Диверсант
Шрифт:
– Это ты мне, любимый?
– Соседу, - пояснил он Норе, а также: - Меня хотят усыпить, дорогая.
– Не беспокойся, я первой заступаю на дежурство. Потом ты, когда подойдёт к концу моя смена, - заверила спутница.
– А после? Если я не ошибаюсь, до Марса намечено три дежурства, - напомнил Юрий.
– Думаю, в третью смену дежурства мы с тобой будем бодрствовать вместе, любимый, - сладким голосом пропела Нора.
Делать
После лёгкого шипения, он опять вернулся к будоражившим его мозг мыслям о дочери Чувствуя сейчас то же самое, что и она, ему казалось: он принимает участие в полёте первого экипажа космолёта «Марс-5».
На миг даже показалось: проник сквозь время и пространство. Как вдруг заработала аварийная система. Или нет? Он очнулся.
– Ваш выход, В.Ю. Панарин. Пришло время заступать на дежурство!
Нововведение порадовало. Если раньше на борту космолёта бодрствовали исключительно пилот и медик в паре, то отныне к ним добавился блюститель порядка.
Юрию надлежало пройти в бокс для общего слежения за внутренними отсеками корабля, тогда как за обшивкой извне и космическим пространством уже пилоту.
– Охранник 3-го класса Панарин заступил на дежурство, капитан, - доложил согласно предписанию и принятому на корабле уставу дежурный.
– Хм, Панарин, говоришь, - отозвались с рубки управления.
– А ты часом не родственник одного из капитанов, доставлявших первую группу колонистов на Марс?
– Это имеет какое-то отношение к работе и обеспечению безопасности корабля, капитан?
– мгновенно осадил его Юрий.
– Нет. Просто полюбопытствовал - не более того, - пояснил пилот, предпочтя продолжить общение с медиком. Но и там вместо женщины оказался мужчина.
– Что за смена!
В его случае следовало озаботиться показаниями приборов, хотя курс был проложен идеально и без видимых траекторий пересечения с космическими телами, как естественного, так и искусственного происхождения. Притом, что с Луны одновременно с ними вышло в космос более десятка судов различных модификаций, так и следовавших на посадку и далее с Земли в открытый космос. При этом с принадлежностью к различным содружествам и торговым компаниям. Хотя одна отпечаталась в памяти с маркировкой «Ассорциум». Его курс пролегал в непосредственной близости и шёл параллельно с ними. Но они вроде бы намеревались углубиться в пояс астероидов с некоей рискованной миссией. Ведь возвращались оттуда не все экипажи и не всегда. А если кому и удавалось вернуться, то байки ходили разные, и больше туда экипажи не отправлялись ни разу ни за какие увещевания и баснословные гонорары.
Юрий также определил наличие по соседству торгового крейсера, который мог дать фору любому боевому кораблю. Но угрозы от тамошнего экипажа не исходило. Хотя не мешало разобраться в причине их
Наудачу, иначе и не скажешь, дежурный пилот с крейсера, принадлежащего флоту «Ассорциума», вышел на связь с пилотом марсиан, и Юрий услышал всё, о чём они говорили.
В основном асы желали друг другу мягкой посадки, и прочего в том же духе. А также сосед невзначай уточнил: можно ли будет по возвращении, заглянуть к ним на базу.
Этого уже капитан марсиан обещать не мог, так как космолёт под его управлением, после суточного по земному времени пребывания на Марсе должен был вернуться на Луну и, скорее всего, доставить очередной груз в виде людского ресурса со спутника Земли на красную планету. Баз-то по Марсу построили больше десятка, а ни одну не заполнили обслугой по максимуму - исключительно техниками, следящими за комплексными «колпаками», и отвечающими за их исправность. Будь иначе, никто бы не отважился на тотальное заселение планеты. В итоге за первый год эксплуатации планету намеревались заселить представители различных стран и корпораций.
О чём и заявил открыто представитель «Ассорциума».
– Значит, встретимся ещё не раз в космосе, капитан, как и на Марсе. А то можно и на Луне. Ты где там обитаешь, в каком секторе?
– Бэта.
– А я на Альфе. Кстати, у меня груз, откуда сам.
– А у меня с Гаммы.
– Хорошо, что не с Омеги...
Пилоты рассмеялись в открытом эфире. Юрию это не нравилось, он чувствовал подвох, и то, что капитан из «Ассорциума» при обычной беседе, запрещённой, кстати, уставом, с оппонентом, столь незатейливым образом вызнаёт необходимую ему информацию, как правило, являющуюся коммерческой тайной. Поэтому и нарушил внешнюю связь.
– Что происходит, Панарин?
– возмутился пилот.
– Охрана, ответь! У нас работает хотя бы внутренняя связь на борту?
– Да. Сейчас проверю, - подтвердил дежурный по боксу блюстителей порядка.
– И если обнаружу неполадки - устраню.
– Давай, я на тебя надеюсь, Панарин. У нас не так уж и много времени осталось до окончания смены, - не желал пилот передавать управление космолётом в неисправном виде сменщику. Ведь без внешней связи никуда, и впоследствии чревато внештатной ситуацией, как при посадке с взлётом, так и во время всего полёта в космосе.
Вернув всё на свои места и наладив внешнюю связь, Юрий обнаружил: теперь её глушат с крейсера «Ассорциума».
Прильнув к иллюминатору по борту, он заметил: курсы космолёта с «Ковчегом» начинают сближаться. И кто приближался к кому - было очевидно даже невооружённым взглядом.
– Мне это не нравится, охрана! Очень не нравится!
– потревожил его вновь пилот.
– Мне тоже, капитан. Похоже, соседи и глушат нам внешнюю связь.