Дивнариум
Шрифт:
— Давай сварим морсик, — предложил я. — Им с бодуна в самый раз будет.
— Да тут и на стакан не наберется!
— А мы малины добавим! Или черники, тут ягод — завались!
Главное — не перепутать, где что.
Мы собрали еще ягод. Малины там, земляники, кажется, попало даже немного волчьего лыка. Но в общем букете было незаметно.
Домой мы добирались не торопясь, рассудив, что пусть лучше погоней за орками хвастается Леголас, а не мы. У нас была другая миссия.
И еще я очень не хотел попасться
Ни та, ни другая надежда не оправдались. Матушка была на месте, король наш Трандуил был на месте, гости были на своих местах, ну и, конечно, Леголас с компанией. Такое впечатление, что никто не уходил и даже танцевать не собирался. Вино лилось рекой, поэтому на уши внимания не обращали. Ну это до поры до времени.
Мы воровато переглянулись и шмыгнули на кухню.
— Как-то скучно они гуляют, — ворчала Афадель, раздувая огонь и выбирая кастрюлю посимпатичнее. — Нет бы песни, пляски…
Тут в пиршественной зале как раз затянули "Гулял по Хараду мумак молодой", мы синхронно вздрогнули и принялись за приготовление антипохпельного и антиушного морсика. Надеюсь, никто не отравится…
Тогда матушки зададут нам перца! Я задумался над спряжением этого глагола в будущем времени множественного лица и едва не прозевал момент, когда зелье чуть не сбежало. За что и огреб подзатыльник от подруги. Одинокий дубовый листок плавно спланировал в дымящееся варево.
— Не испортит, — лаконично сказала она, проследив за ним взглядом.
— Теперь сколько ждать, пока остынет, — вздохнул я, опасаясь, что собрание протрезвеет быстрее, чем мы сумеем влить в них ухоуменьшающее средство.
— Иди на ледник за льдом, — решила Афадель. — Бери кусок побольше, чтоб быстрее остыло.
Я поплелся на ледник, спрятанный в самой глубине королевских подвалов. Афадель могла бы сбегать и сама, но ее праздничный наряд с пышнючей юбкой не очень вязался с подземельями. Насколько же проще с доспехами…
Когда я вернулся со льдом, на кухне нарисовалась сама владычица.
— А что это вы тут делаете? — добрым пьяным голосом спросила она.
— Понимаете, леди Галадриэль, — начал объяснять я, закрывая собой Афадель, старательно размешивающую лед в кастрюле с варевом, — у нас есть традиция. Каждый раз, когда у короля нашего Трандуила большой пир, он заканчивается чашей кисленького морса. Вот мы его и варим.
— Интересно, — пробормотала она и склонилась над кастрюлей. Одно из ее ушей свесилось так низко, что чуть не угодило в жидкость.
Я в ужасе замахал Афадели руками, потому что это было ее зелье, и Владычице явно не стоило его дегустировать.
— Простите, госпожа, оно еще не остыло, а в горячем виде нельзя различить всех нот малины, ежевики… что мы там еще собрали,
— Легкого аромата мяты и едва заметного вяжущего привкуса дубового листа, — подхватил я.
Владычица заслушалась. Афадель осторожно теснила ее к выходу.
— Сейчас мы остудим напиток, и вы сможете попробовать его… с толченым льдом, — нашлась Афадель. — Это коктейль такой. Очень модно в наших краях!
Галадриэль в дверях обернулась и послала нам воздушный поцелуй. Мы дружески осклабились в ответ.
— Пронесло, — сообщила мне Афадель, вытирая пот со лба. Мы посмотрели на кастрюли, в которых сейчас охлаждалась наша судьба.
— А где чье? — спросил я.
— Вон с листком дуба — твое, — не слишком уверенно сказала она.
— А волчье лыко мы в обе кастрюли клали, не помнишь?
— Я точно знаю, что вот это, с камышом — для удлинения, — твердо сказала Афадель. — Я все подряд гребла…
— Значит, для уменьшения — вот эта.
Не успел я произнести это, на кухне нарисовался наш знакомый лориэнец.
— Компот? — деловито спросил он и, подойдя к кастрюле Афадели, подцепил камышинку и потянул через нее ягодное варево.
— Уйди! — Афадель замахнулась на него половником.
— Да не бойся, на нем и проверим, — доброжелательно сказал я. В крайнем случае я всегда мог дать ему в тыкву, а потом списать потерю им памяти на столкновение с косяком в пьяном виде. Или с оленем, он нас поддержит, я думаю.
Мы проверили, пометили кастрюли условными знаками, чтобы наверняка, понаделали коктейля и пошли обносить им гостей. Каждый своих. В смысле, ушастых и наоборот. Матушка благосклонно улыбнулась мне, когда я подал бокал королю, а Афадель — Владычице. Слава Эру, даже в разбавленном льдом и вареном виде ягоды работали, и уши начали приходить в нормальное состояние…
Трандуил выпил свой бокал и неожиданно посмотрел на меня совершенно трезвыми глазами.
— Вот и от тебя есть польза. Пожалуй, я назначу тебя варщиком компота и составителем морсов на важных мероприятиях. Честно скажу, просили тебя в Лориэн отдать, но не могу.
Я похолодел, кажется, даже на ушах у меня выступил иней при мысли, что если бы не компот, ехал бы я через пару дней в Лориэн… А король продолжал:
— Жаль, конечно, упускать невесту, но мы тебе подыщем девушку в своих рядах…
Я похолодел вторично. Оказывается, в Лориэне меня ждала невеста!
— Рад… рад служить, — пробубнил я. Шок был настолько силен, что я готов был уже сам выпить афадельевого зелья, чтобы отвадить всех невест скопом. Но — повезло!
— Зато у нас тут невест достаточно, вот и к напарнице твоей наконец посватались, — добавил король, и Афадель вылила коктейль на Владыку Элронда. Тот, правда, уже пел в обнимку с Келеборном что-то вроде "Ой, балрог-балрог, не пожги меня…" и ничего не заметил.