Дипломатический труп
Шрифт:
Посол сдержанно рассмеялся.
– Друзья мои! Сам факт подобных переговоров является в известной мере государственной тайной. Впрочем, раз уж это необходимо для дела, скажу. Но при условии, что это останется в стенах кабинета. Так вот, месяца два назад и в самом деле прошли переговоры наших оборонщиков с мексиканцами по поводу крупных поставок вооружений. В следующем месяце уже возможна их практическая реализация. Думаю, американцы от такой перспективы не в восторге. Они уже давно привыкли считать Латинскую Америку своим «задним двором»…
Понимающе улыбнувшись, Гуров задал следующий вопрос:
– А Горбылин этой
Турманов озабоченно нахмурился и кивнул.
– Не в полном объеме, но кое-что ему было известно. Я подозревал, что человек он ненадежный, и поэтому слишком уж с ним не откровенничал. Считаете, он мог слить информацию американцам?
– Уверен! – твердо произнес Лев. – Не буду пока судить, зачем он это делал: из-за денег, просто по дурости, возможно, хотел набить себе цену или его шантажировали. Но то, что кого-то он информировал, – для меня факт бесспорный. Кстати, тогда еще вопрос. Предположим, если бы на него было оказано давление, он имел возможность сорвать предполагаемую сделку?
– Теоретически – да, – сведя брови, посол стиснул в кулаке авторучку. – Например, как бы в порядке частной инициативы он мог, например, по секрету проинформировать мексиканских военных о том, что якобы мы собираемся поставить им некондиционную технику со скрытыми дефектами. Понятное дело, это могло бы сорвать сделку, и даже гарантии экспертов едва могли бы что-либо исправить.
– Вот! – Гуров стукнул пальцем по столу. – То есть Горбылина, скорее всего, могли задействовать именно для этого. Провокация со стрельбой – это не для него. Террорист он никакой. А вот срыв сделки… Вот тут-то компромат и мог пригодиться. В обмен на сохранение своего реноме и, соответственно, карьеры Горбылин сделал бы именно то, о чем вы только что сказали. Поэтому американцам убивать его не было никакого смысла.
– Но, может быть, он отказался, за что его и отравили? – предположил Турманов.
– Чем? Полонием, как Литвиненко в Лондоне? – иронично сказал Крячко. – Полоний, таллий и тому подобное на экспертизе вылезло бы обязательно. Да и клиника совершенно не та. Я скорее поверю в то, что в его комнату пробралась гремучая змея, укусила и уползла. Как в «Пестрой ленте» у Конан Дойля.
– И что же тогда делать? – озадаченно глядя на оперов, спросил хозяин кабинета.
– Искать Николаса Скинли, искать Мигеля-Матадора, того усатого, которого с Горбылиным видела Сабрина… – перечислил Лев. – Думаю, разгадка в них. Леонид Константинович, а наши посольские спецслужбисты не могли бы достать фотогалерею сотрудников посольства США? Вдруг там обнаружится знакомое лицо?
Подумав, Турманов пообещал напрячь Даниила Смирнова. На его вопрос о планах на сегодня Гуров пояснил, что хочет при посредничестве Константина созвониться с центральной психиатрической клиникой. Ну а потом они снова начинают пеший «чес» по ближайшим окрестностям. Суть этого променада все та же – привлечь к себе внимание старым военным приемом, именуемым «вызываем огонь на себя».
– А это не слишком рискованно? – посол испытующе посмотрел на своих гостей. – Вы не допускаете, что подобное может иметь не самые приятные последствия? Все же, согласитесь, здешний криминал намного серьезнее, чем у нас. Тем более, что одно нападение уже произошло.
– На рожон не лезем, – Лев усмехнулся, – а в остальном, как говорится, все под богом ходим.
Выйдя во двор и присев на
– Представься и спроси, работает ли у них доктор Эрнесто Паолури и был ли у него на приеме некто Николас Скинли.
Кивнув, Буряк поднес к уху телефон и что-то спросил по-испански. Выслушав собеседника, он спросил еще что-то. Потом что-то уточнил… Его разговор затянулся минут на пять. Наконец, нажав на кнопку отбоя, Костя вернул телефон и рассказал о своем разговоре с доктором Паолури. Такой доктор в клинике работает. И некий американец был у него на приеме. Но никаких справок этому человеку никто не давал. Хотя – да, тот очень просил о подобном одолжении и даже предлагал немалые суммы денег. Но врач, заподозрив, что затевается какая-то афера, категорически отказал.
– И тогда Скинли – если только он и в самом деле Скинли – пошел другим путем, – язвительно проговорил Крячко. – Какой-то сговорчивый эскулап за хорошие деньги состряпал ему идиотскую справку.
– Значит, с этого края нам ловить нечего, – поднимаясь со скамейки, заключил Гуров. – Тогда идем «в народ»…
Остаток дня они провели на ногах. Ходили по улицам, не самым дальним от посольства. Одно из направлений индивидуально выбрал себе Гуров, другое – уже сложившийся «дуэт» Крячко – Буряк. Первое, куда решил заглянуть Станислав, был все тот же полицейский участок. Уже знакомый ему капитан сообщил, что час назад ему звонили из отделения полиции, где содержатся вчерашние наркоманы-налетчики.
Те долго отказывались и отнекивались, но, в конце концов, признались, что нанял их некий европеец, который себя никак не назвал, но предложил им хорошие деньги. По его словам, следовало проучить двух негодяев, которые нечестным путем отсудили у него бунгало. Обездоленный нанял наркоманов поколотить «негодяев» и, самое главное, отнять у них документы. Он заверил уже мучимых ломкой наркош, что в масках их никто не узнает, а случись им попасться, он гарантированно их выручит, наняв самых лучших адвокатов.
– Да-а… Долго им придется ждать обещанного! – резюмировал Станислав.
На его вопрос о возможности составить фоторобот заказчика нападения капитан пояснил, что его коллеги уже и сами подумывали об этом, но наркоманы заявили, что «совсем не помнят того человека», и поэтому вопрос пока остается открытым.
Зато, по словам капитана, появились кое-какие зацепки в поисках Мигеля-Матадора. Минувшим вечером местной полиции удалось задержать одного из его бывших подельников. Тот попался на краже в ювелирной лавке, и ему светит немалый срок, поскольку он рецидивист. Полицейские предложили ему сделку, позволяющую смягчить приговор, но вор пока упорствует, уверяя, что с Мигелем давно уже никаких дел не имеет и где тот скрывается, понятия не имеет.
– А у него есть усы и лысина? – сразу же заинтересовался Крячко.
– Да, сеньор, усы и лысина у него есть… – охотно подтвердил капитан.
– Если бы мне дали его фото, я бы попробовал уточнить у одного случайного свидетеля, не этот ли гражданин разговаривал с атташе Горбылиным незадолго до его смерти.
Обрадованный тем, что в этой истории появляются новые факты, позволяющие ощутимо ускорить расследование, капитан пообещал, что завтра же утром «сеньор полковник» получит требуемое фото.