Дитя платонической любви
Шрифт:
– Юленька, – грудным голосом назидательно проговорила Сонечка. – Я для тебя психолог. Не надо меня крысой!
Юлька презрительно вздернула губу.
– Да я потом поняла, какой ты психолог! Между прочим, кто сейчас говорил, что я идиотка? Я же все слышала! Мы же все за дверью стояли! Вон, тетка какая-то даже на магнитофон записывает, хочет в газету отправить! Я слышала, только молчала, чтобы тебя не спугнуть! И между прочим, еще неизвестно, кто на кого работал! Я уже давно догадалась, что из тебя, Сонечка, психолог, как из Дуси – Гюльчетай! Ты же все время только о Филине и выспрашивала!
– Да конечно не буду! И с травой еще! – взвился Дуся. – Вот так не ждешь, не гадаешь, а помоями напоят! А ты тоже! Чего молчала-то?
– Да! Чего молчала, если все понимала? – скривилась Сонечка.
– А того! Зачем говорить-то? Ты за меня всю работу сделала! И тетку эту беременную утащила, и ребенка куда-то дела, а мне оставалось только очаровывать Евдокима. Правда, потом я струхнула. Вижу – из тебя такая активность поперла! Ну, думаю, точно – узнает телефон Филина и сама будет названивать. И кто знает – вдруг и в самом деле у тебя что-то там от психолога есть. Как пить дать, уведешь этого лопуха из-под самого носа. Вот и пришлось уговорить Дусю куда-нибудь уехать, чтобы с вами не встретился.
– Так я ж не уговорился!
– Нет! Но ведь уехал!
– Так… подожди-ка, это ты, что ли, звонила? – вытаращился Дуся.
– Нет, это не я, это папенька мой. Он мне и идею подсказал. Достал уже! Каждый вечер: «Когда к миллионеру съедешь?» Ну я ему и объяснила ситуацию. А он сразу и выдал – надо, говорит, его матушку напугать, тогда она мигом его увезет. И сам позвонить вызвался. А потом… она и увезла тебя. Только я не поняла – отчего ты так рано с дачи той сбежал?
– Не твое дело! – рявкнул Дуся и тяжко вздохнул. – Ой-ой! Как все запущено… Они на меня прям как на кабана сети ставили! Прям целыми династиями! Ну прям если красивым уродился, так хоть удавись, а житья не будет…
Девчонки хором прыснули.
– Простите, – нервно вмешался парень-милиционер. – Вы чего-то тут говорите, говорите между собой! Давайте вместе смеяться!
– Только попробуй, – окрысился Дуся.
– Нет, давайте все же разберемся, – настаивал тот. – Вот вы здесь сказали, что убили какую-то Радько! Кто это такая и за что ее убили?
– Радько – это та девушка, из-за которой заварилась каша.
– Которая от вас ребенка родила?
– Это она так сказала. Не мой это ребенок.
Сонечка уронила сигарету.
– Как… Дуся, не говори глупости! Как это не твой?!
– А вот так! Девчонка дружила с парнем, они хотели пожениться, а потом она его застукала с другой, ну и решила ему отомстить, дескать, ты мне рога наставлял, так я тебе еще раньше – ребенок и не от тебя вовсе! Она вообще хотела от дочки отказаться.
– То есть даром, что ли? – все больше раскрывались глаза у Сонечки. – Сначала, значит, хотела ребенка государству подарить, а потом мне такую цену навинтила?! Ну вот что за люди, а?! Только я не поняла – ты-то тут при чем? Почему она тебя в отцы выбрала? Зачем? Хотя не отвечай! Глупее Филина орлов не
– И совсем не поэтому, – обиделся Дуся. – Просто она боялась, что ее стыдить будут, заклеймят позором, что она ребенка оставляет… если бы нашли. А чтобы ее не разыскивали да не стыдили, ляпнула, что девочка – моя. Дескать, работники роддома либо мне ее втюхают, либо пристроят куда-нибудь, без шума и крика. Поэтому, когда ты, Сонечка, предложила девочку купить, Радько обрадовалась до безобразия.
– Вот гадина, а? – прищурилась Сонечка. – А если бы я купила? А ты бы ее на экспертизу? Вот и верь после этого людям!
– Подождите, а дальше что? – перебил парень. – Что с Радько-то?
– А дальше наши дамы любезно сообщают ей о состоянии моего банковского счета, и девушка понимает, что у нее в руках просто ларец с бриллиантами, то есть я. Естественно, она звонит тебе, Сонечка, и набавляет цену, она уже поняла что к чему.
– Так… так… а зачем мне не твой ребенок?
– Но она же тебе не говорит, что девочка не моя! И потом, она специально такую цену назвала, чтобы ты отказалась, ей удобнее меня пожизненно шантажировать. Но, Софья, с твоей легкой руки ее похищают. Однако ей удается бежать. Девчонка уже понимает, куда вляпалась, поэтому прячется. Но деньги берут верх. Она и тут не хочет упустить копейку.
– Какая жадная девочка, – покачала головой Сонечка, начисто забыв, что вытворяла ради денег сама. – А как она не хочет?
– Ирина Радько прибегает к подруге – Дине Поповой, прячется у нее и рассказывает, что с этой компании торговцев можно содрать солидный куш. Наверняка предложила шантажировать. Возможно, девушки спорили, наверное, Дина не соглашалась… Ты, парень, зря строчишь, это же я так… рассуждаю. Развиваю версию.
– А я думаю – откуда он все знает! – обрадовался милиционер. – Но ничего, ничего, развивайте, фантазируйте. А мы потом допросим свидетелей.
– Потом! Кого можно, я уже и сам допросил, а кого нельзя, и ты не допросишь. И, как мне кажется, Дина Попова…
– Это кто такая?
– Ну чем ты слушаешь?! Я же говорил – подруга Ирины Радько! Короче, потом эта подруга, а она такая честная вся была, справедливая, книжки правильные читала, короче, скорее всего она не поверила и понеслась убедиться собственными глазами – есть ли такая организация и правда ли, что она торгует людьми. Не знаю, добежала или нет, но девушку убрали – устроили ей передозировку. Ну а следом за Поповой выследили и Радько. Примерно так все и было. Кстати, допросите хорошенько Софью, пусть она вам расскажет, как на ту группировку выйти, ну на торгашей-то! Их же взять нужно! – попутно распоряжался Дуся.
Парень даже покраснел от недоверия.
– Обижаете! Ясное дело!
– Дело-то ясное…Только одно не ясно – где девочка?
– Будем искать, – равнодушно пообещал парень и зычно гаркнул. – Граждане! Все становитесь в очередь на допрос! Чем раньше вас допросят, тем быстрее наступит утро!.. Тьфу ты! Тем быстрее домой пойдете, а то утро уже!
Граждане повели себя несознательно – через различные двери спешно покинули коттедж так, что никто и не заметил.
– Следующий! – важно крикнул парень и достал новый, мятый листок. – Я сказал – следующий!