Дитя каприза
Шрифт:
– Да.
– И когда же настанет великий день?
– Через две недели в Кэкстон-Холле.
– Я приглашен?
– А ты как думаешь? Если Хьюго не предложит тебе быть его шафером, то тебе придется быть моим посаженным отцом и отдать меня ему.
– Отдать тебя, дорогая? О, понимаю, это, разумеется, шутка. Ты ведь никогда не была моей, чтобы я мог отдать тебя.
Когда они появились на ступенях Кэкстон-Холла – известный американский модельер и прекрасная манекенщица, журналисты были уже тут как тут. Фотовспышки взрывались вокруг них бенгальскими огнями, и толпы людей, никогда не слышавшие ни о Хьюго
Все единодушно признали, что невеста просто великолепна. Даже, по правде говоря, слишком хороша для мужчины с такой заурядной внешностью. Пола на мгновение остановилась, красивая и взволнованная, в платье и пальто из шелка цвета слоновой кости и нарядной широкополой шляпе, опираясь на руку новобрачного. Потом повернулась и бросила свой букет из кремовых орхидей прямо в руки девушки в синем пальто и маленькой круглой шляпке с вуалеткой.
Салли поймала его – и с букетом в руках почувствовала, как это бывало много раз прежде, что к ней перешла частица великолепия Полы.
Сунув носик в букет, она закрыла глаза и загадала желание. Она желала себе, чтобы когда-нибудь ей тоже дарили подарки, которые сыпались на Полу без всяких усилий с ее стороны. Чтобы она была такой же красивой и счастливой, чтобы в ее честь тоже устраивались празднества и чтобы все это принадлежало ей по праву, а не было лишь отражением счастья ее сестры. Салли пожелала себе, чтобы когда-нибудь ей удалось выбраться на передний план из тени, отбрасываемой Полой. Но, загадывая все это, она и понятия не имела, как дорого ей придется заплатить за исполнение своих желаний.
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
Салли страшно не хватало Полы. Вскоре новизна ощущения, что она теперь единоличная хозяйка комнаты, стала проходить, и девушка осознала, как сильно нуждалась в Поле. Конечно, было очень удобно располагать всем шкафом для одежды, приятно иметь в своем распоряжении весь диван-кровать и не просыпаться оттого, что тебя столкнули на самый край или стянули с тебя одеяло. Чудесно, когда тебя дома не ждала гора грязных кофейных чашек и переполненные окурками пепельницы, которые приходилось собирать по всей комнате, чтобы вымыть. Но в этом порядке было что-то унылое, и Салли потеряла покой. Хорошо еще, что в офисе она была занята иногда по двенадцать часов в день. Но даже на работе было все не так, как при Поле.
Хотя Салли была готова относиться по-дружески к другим сотрудникам Гарри, она обнаружила, что то, что она была сестрой Полы, отнюдь не идет ей на пользу. Другие манекенщицы, горячо завидовавшие замужеству Полы, относились к Салли с предубеждением, а швеи из мастерской считали ее гордячкой. Кроме того, она так и не сумела научиться чувствовать себя легко и просто в присутствии Гарри.
Может быть, следует поискать другую работу, думала Салли, такую, которая дала бы ей возможность начать все сначала и завести новых друзей. Мир моды был таким замкнутым, что было бы неплохо выбраться за его пределы и вдохнуть глоток свежего воздуха. Для секретаря ее квалификации в Лондоне наверняка полно возможностей устроиться.
Когда Салли подала заявление об уходе, Гарри выразил сожаление, но не пытался уговорить ее остаться. Возможно, он чувствовал себя в ее присутствии так же неловко, как и она, подумала девушка.
В агентстве по временному трудоустройству ее встретили с распростертыми объятиями, но Салли вскоре поняла, что такая жизнь ее тоже не устраивает. Обладая
Однажды субботним вечером в конце лета, когда Салли только что возвратилась из еженедельного похода за продуктами и в прачечную, в дверь постучали. Наскоро пристроив пакеты с покупками, она открыла дверь.
На пороге стояла девушка, лицо которой было смутно знакомо Салли, но она не могла вспомнить, где они встречались.
– Привет! Меня зовут Лора-Джо. Я недавно вселилась в квартиру этажом ниже, – весело сказала она. И тут Салли вспомнила все события последнего времени.
Несколько месяцев назад Гарри выехал из своей квартиры, сменив ее на апартаменты, более подходящие для его нового имиджа преуспевающего модельера. С тех пор Салли несколько раз встречала на лестнице какую-то молодую пару, а теперь, по-видимому, в квартире поселилась новая жиличка. Наверное, она встречала эту девушку на лестнице, поэтому ее лицо и показалось знакомым.
– Послушай, я сегодня праздную новоселье, – быстро проговорила девушка, – и если ты захочешь спуститься к нам, буду очень рада. Я подумала, что будет проще пригласить всех соседей по подъезду, чем опасаться, что они пожалуются на шум. – Она говорила с сильным американским акцентом, и Салли подумала, что этим объясняется ее чрезмерное дружелюбие.
– Тебя забросило далеко от дома, – сказала она.
– Да. Предполагалось, что я после колледжа пробуду в Европе один год, но прошло уже два, а я все еще здесь! – Она рассмеялась.
– Почему бы тебе не зайти и не выпить чашечку кофе? – предложила Салли, которой понравилась девушка, и она решила поближе с ней познакомиться.
Девушка взглянула на часы и скорчила гримасу.
– Почему бы и нет? Остальные могут подождать!
– Моя сестра вышла замуж за американца, – сказала Салли, когда они сели за стол.
– Да ну? Откуда он?
– Из Нью-Йорка. Теперь она там живет.
– Как тесен мир! А чем занимается этот американец? Салли помедлила. Ей не хотелось испортить эту многообещающую встречу излишним хвастовством.
– Он бизнесмен, – уклончиво ответила она. – А меня, кстати, зовут Салли. Салли Бристоу.
– А я Лора-Джо Бейн. Но я, кажется, уже тебе представилась?
Они поболтали еще немного. К тому времени, когда Лора-Джо собралась уходить, Салли приняла приглашение – и приобрела новую подругу. Может быть, жизнь наконец повернулась к лучшему, подумала она.
В половине десятого вечеринка была в полном разгаре, и Салли веселилась от души. Друзья Лоры-Джо, в основном американцы, были люди без комплексов и дружески встретили Салли. Только раз она смутилась, когда Лора-Джо объявила гостям, что сестра Салли замужем за нью-йоркцем, и, чтобы скрыть, кто он, Салли пришлось проявить большую изобретательность. Когда она с трудом отбивалась от вопросов одного особенно настойчивого гостя, кто-то прошептал ей на ухо: «Тебе, возможно, удастся их одурачить, но меня ты не проведешь!» Она повернула голову и увидела молодого человека, который улыбался ей поверх бокала с пивом.