Дитя каприза
Шрифт:
Беременна! Прощай, великолепное подвенечное платье, прощай, беззаботный медовый месяц в Штатах. Ее родители будут шокированы и разочарованы. Она боялась им рассказать о своей беде, зная, что встретится с неодобрением. По какой-то неясной причине, которую она не могла объяснить даже самой себе, она трусила сказать об этом Стюарту. Пока она ни словом не обмолвилась ему о своих опасениях. Она молчала, потому что опасалась его реакции. Но медлить дальше было нельзя. Следовало что-то предпринять – и поскорее… Если они поторопятся, то, может быть, удастся спасти хотя бы обряд венчания. Она будет не
Сквозь карманы пальто Салли незаметно ощупала свой живот. Он все еще был совершенно плоским, хотя она заметила, что за последнее время пояса ее юбок стали несколько тесноваты. Ребенок! Глубоко внутри ее тела начиналась новая жизнь – нет, уже началась. Ребенок! Настоящий живой комочек с крошечными ручками и ножками, маленькими ноготками на пальчиках. Интересно, мальчик или девочка? Будет ли он похож на нее или на Стюарта? Это, правда, не имеет значения. Она подумала, что единственный младенец, которого она видела, родился в семье соседей по муниципальному дому, и она вспомнила исходивший от него нежный запах детской присыпки, шелковистые волосы на головке и голубые глазенки, доверчиво глядевшие на нее, не мигая, и прилив нежности, которую она почувствовала к нему. А ведь то был чужой ребенок. Этот же будет ее собственным – ее и Стюарта. Может быть, все-таки быть беременной не так уж плохо. Просто с этим связаны некоторые неудобства.
Салли подняла голову и оглянулась вокруг. Куда это она забрела? Она прошла, наверное, несколько километров. В конце улицы показалось такси, и она подняла руку, подзывая его. Все ей казалось каким-то нереальным.
«Возьми-ка себя в руки, девушка», – сказала она себе.
– Куда? – спросил таксист, глядя на нее с любопытством.
– Саут Кенсингтон, – ответила она. – И поскорее, пожалуйста.
– Беременна? – переспросил Стюарт. – Беременна? Ты, наверное, шутишь.
Они сидели в своем любимом индийском ресторане; заказ уже был сделан, но еду еще не принесли. На лице Стюарта было написано откровенное недоверие, а говорил он так громко, что его могли услышать за соседними столиками. Салли пожалела, что не отложила этот разговор до возвращения домой, но теперь, когда у нее была полная уверенность, она больше не могла хранить в тайне эту новость.
– Ш-шш! – предупредила она. – Тебя услышит весь ресторан.
Он бросил на нее сердитый взгляд.
– А ты что ожидала? – спросил он, правда, не так громко. – Сказать мне такое! Беременна!
– Это правда, – сказала она. – Доктор послал меня на анализы, и сегодня я получила результат. У меня три месяца беременности, Стюарт!
– Тысяча чертей!
Официант принес им заказанное карри. Салли сидела, уставившись на свои руки, сложенные на коленях, и он безмолвно поставил перед ними тарелки и блюдо картофельных чипсов, которые заказал Стюарт.
– Что-нибудь еще? – спросил официант с улыбкой. И Салли подумала, что он, наверное,
– У нас есть все, что нужно, – сказал нетерпеливо Стюарт и, как только официант отошел, добавил: – Давай поедим и уйдем отсюда. Ради Бога, объясни, Салли, зачем тебе понадобилось испортить ужин?
– Извини… – Она взяла вилку, поковыряла рис на тарелке, зная, что не сможет проглотить ни кусочка. – Я должна была сказать тебе, я больше не могла молчать.
Он не ответил и положил чипсы поверх карри и риса. Лицо его словно окаменело.
– Стюарт… скажи что-нибудь, – взмолилась она.
Он возмущенно взглянул на нее.
– Что ты хочешь, чтобы я сказал?
– Я не знаю… – сказала она беспомощно, – Я не ожидала, что ты так отнесешься…
– Ах, ты, наверное, ожидала, что я подпрыгну до потолка от радости. Извини, что не оправдал ожиданий. Но я не знаю, почему ты мне об этом сообщаешь. Ведь ребенок не мой, не так ли?
– Стюарт! – она оставила в покое рис и уставилась на него в ужасе. – Что ты такое говоришь? Конечно, это твой ребенок!
Он фыркнул, выразив этим отвращение и недоверие.
– Ради Бога, ешь! Все на тебя смотрят!
Ее лицо вспыхнуло от мучительного смущения.
Салли попыталась есть, но не смогла. Желудок наотрез отказывался принимать пищу. Она взглянула на Стюарта. Он был похож на рассерженного незнакомца. Теперь она поняла, почему боялась сказать ему. Где-то в глубине души она давно знала, что он именно так воспримет эту новость. Под внешностью обаятельного весельчака она различала черты холодного и жестокого человека. Как ни странно, но существование этой оборотной стороны составляло часть его привлекательности, и даже если эта оборотная сторона была не очень светлой, она притягивала и волновала ее еще сильнее. Салли любила его. Она думала, что сумеет изменить его к лучшему. Теперь она уже не была в этом уверена.
В полном молчании Стюарт закончил еду, а Салли заставила себя проглотить несколько кусочков.
– Ты будешь доедать? – только и спросил он. Салли отрицательно покачала головой. Он подозвал официанта и заплатил по счету, потом быстро провел Салли по улице до того места, где была припаркована его машина. Она уселась, скорчившись на заднем сиденье. Стюарт сидел, глядя прямо перед собой. В янтарном свете уличных фонарей его лицо, повернутое в профиль, выглядело жестким, надменным и непреклонным.
– Стюарт, пожалуйста… – взмолилась она. Он чуть повернул голову в ее сторону.
– Ты, конечно, от него избавишься, не так ли?
У нее все сжалось внутри.
– Нет! – с возмущением сказала она.
– В таком случае, что ты собираешься делать?
– Что я собираюсь делать? Нам следует решить этот вопрос вместе.
Он смотрел на нее тяжелым взглядом.
– Стюарт, неужели ты в самом деле веришь тому, что сказал в ресторане? Что ребенок не твой? Как ты мог даже предположить такое?