Дитя Пророчества

Сыч Кира Васильевна

— Устала, Фукуро? — наконец негромко спросил тифлинг, глядя в огонь.

Канни недовольно шевельнулась и что-то пробурчала.

— Мы, конечно, уже не спросим госпожу Алианну, почему она назвала дочь именно так. — задумчиво проговорил Гаррик, глядя на Хаэр’Далиса. — Но ты-то почему прозвал ее совой, что и означает на языке ее соплеменников слово «фукуро». Как случилось такое удивительное совпадение?

— Вероятно, на поверхностном уровне я увидел в ней то же, что несколько десятилетий назад подметила ее мать. — пожал плечами полудемон. — Желтые глаза, хорошо

ориентируется ночью… легко приручается. — он игриво погладил девушку по голове, и Канни не удержалась от улыбки.

— Я теперь не знаю, что и думать. — пожаловалась она. — Сначала я узнаю о своем отце. Потом превращаюсь в аватар. Теперь даже мое имя оказалось не моим! Боюсь представить, что нас ждет за следующим поворотом. Выяснится, что моя матушка была горным троллем?

Барды прыснули от смеха, игнорируя строгий взгляд Аномена, с осуждением слушавшего всех троих. Налия, казалось, была где-то глубоко в своих мыслях. Имоен же печально кивнула головой.

— А как же тогда на самом деле зовут меня? — спросила она, и ее собеседники смущенно замолчали. — Теперь я знаю, кем был мой отец. Но кто откроет мне хотя бы имя моей матери? Горайон мертв, и каковы шансы, что мы так же натолкнемся на моих родных, как вышло у тебя с генералом Совалидаасом?

Канни сочувственно опустила глаза. Имоен же казалась еще более расстроенной, чем в начале разговора.

— И в какого демона я превращусь, если мы вскоре не найдем Бодхи? — уже с отчаянием спросила она.

Немного ранее Канни, сама, впрочем, не находя нужных слов, попросила бардов предупредить остальных о своих сложностях с аватаром — на случай неприятных неожиданностей, возможных во время ночевок вне помещений.

— Увы, нам, по крайней мере сейчас, действительно некого расспрашивать. — успокоительно произнес Гаррик. — Но я тебе обещаю, мы найдем Бодхи, и ты не станешь демоном. Хватит с нас и этой парочки. — шутливо добавил он, поглядывая на тифлингов.

Имоен с благодарностью улыбнулась юноше.

Спустя еще 16 часов, друзья притащили усталые ноги в одну из наиболее приличных таверн славной Аскатлы. Стояла глубокая, тихая ночь. За последний день группе не повстречался даже какой-нибудь захудалый гоблин. Казалось, сама природа затаилась в ожидании неминуемой развязки, которую друзья рассчитывали встретить в уже знакомых им катакомбах под городским кладбищем.

* * *

В склепах царила полнейшая тишина и непроглядный мрак. Гильдия Бодхи так и не оправилась от последней встречи с Канни и ее друзьями. Они тщательно осмотрели комнату за комнатой, уделив отдельное внимание саркофагам, впрочем, пустым и явно покинутым уже давно. Ни засад, ни даже самых простых ловушек. Ничего.

— Либо мы и впрямь не там ищем, либо… — задумалась Канни, направляясь к лестнице, ведущей на нижний уровень. — Что она замышляет? Не верю я, что такого противника можно застать врасплох.

— Полагаю, своих последних сподвижников они израсходовали на тебя во время ритуала. — с легкой усмешкой предположил Хаэр’Далис. — Так что ей ничего не остается, как практически

в одиночку ожидать нашего прибытия.

— Или она до сих пор не принимает тебя всерьез? — добавил Гаррик. — Что звучит не слишком-то мудро, учитывая, что она видела в вашу последнюю встречу.

— Она здесь. — тихо и уверенно произнесла Имоен, наклоняясь, чтобы разоружить мелкую ловушку на верхних ступенях лестницы. — Я чувствую близость своей души.

— Если один из результатов того премилого ритуала — формирование подобной связи… так это вполне удобно. — тут же заметил тифлинг. — Не пройдем мимо, когда кто-то из таких искусственно сотворенных родичей будет прятаться от нас в сундуке.

Канни тихонько захихикала. Аномен же, строго покачав головой, резким движением распахнул дверь склепа и шагнул внутрь, подняв перед собой щит.

Этот склеп действительно ничуть не изменился с их последнего посещения. Изменились, к добру ли к худу ли, действующие лица разворачивавшейся в нем драмы. Изменилось подземелье. Повинуясь течению времени, изменился сам лик Фаэруна. Но склеп остался прежним, безмолвно ожидая надвигающейся развязки. Кровавый фонтан в центре зала негромко гудел, лучась магической энергией. Саркофаг был открыт, и Бодхи, положив в него что-то, с ненатуральной улыбкой сделала шаг навстречу своим заклятым врагам.

— Здесь все и закончится. — проговорила она почти любезно. — Вы ведь так старались найти меня, правда? Хотя, я не очень-то пряталась. — ее улыбка стала шире, однако головорез уловила тень волнения в серебристых глазах нежити.

— А ты ждала, что я тихонько лягу и умру? — с яростью зашипела обычно столь легкомысленная и солнечная Имоен, изрядно удивив этим своих спутников. — Я пришла за своей душой. И уйду отсюда с ней!

— Можешь попытаться. — пренебрежительно бросила вампир и отвернулась. — Мы слишком многое вложили в подготовку своей мести, чтобы нам могла помешать какая-то смертная.

Имоен, а с ней и Налия, вскинули свои луки, но Канни успела подать им предупредительный знак. Она еще надеялась пролить сколько возможно света на планы, а с ними и дальнейшие действия Айреникуса.

— Даже если на минутку забыть о том, что сделали вы непосредственно нашей команде. — разгадав мысль подруги, тут же вступил в игру Хаэр’Далис. — Ваши действия поставили под угрозу целый город!

— Следовало догадаться, что вы связались с эльфами. — рассмеялась Бодхи, подходя ближе.

Имоен инстинктивно отступила, словно перед ней вдруг выпрыгнул ядовитый паук.

— Для вас это так типично! — продолжала тем временем вампир. — Сначала Теневые Воры, теперь жители лесного города. Может быть, вам жизненно необходимо, чтобы вами кто-то манипулировал? Что они сказали вам? Что мы чужие, возможно, бандиты с большой дороги, напавшие на их драгоценный мирок из жажды наживы? Они сгорают от стыда из-за нашей с ними связи. Как же этим высокомерным выродкам смириться с мыслью, что мы с братом — из их числа?

Эффекта, на который она рассчитывала, ее слова однако не произвели.