Диссонанс
Шрифт:
— Конечно-конечно, — усмехнулся парень, — вот он — твой главный аргумент.
Мелисса скорчила физиономию, но сытный приём пищи заметно снизил её рвение обмениваться колкостями. Проконтролировав, чтобы поела и Джудит, девушка расслабленно откинулась на кожаное сидение. До этого момента она служила своеобразной преградой между девочкой и Итаном, и, лишившись её, Джудит смутилась. Ей стало неловко, но она зря переживала: осторожно покосившись в сторону парня, она убедилась, что смотрит он только на Мэл.
— Как ощущения? Чувствуешь себя падшей, набив брюхо на грязные деньги северян? — поддел он. — Ай-ай-ай,
— Я тебя ненавижу, — беззлобно сказала она и шлёпнула Итана по коленке.
Воцарилась тишина.
Ладонь Мелиссы там и осталась, сжав бедро парня через ткань, а он и не думал возмущаться таким положением дел. Его рука покоилась на спинке сидения, заключая Мэл в подобие разомкнутых объятий и поглаживая прядку светлых волос над её ухом.
Джудит остро ощутила неуместность своего присутствия, но не могла оторвать взгляд, даже рискуя быть уличённой в бесстыдном подглядывании. Несомненно, если Аманда Макбрайд залезет ей в голову и найдёт там эту картину, будет беда.
Джудит нельзя было видеть, как влюблённо смотрят друг на друга эти двое.
Часть вторая
Глава шестая
Мир III , 2012 год.
Джудит сбавила шаг, чтобы снять плащ, в котором она быстро взмокла, а заодно насладиться звуками вечернего леса. После недавнего дождя воздух был насыщен влагой, и дышать стало тяжело — от густых ароматов цветения и сосновой смолы кружилась голова. Ветерок принёс запах дикого жасмина, росшего в низине возле шоссе.
— Эй, — позвала девушку Мелисса, выбившаяся вперёд. — Чего ты там застряла?
— Я… — с запинкой начала Джудит, — может, пойду домой? Соберу трав по пути, да и кто-то же должен прикрыть тебя в случае…
— Не тупи, — оборвала Мэл.
Она вернулась, шурша ковром из иголок под ногами, и схватила подругу за локоть. Джудит проглотила свои возражения, сдавшись. Она знала, что будет лишней, но спорить с Мелиссой было невозможно. Более упрямую ведьму, чем она, было не найти.
— Я буду вам мешать, — Джудит всё-таки нашла в себе смелость проговорить это вслух, хотя и вышло невразумительно: голос звучал тихо и слабо.
— Брось! — фыркнула Мелисса. — Праздник — он для всех праздник, раз «старшие» сёстры отрываются, то и нам полагается немного веселья.
— Угу, — промычала девушка.
Она разгладила плащ, перекинутый через руку, и огляделась по сторонам: в мягком сумраке лес выглядел сказочным и таинственным. Между проплешин красноватой земли, местами прикрытой иголками, лежали облачка розоватых цветов горца. Ветер путался в соснах, и где-то кричала какая-то птица. Джудит постаралась её опознать: не то каролинский крапивник, не то легендарный красный кардинал. Девушка склонялась к последнему.
Вскоре на смену песни насекомых, ветра и птиц пришли звуки цивилизации: стрёкот шин проехавшего автомобиля, человеческие голоса и музыка, доносящаяся из открытых дверей забегаловки. В этот раз они не отправились туда, а двинулись сразу к мотелю.
Мэл извлекла телефон, чтобы уточнить, в каком номере их ожидают.
Джудит вздохнула, заметив у подруги предмет, строго-настрого
— Ты опять за своё? — спросила она. — А если Аманда…
— Аманда-сё, Аманда-то, — передразнила Мелисса, закатив глаза, — а как мне прикажешь отправлять сообщения? Голубиной почтой? Не парься, Джуд, я не самоубийца, чтобы хранить его под подушкой. Я прячу его в лесу.
— О… — понимающе протянула Джудит.
Отлучки Мэл участились, и Джудит догадывалась, что служит тому причиной, но старалась об этом не думать. Думать было слишком опасно. За минувшие годы они с подругой неплохо усовершенствовали свою тактику сокрытия мыслей от всеведущей Верховной ведьмы, но девушка остерегалась, что однажды даст сбой и этот отлаженный механизм. Аманда была очень искусна в своём ремесле, и заподозри она что-то неладное, никакие ухищрения её не остановят.
Джудит боялась даже строить догадки, что ждёт их после разоблачения — и её, покрывавшую тёмные делишки подруги, и Мелиссу, продолжавшую тайные встречи с колдуном с «вражеской» стороны. Безусловно, молодые люди любили друг друга, но Мэл также подстегивало и стремление хоть как-то выразить протест против надоевших ей правил. Одним из важнейших из них, на минуточку, был запрет иметь любые связи с мужчинами.
Скорее всего, если кто-то узнает, их обеих отправят на костер: и Мелиссу, и Джудит за компанию.
— Ты трусиха, — словно прочитав её мысли, сказала подруга, — просто расслабься, Джуд!
Конечно, она не владела телепатией, но тревога была слишком отчётливо написана у Джудит на лице. Но она порывалась остаться дома вовсе не из опасений за свою жизнь.
Дверь распахнулась. Мелисса бросилась Итану на шею, и они поцеловались, а Джудит несмело ступила в номер и застыла у входа, дожидаясь своей очереди. Она могла бы убежать и затеряться в лесу, блуждать там в одиночестве до глубокой темноты, но трудно было устоять перед уготованными ей дружескими объятиями.
Жизнь, полная лишений, научила её довольствоваться малым.
Наконец молодые люди разъединились, и Мэл взялась прикрыть дверь, так и манившую Джудит пуститься в бесславное бегство. Итан обнял и её, похлопал по плечу и оглядел с ног до головы.
— А ты подросла, — подметил он, — и стрижка хорошая, тебе идёт.
— Спасибо, — застенчиво проблеяла девушка и провела пальцами по волосам, теперь едва прикрывавшим шею.
Она обрезала их не ради красоты, а исключительно из практических соображений. Распущенные, они мешали заниматься хозяйственными делами, а на плетение кос из такой густой и непослушной гривы уходило изрядно времени. И всё-таки Джудит было приятно, что Итан обратил внимание на перемену в ней, пусть это и был вежливый дружеский интерес.
Они же считались друзьями. Девушка вообще была чрезвычайно благодарна молодому колдуну, что он не возмущался, когда Мелисса притаскивала её с собой на прицепе. Должно быть, Итану хотелось побыть с возлюбленной наедине, но он был слишком добрым и воспитанным, чтобы открыто высказывать Мэл претензии на счёт её личной фрейлины.
— Да ну, — встряла Мелисса, — ничего хорошего, Ит! Ты бы видел, какие у Джуди были роскошные волосы, а теперь она похожа на сиротку.
«Пожалуйста, прекрати, — мысленно взмолилась Джудит, — хватит обсуждать мои волосы!»