завалив как не ожидавшую такой подлянки горничную и Куроку на себя. Тем самым, создав своеобразный бутерброд, затем глубокий поцелуй серебровласки, а шаловливые ручки уже потянулись к Куроке, которая тоже приняла правила игры, будучи уже на взводе, нервное напряжение, видимо, требовало выхода, и начала ласкать доступную ей горничную.
Ясака никак на эти действия не реагировала, то ли просто, будучи шокированной, то ли её забавляла эта ситуация и предлога вмешаться не видела.
Учтя тот факт, что я, почему-то, был голым, заминка с моим раздеванием не возникла, лишить же кошку её и так полуодетого кимоно вышло совсем без проблем. Заминка возникла с горничной и довольно сложным платьем горничной европейского стиля, но Курока коготком быстро решила эту проблему.
Разорвав поцелуй с немного поплывшей от такого дикого обмена энергий (даже для меня, сильна чертовка), я поцеловал Куроку, руки же переключились на горничную и когда они достигли промежности, к своему удивлению я обнаружил уже царствующую там лапку Куроки, что вызвало только обмен понятливыми взглядами. Протяжный, глубокий стон от серебровласки подтвердил, что мы на верном пути.
Я переключился на расслабившуюся и получающую удовольствие от ласк горничную и опять её поцеловал. Затем поцеловал прелестные ушки, продолжил путь через шею к груди, которой
– Мья! Я тоже хочу, - простонала Курока, которой не давала покоя моя рука, уверено забавляющаяся то с её грудью, то с промежностью. И сменив позицию, заглотила мое копье, которое и привлекло внимание горничной с самого начала.
Серебровласка же была не в том состоянии, чтобы как-то реагировать на изменившую позицию кошку.
В ответ я сменил цель с груди горничной на промежность Куроки, чем вызвал одобрительный "Мяу!", но кошка решила не оставаться в долгу и сместив немного позицию, начавшей приходить в себя горничной, усадила её на мой шпиль, отчего оглушило даже меня, что уж говорить о серебровласке, которая совсем не ожидала такого поворота событий.
Но, тело помнило преподанные в Преисподней уроки и начало проводить поступательные движение, вызывая стоны сребровласки. Придя немного в себя, я продолжил прерванное действия с промежностью Куроки.
И в таком положении мы пробыли довольно долго, меняя со временем только амплитуду громкости стонов в сторону увеличения оных. Разве что в определенный момент горничная перешла из пассивного получения удовольствия к активному содействию, увеличивая темп поступательных движений и начав ласкать доступную ей мою грудь.
– Да!
– выкрикнул я, подбадривая её в действиях.
Спустя какое-то неопределенное время, мы вместе достигли пика, о чем свидетельствовал наш хоровой выкрик от удовольствия.
Но, останавливаться на этом я не собирался, потому перекинув девушек на кровать, я опять поцеловал серебровласку и вошел в предоставленную мне с этого направление киску.
– Да, ня!
– выкрикнула кошка и прийдя немного в себя, она пустила в ход свои шаловливые ручки с язычком к предоставленной промежности, с которой стекали "любовные соки", а её ножки, обхватившие меня за пояс, потребовали увеличить темп, что я с удовольствием сделал.
Пережив очередной пик, организм потребовал еще, опьяненный похотью разум был с ним согласен, но обе девушки были еще не готовы к следующему заходу, и тут в поле зрение попала раскрасневшаяся Ясака в немного приоткрытом кимоно, смотревшая все это время за нами. Я поманил лису к себе, и та после короткого размышление и слабого заклинания, отправленного в воздух, направилась ко мне, оставляя по пути части одежды, открывая обзор на прекрасно сложенное тело.
В этот раз, к шоку, вызванного обменом энергией при поцелуе я был готов, хотя это и заставило меня на мгновение сбить дыхание. Затем пошли взаимные ласки и в конце, не выдержав сладостной пытки, лиса повалила меня на кровать, где насадила себя на не расслабившийся за все время штык, с ходу задав немалый темп, который я поддержал.
После третьего круга с лисой, к нам присоединилась кошка, а на пятом горничная, что создало едва ли не бесперебойный конвейер сменявшихся поз, "взаимосвязей" и экспериментов в попытках доставить партнершам еще больше удовольствия.