Дипломатия Волков

Лайл Холли

Эндрю и Анвин уже прошли допрос. Оба представили независимые алиби, объяснив, где находились в ночь предполагаемого убийства Ри. Криспин намеревался совершить нечто большее.

Грасмир Сабир, величественный в простом шелковом одеянии, с усыпанной изумрудами цепью параглеза на шее, явно был уже готов осудить Криспина за убийство кузена Ри. По обе стороны от параглеза восседало с полдюжины членов Семьи, Волков среди них не было. На самом деле Волкам просто запретили появляться в зале суда, даже в качестве наблюдателей. Этот факт порадовал Криспина, поскольку работал на него. Он отметил, что присутствовали в основном представители

торговой ветви Дома, многие годы пытавшейся вытеснить Волков с любых официальных постов и ослабить их влияние в Семейном Совете. Сегодня Криспин решил нанести этой ветви сокрушительный удар. У него было алиби, доказательство и кое-что еще. Заняв место на низенькой скамье перед помостом, он позволил себе едва заметную улыбку.

— Возобновляется расследование убийства Ри Сабира, сына Имогены Валараи Сабир и Люсьена Сабира. Рассматривается участие в нем и степень вины Криспина Сабира, в соответствии с уликами, оставленными в комнате покойного и его письмом. Криспин, хочешь ли ты что-нибудь поведать суду, прежде чем мы обратимся к уликам?

— Хочу.

Криспин поднялся, вполне понимая, что царственным обличьем может посрамить и параглеза, не говоря уж обо всех прочих членах суда. Среди зрителей послышался одобрительный ропот: люди эти никогда или почти никогда не имели дела с Волками. Он улыбнулся, на сей раз открыто, чтобы видели все, и извлек из-под плаща некое устройство Древних — раму из длинных стальных нержавеющих стержней, внутри которой располагалась стеклянная сфера. На панели устройства находилось несколько стержней и переключателей, от которых к сфере тянулся ряд шестеренок.

— Не угодно ли вам воспользоваться этим предметом?

— Если он имеет какое-либо отношение к расследованию, пожалуйста. Что это такое?

— Мое алиби, — ответил Криспин, опуская устройство на край помоста. — Если вы повернете вправо синий переключатель, то поймете, что я имею в виду.

Все члены Совета Инквизиторов с подозрением уставились на него.

— Это устройство Древних, — продолжал Криспин, — обнаружил один из Волков несколько лет назад, и мы пользуемся им время от времени.

Параглез щелкнул синим переключателем и внутри стеклянной сферы затеплился огонек.

— Очень мило, — произнес параглез, — и я уже вижу, каким образом можно использовать этот предмет: владея им, нетрудно читать вечером, не зажигая огня. Однако какое отношение он имеет к доказательству твоей невиновности? И каким образом способен подтвердить ее?

— У вас есть волосы Ри и пятна, оставленные его кровью. Так?

— Ты знаешь об этом. И то, и другое было обнаружено на месте убийства.

Криспин кивнул.

— Возьми один волосок и опусти его в щель на панели.

Прищурясь, параглез ответил:

— Не вижу в этом смысла.

— Пожалуйста. Клянусь, что не собираюсь тратить понапрасну твое время.

Параглез потребовал, чтобы ему подали шкатулку с вещественными доказательствами и, надев на руки пару тонких белых замшевых перчаток, осторожно открыл металлический ящичек. Достал из него серебряную коробочку — одну из нескольких — и извлек из нее требуемый волос. Криспин указал ему на щель, куда следовало опустить вещественное доказательство, и, когда волос благополучно оказался на месте, сказал:

— А теперь последовательно, считая до пяти между щелчками, переведи вправо зеленый, желтый и оранжевый переключатели.

Параглез щелкнул зеленым.

— Один…

два… три…

Сфера засветилась ровным голубым огоньком, что увидели все присутствующие, и Криспин услышал несколько возгласов изумления.

— …четыре… пять… — параглез щелкнул желтым переключателем, — …один… два…

В голубизне появилась дымная темная точка.

— …три… четыре… пять… — Параглез притронулся к последнему переключателю, и темное пятно в центре сферы превратилось в четкое изображение.

Изображение Ри Сабира — явно живого и двигающегося. Он говорил, но собеседник его так и остался невидимым.

— Вот мое алиби, — повторил Криспин, и тихий его голос словно гром прогремел в оцепеневшей палате. — Ри жив.

— Где он? Что с ним случилось? Кто будет отвечать за все это? — разнеслось над собравшимися и Советом.

Со строгим выражением лица Криспин вместо ответа повернул два циферблата, управлявшие шестеренками внутри устройства. Ри исчез из виду так быстро, что никто из присутствовавших в зале не успел заметить никого из тех, кто окружал его, хотя было ясно, что он далеко не в одиночестве. Но Криспин отвел свои руки от циферблатов только тогда, когда внутри стеклянной сферы четко обрисовался корабль.

— Это вы скажите мне, где он и кто за это в ответе, — заявил Криспин.

Параглез наклонился вперед, и на лице его начала проступать холодная ярость. Оторвавшись от зрелища, он оглядел сидевших рядом советников.

— Он на корабле, — определил Грасмир. — На одном из наших торговых судов.

Поглядев сверху вниз на Криспина, параглез заключил:

— Похоже, вы, с твоим кузеном и братом, стали жертвой заговора торговцев и Ри. Быть может, с участием и его матери. Возвращаясь к правам и обязанностям сего Совета, я объявляю тебя невиновным. И приношу извинения за то, что не могу пригласить тебя участвовать в разбирательстве обстоятельств этого заговора, целью которого было возложить на вас троих вину за несовершенное преступление. То, что враги твои участвовали в Совете, который мог осудить тебя, было досадной случайностью, но я не вправе позволить тебе судить их. Хотя, на мой взгляд, это было бы справедливо, я не могу все же думать, что в сердце твоем нет предубеждения против них.

Потом, на миг прикрыв лицо руками, он провел пальцами по вздыбившимся волосам.

— Однако, если у тебя есть какая-то просьба ко мне как к параглезу, я с удовольствием исполню ее.

Криспин кивнул.

— Прошу об одной милости, ничего для тебя не стоящей. После смерти своего возлюбленного главы Люсьена Волки остались без предводителя. И наши усилия на пользу Семейства оказались слабыми и разрозненными. Опираясь на кузена и брата, я способен возглавить Волков ради блага Семьи. И я прошу, чтобы ты поддержал наши усилия в борьбе за лидерство — если считаешь нас достойными этой чести. Грасмир улыбнулся.

— Судя по письму, которое написал Ри, прежде чем выйти в море на торговом корабле, целью его предприятия было помешать вам сделать это. Я не люблю тайных интриг, не люблю, когда меня выставляют дураком. Я вправе нарушить автономию любой ветви Семьи, если, с моей точки зрения, это послужит нашим общим интересам. И я поступлю именно так. Посему Волки не будут выбирать предводителя. Я объявляю тебя их вождем и возлагаю на брата твоего Анвина и кузена Эндрю обязанности твоих помощников. И пусть знают все, что я не потерплю несогласия с моим решением.