Диссонанс
Шрифт:
Чудовища рождаются во тьме и отчаянии.
«Она его не получит», — твёрдо решил Итан, но бурлящий внутри гнев неотступно искал выхода.
Мужчина извлёк из кармана телефон и ткнул им в лицо Лорне.
— Смотри, — зашипел он, — если ты не знала, люди изобрели вот это дерьмо. Хочешь, я научу тебя, как при его помощи подслушивать не так нарочито? Тебе не придётся шарится по особняку и жаться по углам, сможешь наслаждаться чужими разговорами за чашечкой чая в любимом кресле!
Женщина подняла брови и округлила рот. В её чертах не было и тени злости,
— Ох, Итан, — обескураженно проговорила она, — что ты такое го…
— Бла-бла-бла, — перебил он, — избавь меня от этого. И не лезь к моему сыну.
— Я хотела, как лучше, — заверила Лорна.
— Вот этого — тем более не надо, — сказал мужчина, — всегда, когда ты «хочешь, как лучше», выходит в сто крат хуже.
Опередив её порыв продолжить этот бессмысленный спор, Итан быстрым шагом преодолел коридор и нырнул в комнату, принадлежавшую его покойному двойнику. Прежде он предпочитал ночевать в гостевой спальне, соседствовавшей с комнатой Мэнди, а сюда заходил лишь затем, чтобы поживиться «наследством».
Впрочем, в этот раз о сне также не было и речи.
Итан запер дверь и принялся без разбору переворачивать шкафы и ящики. У него не было чёткого представления, что он ищет, но осквернение этого склепа помогло ему немного выместить раздражение. На Лорну, на Эрвина, что позволил этой интриганке запудрить свои мозги, на себя.
Ничего.
Если у местного Итана и были секреты, он не стал бы хранить улики на видном месте. Но и в тайнике над лестницей была пустота — туда Итан сунулся в первую же ночь после прибытия в это измерение, чтобы проверить дневник.
В конце концов мужчина обессиленно рухнул на колени перед зеркалом на дверце шкафа. Полумрак превратил его отражение в неопределённый сгусток тьмы, маячащий на фоне комнаты, осиротевшей без хозяев. Пустой, словно раковина, откуда моллюск отправился на поиски нового дома.
Итан вслепую извлёк нож, который по-прежнему носил с собой, испытывая неуёмную тревогу перед всеми опасностями чужого мира, и засомневался, лишь занеся лезвие над ладонью. Мышечная память сохранилась безупречно, будто последний раз случился только вчера. Одно выверенное движение, и жертва будет принесена.
Но примут ли её теперь?
Услышат ли зов на другой стороне после стольких лет тишины?
Итан был полон решимости это проверить, но его намерению помешала вспышка света. Он выругался и выронил нож. Ещё до того, как он успел открыть глаза, обожжённые переменой освещения, он ощутил жар маленького тела, прижавшегося к его спине. Тонкие ручки стиснули его с небывалой силой.
— Пап, прости меня, пожалуйста, — взволнованно залепетал Эрвин, — я не хотел… не обижайся на меня!
— Ох, — только и мог сказать Итан. Он крепко обнял сына в ответ. Мальчик дрожал, но, очутившись в кольце рук отца, мигом успокоился и задышал ровно.
— Прости, что я тебе наговорил, — продолжал ребёнок, — про деду… про тётю Мэл… про маму… про всё.
«Ну-ну, — невесело усмехнулся про себя мужчина, — это мы ещё посмотрим лет через семь-восемь, когда ты встретишь какую-нибудь свою Джуди».
— Только, ради всего святого, не реви, — взмолился он.
Эрвин энергично покивал и отстранился.
Воспользовавшись тем, что сын ненадолго отвлёкся, стирая остатки слёз рукавами пижамы, Итан незаметно задвинул нож себе под голень. Ему не хотелось, чтобы мальчик его видел.
— А что ты делал тут в темноте? — всё же поинтересовался Эрвин.
— Плакал как девчонка, — с серьёзным видом заявил мужчина, но считав неверие во взгляде сына, сказал почти правду: — Ну… решил попробовать, может тоже смогу накастовать в зеркале портал. Но у меня ничего не вышло, я же не волшебник. Это ты у нас — доктор Стрэндж.
Мальчик улыбнулся, зардевшись от лестного сравнения. К величайшему облегчению Итана, Эрвин обожал супергеройскую ерунду, а не зачитывался книгами про магию, как в детские годы его мать. В ином случае, он вдохновился бы куда больше, повстречавшись с бабушкой-ведьмой, и уже справлялся бы о существовании какого-то местного Хогвартса, чтобы пойти туда учиться.
— Мы вернёмся домой, — неожиданно пообещал Эрвин, — но… как узнаем, что стало с Мэнди, хорошо? Мы же не можем уйти, не убедившись, что с ней всё в порядке?
— Да-да, — подтвердил Итан без особого восторга, но с некоторой долей мстительного удовлетворения.
Он понимал, что это — далеко не конец, и мальчик ещё сто раз поменяет своё мнение, особенно, когда противная Мэнди объявится и снова начнёт сбивать его с толку, но победа в этом раунде всё-таки осталась за Итаном.
***
На следующий день дождь троекратно усилился, грозя превратить Салем в Атлантиду.
Наблюдая, как дворники сталкивают с лобового стекла плотные массы воды, Итан мрачно заключил, что на случай вселенского потопа из «мини-купера» выйдет паршивый ковчег. Однажды эта машина уже ушла камнем на дно, так что к ней больше подходило сравнение с печально известным «Титаником». И пусть всех Итанов во всех возможных мирах ожидала гибель в воде, мужчине хотелось бы её избежать. Он рассчитывал вернуться к сыну. Он обещал ему.
Утром Эрвин разбудил отца, принявшись возбуждённо скакать по постели, сбивчиво лопоча, что ему удалось разгадать «эту головоломку». Головоломкой, как выяснилось, был тот самый чек, а решение мальчику подсказал интернет: нагрев бумажку феном, как советовали находчивые экспериментаторы, Эрвин смог прочитать в самом низу адрес заведения. Ему не терпелось скорее отправиться на место и расспросить всех о Мэнди.
Конечно, Итан ему не позволил, наказав ждать дома и «не влипать в неприятности». Он не настолько выжил из ума, чтобы тащить сына в Дорчестер — район Бостона, обладавший не самой приятной репутацией. Лорна в качестве няньки была меньшим из зол. И всё же, прощаясь с Эрвином, Итан напутствовал его: