Дипломатия Волков
Шрифт:
Топливо аэрибля, вдруг поняла она. Пахло спиртом, потому что на нем работали двигатели воздушного корабля. Значит, она по-прежнему на аэрибле, только теперь уже не в пассажирской гондоле, а в узком пространстве перед топливными баками, укрытая толстым свертком ткани, используемой при далеких вылетах для аварийного ремонта внешней оболочки аэрибля.
Кто-то спрятал ее. Если бы корабль приземлился нормальным образом, Дугхалл — знавший о ней все — или доставил бы свою племянницу к надежному лекапевту, или сам позаботился о ней. Но вместо этого она тщательно спрятана в той части аэрибля, куда несложно попасть из пассажирского отделения; тем не менее
Итак, на какое-то время придется смириться с присутствием незнакомки в своей голове: ведь она предлагает столь необходимую информацию. Очутившись в безопасности, Кейт хорошенько расспросит эту женщину, узнает, кто залез в ее череп, но сейчас не время для любопытства.
— Итак, они искали на корабле меня, — прошептала она.
Любого, кто оставался на борту. Они взяли троих остальных.
— И кто эти они?
Ты и так знаешь это. Да, она знала.
— Разбудив меня, ты сказала — Сабиры!
Да.
Разумно. Лишь это семейство способно напасть на Галвеев на их собственной территории; лишь у них хватит цинизма и властолюбия, чтобы пойти на подобный риск. Что ж, они преуспели.
Итак, аэрибль во власти врагов. Кейт провела левой рукой вдоль бедра и ощутила утешительные очертания рукоятки меча. Имея оружие, она могла защитить себя, не прибегая к разоблачительной Трансформации. По крайней мере остается надежда на месть. Прислушавшись, она была вознаграждена негромкими ночными звуками и поскрипыванием натянутых причальных канатов аэрибля.
Кейт с трудом выбралась к краю кипы и медленно вздохнула. Здесь горючим пахло еще сильнее, но воздух сразу стал более холодным, чем бывает обычно вечером. Над люком, ведущим в ее укрытие, кто-то дышал — частые вдохи чередовались с негромким пыхтением.
— Кто там? — прошептала она и услышала в ответ негромкий взвизг и тихое поскребывание когтей.
Твой друг, пояснила женщина. Он впрыгнул в аэрибль, когда все ушли, и с тех пор лежит у двери.
У Кейт по спине побежали мурашки.
— Гашта?
Визг сделался громче, лапа скреблась в дверь более настойчиво. Старый приятель — волк, с которым ей случалось преследовать оленей и пеккари в обличье Карнеи. Однажды она спасла ему жизнь, и волк отблагодарил ее верностью, какой, с ее точки зрения, не существовало среди людей. Однако зверь не был домашним; дикое это существо обитало в горах вокруг Калимекки, и Кейт не могла понять, с чего бы это волк оказался на борту аэрибля. Либо корабль опустился за пределами стен, окружающих Дом Галвеев, либо стены эти проломлены и нечто завлекло его внутрь.
Выглянувшие из-под ткани глаза ее приспособились к полумраку. Она провела в забытьи долгое время. Аэрибль окружала ночь, иначе световые призмы, расположенные поверх рабочих участков гондолы, впустили
Что делать теперь? Напасть на первого встречного, который попадется ей снаружи, и убивать Сабиров, пока не погибнет сама? Или бежать за подмогой? Или собрать войско, чтобы отбить Дом? Или же просто сдаться и умереть не сопротивляясь?
— Прежде чем действовать, оцени ситуацию, — пробормотала она.
Образчик премудрости Неса Мадибля, труды которого — в отличие от обожаемого дядей Дугхаллом Винсалиса — высоко почитает вся Семья. Наставники начали вдалбливать их ей в голову с того самого мгновения, как Кейт приступила к дипломатической подготовке.
Оцени ситуацию. Незнакомка сказала, что, кроме волка и Кейт, на борту аэрибля нет никого. Итак, она временно находится в безопасности. В поисках поддержки девушка вновь прикоснулась кончиками пальцев к рукоятке меча и толкнула крышку люка. Гашта сопротивлялся ей лишь в первый момент, но сразу же отскочил. Приподняв дверцу люка, она выпрыгнула в пассажирское отделение и осторожно закрыла за собой люк. Пока она занималась этим, Гашта тыкался в нее носом, лизал в лицо и скулил.
Незнакомка оказалась права: в кабине никого не было. Теперь Кейт могла наиболее четко различать доносящиеся снаружи голоса. И ощутила то, что доселе от нее скрывал запах спирта: густой, отдававший жарящейся свининой запах сгорающей плоти. Человеческой плоти. В программу ее дипломатической подготовки входило присутствие на сожжении шпиона Увечных, происходившем на Площади Казней в Калимекке. И тогдашний запах вновь ударял ей в ноздри.
Все они убиты, сказала незнакомка. Пока она ни в чем не ошибалась. А теперь Сабиры жгут мертвые тела ее родственников. Итак, приходится считаться с вероятностью, что она, Кейт, является единственным уцелевшим членом Семьи.
Нет, она не смела даже помыслить о подобном. И без того слишком близким было отчаяние и слишком крохотными — шансы на спасение. Они погибли НЕ все, сказала она себе. Быстрыми и умными действиями я могу спасти кого-нибудь из них. «Прежде чем действовать, оцени ситуацию». Кейт встала, и Гашта рыкнул. — Шши, — шепнула она, доставая меч. Сперва надо узнать, где она находится. Подобравшись к окну аэрибля, Кейт выглянула наружу. И сердце ее едва не лопнуло. Аэрибль был причален на посадочном поле Дома Галвеев, и даже со своего места она могла видеть, что ворота его открыты — те самые ворота, которые на ее памяти открывались лишь для того, чтобы с разрешения пропустить или выпустить своего. Ворота освещало бушующее пламя разведенного рядом с ними погребального костра. Черные силуэты подбрасывали дерево в огонь. Костер окружали солдаты. Солдаты Сабиров и близнецы — деревья их герба четко вырисовывались на их плащах. Дом Галвеев пал.
Она проглотила прихлынувшие слезы и вместе с волком выбралась из аэрибля на посадочное поле. А потом зарубила мечом двоих солдат, оставленных охранять аэрибль, — безмолвно и скрытно, без всяких угрызений совести. Дом охранялся плотным кольцом, и Кейт поняла, что никакая сила и скорость не помогут ей в одиночку выручить уцелевших. Итак, остается либо умереть вместе с ними, либо отправиться за подмогой.
Гофт находился всего в двадцати лигах к северо-востоку, и в одном из городов его, Маратаде, обитало ответвление Дома Галвеев — Дом Черианов. Семья эта торговала, владела колоссальными богатствами, целой армадой судов и была в состоянии выставить сотни крепких и свирепых солдат, способных отбить все утраченное Семьей. Надо добраться до них.