Дивизион
Шрифт:
— Разрешите подумать?
— Конечно, но времени на размышление Вам, не более пяти минут, мы и так задержались.
Подойдя через пять минут, Коровин сказал:
— Я согласен, временно, перейти в подчинение командира дивизиона.
— Хорошо, а теперь расскажите, что же за склад Вы охраняете?
— Точно не знаю, вечером не успел осмотреть, а утром не до этого стало, а раньше на этом складе мы не стояли.
— Ну, пойдемте, посмотрим, сейчас в хозяйстве любая мелочь пригодится.
Мы вместе прошли на территорию склада. Часовые службу несли исправно.
Хотя
— Стой, кто идет?
— Начальник караула.
— Начальник караула ко мне, остальные на месте.
Коровин подходил к часовому, после его разрешения подходили и мы с Сорочаном.
Склад представлял из себя участок леса вдоль дороги, обнесенный колючей проволокой, закрепленной на стволах деревьев. Ровными рядами стояли штабеля деревянных ящиков разных размеров. По тому, как они были сложены, было видно, что это, во всяком случае, не артиллерийские боеприпасы. Изучение маркировок на ящиках подтвердило наши предположения. Это был склад стрелкового оружия и боеприпасов к нему. В одном штабеле лежали ящики с самозарядными винтовками СВТ-38, в другом — с автоматами ППД, в третьем — с пулеметами ДП. Отдельно стояли штабеля ящиков с патронами. Хранившимся здесь оружием можно было вооружить целый полк.
— Ваши бойцы вооружены винтовками Мосина, — уточнил я у Коровина.
— Да и по десять патронов на каждого, точнее, осталось штук по пять на винтовку.
— Как обращаться с ППД знаете?
— На занятиях изучал разборку и сборку, но опыта стрельбы нет.
— Вскрывайте ящики с ППД и патронами к ним. Вооружите ими караул. У каждого должно быть по два снаряженных диска с собой и по сотне патронов в запасе. Если необходимо, проведите занятия по изучению оружия. Используйте отдыхающие смены и пять моих бойцов.
— Разве мы имеем право, распоряжаться этим имуществом? Ведь не было никакого приказа!
— Товарищ младший лейтенант. Если Вы не поняли, началась война! Фашистская Германия напала на СССР! По законам военного времени Вы обязаны выполнять приказы старших по званию. Вы что думаете, если на Вас нападет более крупная группа немецких диверсантов, вы с трехлинейками сможете от них отбиться? Да они передушат Вас как котят! Тем более, что я не предлагаю вам разбазаривать оружие, а приказываю усилить огневую мощь Вашего караула. Кто в карауле умеет работать с пулеметом?
— Я и еще два человека.
— Тогда соберите пять пулеметов ДП, снарядите по три диска. По периметру отройте стрелковые ячейки, возле ворот установите пулеметы, Вы со своим будете резервом. В ячейках создать запас патронов.
В это время мы подошли к ящикам с гранатами.
— Раздайте по пять гранат и по десятку выложите в каждой ячейке. На перевооружение Вам — один час, ячейки должны быть готовы через два часа. Все понятно? Вопросы есть?
— Все понятно, вопросов нет.
— Отдавайте необходимые распоряжения и подходите ко мне, поработаем с картой. Выполняйте!
— Есть!
— Сорочан, выдели пять человек в помощь караулу, броник разверните, на расстоянии пятьсот метров на
— Есть!
Отдав распоряжения, я сел на ящик и достав карту, стал ждать Коровина.
Эти склады не давали мне покоя. Для чего их здесь разместили? Ведь если есть стрелковое оружие, могут бать и артиллерийские склады, склады с горючим, продовольствием! Но почему почти у границы? И тут я вспомнил! Незадолго до отъезда, по совету Абросимова, я купил книгу воспоминаний генерал- майора Петрова, который начинал войну как раз в этих местах. Дивизион, в котором он был старшим на батарее, стоял под Владимиром — Волынским. Эта книга сейчас лежала в моем чемодане у старшины дивизиона. В ней описывались предвоенные дни и первые месяцы войны. Там то я и читал, что по планам советского командования, после объявления Германией войны и проведения мобилизации, именно в эти районы должны были прибывать части для получения вооружения, боеприпасов и техники. Неожиданное нападение без объявления войны, перечеркнуло все эти планы, но на наше счастье, склады остались.
Подошедший Коровин доложил, что оружие подготовлено и роздано бойцам,
Короткие занятия по обращения с ППД проведены, ячейки откапываются, к сроку будут готовы. Пригласив его подойти ближе, я развернул на ящике карту и попросил показать, где еще находятся склады. Поизучав минут пять карту, он стал указывать места, делая привязку к населенным пунктам.
— Более точно сказать не могу, на Вашей карте нет тех дорог, по которым обычно нас возили.
Отметив предполагаемые районы на карте, я пошел к БТРу доложиться по радио в дивизион. Вызвав «Гвоздику», попросил пригласить к рации «Первого». Минут через пять из наушника послышался голос Абросимова,
— Первый на связи, докладывайте.
Как мог кратко, я доложил о складе, о предполагаемых местах нахождения других складов, о том, что караул склада подтверждает, что сегодня 22 июня 1941 года.
Сказал и о книге Петрова и о своих выводах.
Через пару минут, необходимых чтобы разложить карту, я стал диктовать координаты складов. По окончании, он дал команду ждать дальнейших распоряжений.
Выбравшись из БТРа, я присел на пустой ящик от патронов, установленный расторопными разведчиками под деревом, на манер скамеечки.
Ко мне подошел Коровин.
— Товарищ лейтенант, разрешите обратиться?
— Присаживайтесь, товарищ младший лейтенант, — указал я ему на соседний ящик — какие будут вопросы?
— У вас отличное оружие, зачем вы берете себе еще и ППД?
— Хороша наша Маша, но на нее мало патронов! — усмехнулся я. — Мы ведь не на войну ехали, у нас опытные образцы и наших патронов нам хватит минут на пять хорошего боя. Вы тоже патроны экономьте, хоть у вас здесь их ящики, но война только начинается, а подвоза уже не будет.