Диверсант
Шрифт:
– Я знаю, что делаю, и на что иду, любимый, тоже, - изобразила натянутую улыбку напарница, вколов между делом и себе какой-то препарат, иначе бы у неё не распухли губы, а с ними грудь и ниже кое-что ещё.
Теперь её с мужем не узнают и завсегдатаи столовой при гостинице. Именно туда с данной целью и спустились они. При этом напарница установила сенсорную защиту на полумаску, столь живописно слившуюся с её очертаниями лица, что не было видно подвоха даже с близкого расстояния. Разумеется, пока не прикоснёшься. Но и изображать
Как ни было удивительно, всё та же семейка туристов с детьми занимала свой столик, и прочие персонажи находились там же - на своих местах. Поменялись исключительно молодожёны в лице заросшего мужика и фривольной особы, следовавшей при нём рука об руку.
– Эй, красавица! Номерок коммуникатора не оставишь?
– зацепил её вчерашний подстрекатель.
– А лучше сразу оставь ключ от номера гостиницы! Ага... ха-ха...
– А у тебя кредитов не хватит на меня? Я дорогая штучка - не всякому по карману, - повела себя иначе спутница землянина.
– Или по зубам, - присовокупил её муженёк, больше подобный на сутенёра при сотруднице кортежа.
– Дорогой, ты куда смотришь?
– раздался голос туристки.
– А, что! Ты мне, любимая?
– опомнился отец семейства с небольшим опозданием.
– Я говорю: мы уходим. Завтрак окончен.
– Уже! Так быстро?
– Ты куда смотришь, дорогой?
– На тебя, любимая, и детей, - спохватился турист.
– Что-то не заметила.
– Я тоже, - встала дочь на сторону матери - поначалу, а потом вдруг выдала: - И хочу стать такой, как та тётя, мама.
– А почему не как я, доча?
– растерялась хранительница семейного очага.
– И я...
– Малыш! Ты хочешь стать женщиной?
– рухнула мать обратно на стул, едва встав из-за стола.
– Нет, я хочу, чтобы у меня была жена похожа на ту тётю, а не на тебя, мама, - озадачил её ещё больше ребёнок.
– Но что тебя привлекло в ней?!
– опешила мать, приходя в себя от шока.
– То же что и папу с Алиской, мама.
– Всё, никаких больше экскурсий! Хватит с меня курортной жизни на Луне, семья! Мы летим домой - сегодня же!
Хранительница семейного очага демонстративно встала во второй раз из-за стола и ушла, правда, в гордом одиночестве. Её демарша никто из числа постояльцев столовки не заметил, впрочем, и в лице родных - детей и мужа, - так как все смотрели на Нору.
– Не понимаю, чем им всем нравятся такие дуры, каковую изображаю я, любимый?
–
– И ты туда же, Юг.
– Прости, дорогая. Разве мы не женаты?
– напомнил он ей не только об этом, но ещё и об отсутствии женского общества на протяжении двадцати с лишним лет.
– Я в первый и последний раз вводила себе имплант «Силикон». Чтобы ещё - ни в жизни.
– Что-то не так? Отвлекают пристальные взгляды, дорогая?
– придвинулся к ней ближе Юрий, шепча на ухо.
– Да нет, просто меня заносит, и даже не на поворотах, а когда прямо иду, - пояснила всю подоплёку напарница.
– Что именно заносит?
– То, на что ты пялишься, дорогой, как и прочие в этом зале - непомерный зад и такие же точно груди у меня. Да и говорить неудобно, губы, кажется, отвисают, - как ни пыталась втянуть их в себя и закусить Нора, а они и дальше выворачивались наружу.
– Ничего, отрицательный опыт - тоже опыт, и не менее полезный, как положительный, - подмигнул Юрий.
– Смейся-смейся, любимый. Я посмотрю на тебя, когда у тебя тоже кое-что оттопырится, - выставила белоснежные зубы напоказ губашлёпка.
– Ты зачем это сделала? И что за имплант ввела мне в организм?
– скользнул взгляд Юрия вниз.
– Не помню, кажется, Виагра назывался, - улыбнулась Нора.
– Решила проверить и...
– Сколько срок действия у него, до-ро-гая-а-а...
– шептал натужно муженёк.
– Ты же псион - должен справляться с любыми проявлениями эмоционального фона на внешние факторы воздействия, - соблазнительно-сексуальным голосом произнесла напарница.
– Да, но не в отношении инъекций, - сглотнул Юрий.
– Старая школа. В новой, мы уже проходим это. Тебе тоже придётся учиться всему, что прошла я, но на ходу, - взглянула на таймер жёнушка, озадачив не меньше прежнего.
– Через час у нас собеседование. Тебе придётся произвести эффект на членов комиссии.
– И поэтому ты специально заставила меня надеть тесные и узкие брюки?
– догадался Юрий.
– Чего изволят, гости дорогие?
– появился у столика официант.
В прошлый раз Юрий так его и не дождался. Сейчас же он пулей примчался к ним, охаживая Нору.
– Чего-нибудь вкусненького и сладенького, - пролепетала сквозь надутые губы напарница, и официант умчался, слыша вдогонку возмущение её спутника за столиком.
– Ты испортишь себе фигуру сладким, Пупся. И потом, я не ем его - не забыла? И ты тоже...