Дивнариум

Измайлова Кира Алиевна

— Клюква, значит… — зловеще протянула подруга.

— Вот бы Саурону такую подсунуть, — мечтательно сказал я, поглаживая пострадавшие уши.

— У нас руки коротки, — фыркнула Афадель. — А вот если король заказывал клюкву… будет ему клюква!

— Ты что делаешь? — нахмурился я: подруга оторвала кусок подола и раздирала на мелкие тряпочки.

— Кусты помечаю, — сказала она со зверской улыбкой и принялась привязывать тряпочки на ветки. — Чтобы не перепутать…

— А где который? — спросил я, потому что уже запутался.

— Где три лоскута — тот удлиняющий. Где

один — укорачивающий, — пояснила она.

— Ага. А в корзинках где?

— Сейчас проверю, — сказала она и проверила. — Ага, вот это уменьшает… а это увеличивает.

Тут она посмотрела на меня со значением.

— Только уши, — с огорчением произнес я.

— Мне хватает, — сказала она гордо, выпячивая бронелифчик.

— А я бы не отказался увеличить.

— Пф-ф! — презрительно ответила она. — Тебе нужно, да.

— Спасибо, я знал, что ты меня ценишь. Королю только такого не скажи, обидится ведь.

— Почему короля должно обидеть упоминание размеров твоего…э-э-э… орудия? — изумилась она.

— Мое-то причем? — изумился я в ответ. — Я про его!

Мы переглянулись и начали хохотать.

Король наш Трандуил регулярно страдал от эротических поползновений Афадели. Правда, после достопамятного укура довести дело до конца ей еще ни разу не удалось, король был стоек и пуглив, но она не сдавалась. Я в нее верил.

Иногда даже воображал ее мачехой Леголаса. Было очень смешно!

Но упоминание достоинств Трандуила в негативном ключе свело бы эти поползновения на нет. Король был еще и обидчив, что правда, то правда.

Поэтому мы переглянулись еще раз и понесли добычу домой молча: и у болотных кочек есть уши.

— Так, эту корзинку прячем под кустом, — скомандовала Афадель, — а эту тащим королю.

Тут она плотоядно улыбнулась. Видимо, решила отомстить королю за все хорошее разом.

И мы потащили… Правда, недалеко. Я не сказал, но до болота с клюквой надо пройти Черный ручей, дубраву, за которой начинается настоящий классический урман… Вот за урманом в получасе ходьбы и лежит прекрасное клюквенное болото. И соответственно, в обратную сторону это все тоже нужно пройти. Не успели мы как следует ввинтиться в дубраву, как услышали дикие вопли, от которых кровь стынет в жилах, как принято говорить. Не знаю, у нас ничего не стыло. Мы-то знаем, что это орки. Более или мене редкая дубрава их не так пугала, как урман или густая чащоба вокруг Трандуилова дворца. Поэтому большой отряд орков с дикими воинственными криками выскочил на нас из-за кустов. Но мы же эльфы! Поэтому я изо всех сил запустил в них корзинкой, и мы с Афаделью легко взлетели на ближайший столетний дуб.

Орки вопили и потрясали ятаганами. Ну не станут же они дуб ими рубить, подумал я, а стреляют они паршиво, да и поди попади в нас в этой зелени! Я с интересом принялся наблюдать, как орки потрошат добычу. Афадель, опасно свесившись с толстого сука, высматривала татуированную шкуру поинтереснее. Таксидермистка доморощенная! Один гость из Ривенделла как-то к ней зашел, она лампу зажгла, а там абажур из орочьей шкуры… Так бедняга удрал впереди собственного визга! Там вытутаировано что-то вроде "Смерть эльфам, власть

оркам", если я правильно разобрал орочьи закорючки. Но они ничего, симпатично смотрятся…

Так вот, орки наткнулись на корзины, залопотали по-своему и решили перекусить. Мы-то никуда с дуба не денемся, а орлов поблизости я не наблюдал.

Вообще-то орки предпочитают шашлык, а не салатик, но чего не было, того не было. И они, демонстративно устроившись так, чтобы нам было лучше видно, с ужасающими гримасами стали пожирать горстями ягоды из корзинки (клюква, конечно, кислая).

Однако на халяву и уксус сладкий, так что орки, урча, пожирали собранный нами урожай. Мы с Афаделью, расположившись поудобнее, весело хохотали…

Орки пока не понимали, почему.

Нет, первый дорвавшийся до корзины, кажется, начал понимать. когда невзначай прикусил кусок собственного уха, свесившегося в результате нашего эксперимента ему до наплечника. Уши у него, кстати, тоже не стояли, просто собрат по несчастью!

Зато вот у одного молоденького орчонка (Афадель явно положила на него глаз, я ему заранее сочувствовал) уши стояли — только в путь! Длинные, упругие, красота!

Тем более орчонку клюквы не досталось — все сожрали его более старшие и достойнеы коллеги. Вернее, он подобрал одну или две ягодки, но каков был эффект!

Я заметил, что у орков уши вытягиваются гораздо длиннее, чем у нас. Самый главный (или наглый), жравший клюкву горстями, мог бы уже обмотать их вокруг шеи вместо шарфа. Над ним хохотали двое его дружков. У тех были покороче, но все равно можно было закидывать их за спину или там связывать узлом на затылке, чтоб в шею не дуло.

Внизу вновь раздались крики ярости — теперь уже, как я понял, по поводу ушей. Орки явно поняли, откуда им привалило счастье. Пора было сматываться.

Но как? Вокруг дуба росли только чахлые березки, Афадель еще могла бы на такую перепрыгнуть, а меня бы дерево не выдержало, я все-таки довольно массивный для эльфа.

Конечно, я мог остаться и отвлекать внимание, постреливая время от времени, пока она сбегает за подмогой, но это уж чересчур… Вот, скажет король наш Трандуил, даже за клюквой послать нельзя, чтобы в неприятности не влипли! Афадель тоже это понимала, потому что глубоко задумалась. Потом ее озарило.

Она передала мне свой лук и колчан, скинула тунику и спрыгнула вниз, я даже окликнуть ее не успел.

Орки тоже обалдели при виде такого богатства: начищенный бронелифчик сиял на солнце, искрились топазы и переливались жемчуга…

И тогда Афадель его сняла.

Орки обалдели вторично. Афадель сияла всеми своими достоинствами как начищенная кольчуга на солнце, и слепила им глаза.

— Вали девку! — заорал кто-то, но его затоптали свои же. Они сделали шаг, еще шаг…

И тогда Афадель бросилась на них с победным кличем!

И схватила первое, что ей подвернулось под руку. А подвернулись ей уши вожака орков.

Другой рукой она сгребла того самого орчонка и с неженской силой увлекла обоих в кусты.

Я зевнул и устроился поудобнее, потому как знал — это надолго. Уйти от Афадели смог покамест только король наш Трандуил.